Переговоры с РПК?

| Али Унал 109

Для того, чтобы понять суть переговоров с Рабочей партией Курдистана (РПК), достаточно посмотреть на заносчивость, с которой ее представители держались на просочившихся в СМИ записях переговоров в Осло.

Турецкая сторона держалась довольно скромно. Между тем, представители РПК задавали провокационные вопросы и шаг за шагом вынуждали противоположную сторону к признаниям, которые они могли бы когда-нибудь использовать для шантажа властей, а обещания они выслушивали с таким видом, будто заносили их в список: «Вы разве не дали нам права на обучение на родном языке и не понизили избирательный ценз? Вы разве не обещали нам создать демократическое самоуправление? Не давали ли вы слова отпустить нашего лидера? Вы разве не приняли наше условие, что наши внутренние каналы связи и каналы связи с нашим руководством останутся открытыми? Не вы ли согласились с тем, что мы можем сохранить свои вооруженные отряды? Разве в начале переговоров вы не приняли дорожной карты наших лидеров? Разве правительство в вашем лице не признало в нашем руководстве равноправного собеседника? В ходе переговоров вы разве не признали законность наших требований? Вы не говорили о том, что мы уже заплатили свою цену и что вы верите в нашу искренность? Вы разве не гарантировали, что члены Союза общин Курдистана останутся на свободе?».

Вообще-то неискренность РПК, как и тот факт, что они никогда не хотели мира, совершенно очевидна. Они хотели с помощью этих переговоров подстроить ловушку Турции и выиграть время, но на самом деле были готовы прибегнуть к террору, когда сочтут нужным. Это становится понятным из прозвучавших перед выборами 12 июня угроз Айселя Туглука, заявившего, что «случится что-то очень плохое», и Махмута Алынака, обещавшего, что «правительство будет свергнуто в течение шести месяцев». И это подтвердилось нападениями в Сильване и Чукурджа, которые послужили стартом для планировавшегося РПК свержения правительства и получения автономии. Эти нападения послужили тому, что у правительства открылись глаза: они впервые начали по-настоящему  бороться с терроризмом. Если бы не было этой борьбы и арестов членов Союза общин Курдистана(KCK), то большинство городов Турции сейчас находилось бы в состоянии гражданской войны. В этом плане, если Турции еще не надоело наступать на одни и те же грабли, то она может снова начать переговоры с РПК. В связи с этим есть еще один интересный момент, который ранее не обсуждался. Существует очень большая вероятность того, что переговоры в Осло проходили под наблюдением Англии по схеме, которую предложили руководители РПК. Был составлен текст  соглашения, в котором Оджалан назывался «уважаемым».  Почему же Народно-республиканская партия (НРП) и Партия Национального движения (ПНД), которые поднимают шум при любом удобном случае, на этот раз промолчали?

Очевиден ряд фактов: ни РПК, ни Партия мира и демократии (ПМД), ни KCK никогда не будут представителями сколько-нибудь значительного количества курдов и не смогут стать авторитетной силой в решении «курдской проблемы». РПК, ПМД, KCK могут только обострить курдскую проблему. Как откровенно было сказано в письме, которое Оджалан отправил в горы Кандиль, их целью является создание государства Курдистан, которое станет вторым «большим Израилем», и если понадобится, то для этого они развяжут народную войну и станут подавлять курдов точно так же, как годами угнетало свой народ правительство Турецкой Республики. Во-вторых, РПК, KCK и ПМД в значительной степени питаются террором. Когда государство сможет остановить насилие, заставить граждан воспринимать себя как справедливую и милосердную силу, обеспечить безопасность курдского народа перед лицом террора РПК, прижать к груди курдский народ, причем не опасаясь действий РПК, а повинуясь чувству долга, и сможет убедить в этом курдов, тогда ПМД перестанет существовать.  Таким образом, первый шаг на пути к прекращению террора РПК и решению курдской проблемы состоит не в том, чтобы вступать в диалог с организациями типа  РПК, Союза Общин Курдистана и ПМД. Он состоит в том, чтобы полностью от них изолироваться и попробовать завоевать расположение народа, а также предоставить возможность сформироваться организациям, которые действительно способны представлять интересы курдского народа. Эти выводы лежат на поверхности. Однако если нам предлагают руководствоваться чужими решениями и пробовать решить ситуацию так, как, например, это делают в Ирландии, то это говорит по меньшей мере об отсутствии самых элементарных географических знаний. А попытка взять Англию в проводники в этом вопросе означает не что иное, как привести овцу к волку или отдать курицу лисе.

РПК и курдский вопрос, безусловно, очень тесно связаны с ситуацией в Сирии, оккупацией Ирака, и его фактическим делением, которому мы, несмотря на свое несогласие, не смогли препятствовать и которое когда-нибудь приобретет официальный статус. Кроме того, эти две проблемы связаны с нашими отношениями с Ираном и Израилем, а также с политикой этих стран.

Это стоит обсудить отдельно.