Если бы демократия пришла однажды, она бы никогда больше не ушла

| Бюлент Кенеш 250

Слава Богу, что мы увидели эти дни! Турецкие национальные дни наконец-то очищены от милитаризма и всех этих торжеств, проводимых на больших стадионах, как это все еще делается в изолированных тоталитарных режимах, таких как Северная Корея и Иран.

19-ое мая в этом году, День молодежи и спорта, был отмечен радостно и красочно, с участием гражданских лиц на улицах и площадях. Символически, таким образом, был достигнут еще больший прогресс в становлении турецкой демократии. Нельзя не согласиться с заголовком, опубликованным некоторыми газетами: "Железный занавес разрушен", потому что прежние массовые демонстрации проводились по принципу военной дисциплины и были характерны для бывших стран  железного занавеса.

Желающие понять, какой вид ментальности "занавеса" Ирана был до последнего времени правящим в Турции, несмотря на то, что она являлась частью западного блока, должны взглянуть на ситуацию в Северной Корее. Социальные группы, недовольные всевозможными демократизациями, демилитаризациями, демократическими переменами и преобразованиями, должны откровенно признать, что они выступают за близость к северокорейскому стилю управления и социальной организации.

Я часто ссылаюсь на Северную Корею, поскольку только что вернулся из ее ближайшей соседней страны - Южной Кореи. Северная Корея, где правила железного занавеса по-прежнему тверды, продолжает оказывать всевозможное давление и тиранить свой собственный народ, периодически страдающий от голода и других бедствий. В то же время Южная Корея, вставшая на путь демократии с 1987 года, во всех областях демонстрирует спортивную ловкость динамичных азиатских тигров. Народы Южной Кореи, где доход на душу населения приближается к $32000, и Северной Кореи, где люди живут очень бедно, объединены одним происхождением, общей культурой и историей. Из этого можно извлечь как наглядный пример пагубной политики железного занавеса, так и пример того, чего можно достичь, поддерживая демократический режим. Думаю, не будет ошибкой утверждать, что демократизация имеет самую высокую долю успеха в Южной Корее, с экономикой в $1,6 трлн.

Опыт Южной Кореи находится в тесной параллели с Турцией, поскольку процесс демократизации обеих стран часто прерывался военными интервенциями. Но сегодня, благодаря демократическим соглашениям и институтам, Южная Корея твердо стоит на своем месте, а влияние военных на политику и общество в значительной степени урезано. Южная Корея добились этого, несмотря на всевозможные угрозы, включая ядерную, из Северной Кореи, страны, которая видит смысл своего существования во враждебности по отношению к Южной Корее. На сегодняшний день демократия в Южной Корее в полном расцвете. Президентская система, основанная на разделении властей, и система сдержек  и противовесов реализованы почти так же тщательно, как в США. Полноценно осуществленная демократия полностью устранила риск военных интервенций.

У меня была возможность провести сравнение между турецким и южнокорейским опытом становления демократии, прерываемой военными переворотами. Во время моего недавнего недельного пребывания в Сеуле, я принял участие в заседаниях и конференциях, проводимых в парламенте, конституционном суде, ассоциации адвокатов и университетах. Программа была организована совместно с Культурным центром Стамбула - организацией, содействующей турецкой культуре и работающей над улучшением двусторонних отношений между Турцией и Южной Кореей, Корейско-турецким деловым объединением (KOTUBA), университетом Сеула, национальным университетом Kyungpook, университетом Ajou и судебной корпорацией Хагнанг.

В ходе этих встреч я понял, что, к сожалению, некоторые члены турецкой делегации путают прогресс демократизации Турции и достижение истинной демократии. Многие люди поспешили отметить, что турецкий переход к демократии начался в 1876 году, когда была разработана первая конституция, или в 1830-х годах, когда были сделаны некоторые демократические шаги, связанные с управлением на местах. Поток аргументов затем переходил к частым переворотам, которые прервали демократический прогресс государства. Однако, по моему мнению, Турция никогда не имела полноценного демократического правительства, которое можно было бы считать кульминацией путешествия к демократической стране. Всё, чего Турция до сих пор смогла достичь - это продолжающееся движение в направлении демократизации. Вполне нормально утверждать, что страна, где разговоры о демократизации превратились в нескончаемую болтовню, еще не достигла подлинной демократии.

Во время моего пребывания в Южной Корее, я также был свидетелем аргумента, который метко резюмирует проведенный выше анализ и является ответом на сожаления по поводу частых перерывов в турецкой демократии, озвученные некоторыми членами турецкой делегации. Когда мы посетили MINBYUN («Юристы за демократическое общество»), юристов из Организации гражданского общества (CSO), президент MINBYUN Сеон-су Ким заметил: «Демократия, придя однажды, не уходит никогда». Эти слова отпечатались в моей памяти, став надежным тестом на демократию и красноречивым манифестом того, что должно быть достигнуто с установлением истинной демократии.

Нам необходимо подробнее обсудить точку зрения, согласно которой демократия на данный момент еще не пришла к полному расцвету из-за того, что ее становление часто прерывалось военными переворотами. Можем ли мы  тогда утверждать, что Турция на самом деле имеет вековой опыт демократии? В лучшем случае мы можем сказать, что Турция прилагает усилия для достижения подлинной демократии в течение последних 100-150 лет, и пока ей не удалось реализовать идеальную демократическую систему. Следовательно, мы должны обсудить, почему прогресс, достигнутый Демократической партией (ДП) под руководством Аднана Мендереса в период между 1950 и 1960 годами, и успехи в демократизации Тургута Озала между 1983 и 1993 годами не удалось развить в подлинно демократическую систему в Турции. Как Сеон-Су Ким метко отметил, мы должны понять, что демократия, легко отступающая перед военными, не является подлинной демократией.

Именно поэтому составление конституции гражданскими лицами для начала должно быть сосредоточено на закреплении демократии, которая "не уйдет", и обеспечении гарантий нерушимости для такой демократии. Как выразился Осман Кан, профессор конституционного права, эта конституция сформирует костяк политической системы, которая будет управлять страной в течение многих десятилетий в будущем. Если вы разработаете его как скелет птицы, которая гордо летит на своих сильных крыльях, то Турция сможет лететь. Но если вы строите скелет рептилии, то Турция будет продолжать ползти.

Я думаю, что мы, как граждане, разделяющие судьбу страны, – летящей или ползающей, - вправе требовать конституцию, которая станет основой демократии. Демократии, которая никогда не исчезнет.