Максимальная конфронтация и поляризация общества

| Cumhuriyet 109

Ранее, увидев, какой интерес и сочувствие вызвал «Марш справедливости» в обществе, я уже писал, что это станет своеобразным стартом для предвыборной кампании 2019 года.

Мне было интересно, какую тактику в процессе до 2019 года выберет «Единственный человек» [президент Эрдоган, прим. ред.].

Потому что результаты конституционного референдума серьёзно нервировали правительство. Результаты референдума содержали в себе сигналы того, что любые выборы могут быть проиграны.

ПСР устремилась к отметке в чуть менее, чем 41%, как на парламентских выборах 7 июня 2015 года. Могла ли партия, вместо стратегии напряжённости, прибегнуть к стратегии «оттепели», привив людям чувства уверенности в будущем, спокойствии и стабильности, справедливости, единства, солидарности и интеграции как гражданам одного государства.

Вопрос, безусловно, риторический. Конечно, нет!

Ситуация стала понятна, когда сообщили о 170 тысячах участников митинга [по данным оппозиции, в финальном митинге «Марша справедливости» приняло участие порядка 1,6 млн человек, прим. ред.]. Перед нами контратака, где Кылычдароглу открыто угрожают, что он больше никогда не сможет выйти на улицу - такое сложно представить в демократической стране, и тем более - из уст президента, не только угрожающего оппоненту, но и не исключающего возможности народных столкновений.

На церемониях, посвященных 15 июля [годовщина попытки переворота, прим. ред.] он увеличил дозу критики в адрес Кылычдароглу. Ему не дали ночью приехать в парламент. Главным действующим лицом кровавого путча внезапно стал Кылычдароглу, а не Ф.Г. [Фетхуллах Гюлен, прим. ред.]

Эти действия могут быть очень показательными для предвыборной стратегии…

Видно, что власть займёт жёстко конфронтационную позицию. Это можно сравнить с действиями после оглашения результатов выборов (менее 41%) 1 июня 2015 года. В то время главными темами медиапространства были РПК, окопная война, Демократическая партия народов (ДПН). Процесс «замирения» был свернут с обеих сторон. Внимание народа было сфокусировано на этих темах и это дало свои плоды — более 49% голосов.

Сегодняшняя ситуация похожа на период после выборов 7 июня. Нет никаких предпосылок, что в ближайшие 19 месяцев что-то изменится в пользу ПСР. Скорее всего, количество голосующих за партию власти продолжит сокращаться.

Поэтому самое время использовать хорошо зарекомендовавших себя напряжённость и поляризацию общества. ПСР верит, что таким образом они вновь укрепят свой электорат.

Возможность проводить выборы — главный источник легитимности этой власти. Несмотря на постоянный конфликт, шум, давление на прессу, несправедливость, бесправие, идея о том, что выборы до сих пор проводятся - является спасительной как для всего мира, так и для Турции. Если оборвётся и эта ниточка - всё кончено. Оборвёт ли её ПСР?

Власть может сохранить народную выборность до самого конца. И по-моему, она так и поступит. Предвыборный процесс обещает быть крайне жёстким и конфликтным.

Когда мы приблизимся к выборам в марте 2019 года, мы все увидим результат: та ли мы страна, где можно проводить выборы, где власть может перейти в другие руки...

Вера власти в то, что она должна полностью гарантировать исход выборов является той самой идеолого-политической догмой и заблуждением, способствовавшем пошаговому «легитимному» превращению страны в сегодняшнюю «Новую Турцию», а в перспективе в «республику Эрдогана». Анализ получился пессимистичным. Но этот пессимизм в наших условиях более чем оправдан.

Орхан Бурсалы