Турецкие сепаратисты. Часть 1

| Али Булач 56

«Сепаратизм» не лежит в основе курдского вопроса не является причиной его возникновения. В последнее время попадаются враждебно настроенные турки, которые призывают отделиться от курдов. Следует внимательно подойти к анализу этой темы.

Отметим, что всего 2,5% опрошенных хотят отделиться от Турции и создать независимое курдское государство. Сторонников федерации максимум 7,5 процентов. Остальные 90% предпочитают жить в Турции вместе с турками. Но это большинство утверждает, что существует курдский вопрос, который остается актуальным и сегодня.

Его появление связано с двумя аспектами. Во-первых, в результате неудачной модернизации Османская империя перешла от модели централизованного государства к централизованной социально-политической системе. Во-вторых, с момента основания Турецкой Республики государство держит в подчинении представителей всех этнических групп, которым навязываются жесткие рамки. Этот проект предполагает создание по французскому образцу монолитного, управляемого сверху, авторитарно-тоталитарного общества идентичных граждан. Этнические турки, не выступили против того, чтобы понятия «турок и турецкий этнос» со временем стали признаком принадлежности к титульной нации, хотя первоначально никто не придавал этому значения. Турки, как и многие другие этносы, ассоциируют себя в первую очередь с исламом. Вплоть до 1950 года они отказывались признавать новую идентичность. С момента своего основания и до настоящего времени Партия националистического движения (ПНД) старается играть ключевую роль в формировании «турецкой идентичности и идеологии тюркизма». Но все знают, какой поддержкой пользуется ПНД среди избирателей.

Существует целый ряд причин, по которым турецкий этнос никак не воспринимает новую идентичность. Прежде всего, она подавляет религиозные чувства турок, искажает реальные этнические связи. Ведь если слово «турок» понимается не как одна этническая группа, то есть «турецкий этнос», выражаясь языком Ибн-Хальдуна, обозначает не следствие, а причину, тогда получается, что не существует турецких племен, которые перекочевали из Средней Азии в Анатолию и имели особые физиогномические параметры. При внимательном рассмотрении можно убедиться в том, что этническая принадлежность турок никем не признавалась. Кроме того, начиная с 1071 года и до наших дней культурные ценности, которые турки приобрели с принятием ислама, в результате политики тюркизации растворились и подверглись ассимиляции.

Многие из этнических турок, балканские мигранты и кавказские переселенцы привязались к официальной турецкой идентичности и политике тюркизма. Отбросив на второй план собственные корни, они приняли турецкий национализм. Сейчас я говорю не о тех простых мусульманах (албанцах, босняках, болгарах, черкесах, грузинах, чеченцах, абхазах и.т.д.), которые в основном не отличаются по генетическим данным, представлению о мире, религиозному сознанию от турок, курдов и арабов, проживающих на территории Малой Азии, а о властной элите. И сегодня неслучайно то, что именно эти элитные кланы больше всего противостоят борьбе за курдскую идентичность.

Представители элит этих этносов, захватив инициативу в свои руки после национально-освободительной войны, не желали принимать мусульманскую идентичность, включающую все этносы. Внешние силы также были против. В частности, англичане требовали упразднить халифат и отменить законы шариата. Основатели республики полагали, что религию необходимо изъять из общественной жизни. Их представления о мире были построены не на исламских канонах, а на позитивистских принципах светского государства.

Таким образом, с их точки зрения ислам не являлся общей ценностью. Согласно религиозному делению, «немусульмане» получили статус «меньшинства». Но тут есть два обстоятельства. Во-первых, понятие «меньшинство» никогда в истории ислама не использовалось для обозначения «немусульман». Во-вторых, подобные действия были направлены на то, чтобы все мусульмане приобрели турецкую идентичность. В этой связи разделение мусульман и немусульман на большинство и меньшинство было сделано не во благо мусульманам, а ради укрепления новой национальной принадлежности. Таким образом, можно сказать, что курды, турки и некурды оказались в трудной ситуации.