Османская модель. Часть 2

| Али Булач 32

Директор Исследовательского центра исламской истории, искусства и культуры Халит Эрен в интервью газете «Миллиет» от 1 января 2007 года совершенно справедливо заявил: «Османcкие турки оставили свой след в Европе. Там широко представлены культурные ценности развитой османской цивилизации. Они встречаются как на Балканском полуострове, так и в Венгрии. Если эти территории расположены в Европе, то существовавшая на них в течение пяти столетий Османская империя являлась ее частью. Османская Турция была европейским государством. Ее балканские провинции получали больше средств, чем Малая Азия. Что касается развития инфраструктуры, то на Балканах были сооружены медресе, деловые центры, хамамы».

После завоевания османами Стамбула анатолийские земли превратились в территорию, которая снабжала государство продовольствием и солдатами. Можно даже сказать, что исламская культура в Малой Азии впитала в себя больше сельджукских, чем османских черт. К примеру в городах, которые считались центрами великой цивилизации (Сивас, Кайсери, Конья, Мардин, Эрзурум и др.), чаще встречается сельджукская, а не османская архитектура.

В Османской империи руководители государства были выходцами из балканских провинций. Приблизительно в первой четверти XVI века регион, который сейчас называется «Ближний Восток», перестал подчиняться османам. В горах и низменностях спорных приграничных территорий автономией пользовались курды, а арабы столетиями вели размеренный образ жизни в своей безграничной галактике. Османы воевали против Ирана, который обладал влиянием в исламском мире, вплоть до заключения Гасри-Ширинского мирного договора. В результате турецко-иранского противостояния прекратились отношения между османскими турками и мусульманами Средней Азии и Туркестана.

Тем не менее, нельзя сказать, что Османская империя сильно сожалела об этом, так как приоритет отдавался европейскому направлению. Хотя не стоит забывать и о том, что султан Мехмет Завоеватель стремился покорить Стамбул для того, чтобы исполнить предсказания пророка Мухаммеда, но его конечной целью был Рим. Мусульмане начали завоевывать новые земли в период правления халифа Османа. Выделяют три основных вектора завоеваний: Африка, п-ов Малая Азия и Азия. Достигнув границ Европы, османские султаны уже были уверены в том, что установят здесь свое господство. Эта задача была поставлена еще Чингисханом, который говорил: «Как на небесах есть один только Бог, так и на земле должен быть единственный правитель». Для него доказательством того, что он завоевал весь мир, являлся поход на Европу. Мехмед-паша Соколли придерживался такой же точки зрения.

По мнению покойного французского тюрколога Жан-Поля Ру, «турки хотели заполучить Европу, как женщину, иногда испытывая страсть, иногда разочарование и ненависть». Османская элита никогда не могла преодолеть внутреннее противоречие по отношению к Европе. С одной стороны, она восхищалась и обожала, а с другой стороны, ненавидела ее. Представители элиты были родом с Балканского полуострова, который считался европейской периферией. Европа — это не Балканы, а Западная Европа. Периферия старалась захватить центр, но в эпоху модернизации, когда Турция должна была строиться по законам центра (вестернизация-модернизация), который она любила и ненавидела, отношения Европы и Порты испортились. Османы не избавились от мучений. Те, кто имел влияние, в случае государственной необходимости могли растоптать ту деревню, дома их семей и родственников, где они родились. Поэтому у Османской империи были проблемы как с собственными корнями, так и с Европой. То же самое произошло с турецкой элитой в годы республики.

Этот исторический фактор является одной из причин того, почему невозможно избавиться от сложных отношений с Европой. Это означает, что отношения находятся в плачевном состоянии. Османские власти смотрели на Европу озлобленно, как на неверных, и не прислушивались к советам Ибн-Хальдуна. Когда Европа стала захватывать мир, турки стали страдать от паранойи. Если вникнуть в суть проблемы, то станет понятно, что все здесь связано. В конце концов, единственное, что она могла сделать, восхищаться победами, которые полностью ее уничтожали. С тех пор проигравший ценит победы победителя. Но в глубине души затаилась ненависть и не отступает. Такая элита не может служить проводником в новом исламском мире.