Курс правительства — беcконфликтность

| Этьен Махчупян 98

Каким образом правительство хочет решить курдскую проблему, и так понятно: наладить постепенный процесс улучшения, удерживая узду правления в своих руках, что бы ни случилось. Не делать шагов назад. Заставить признать правильность политического курса, избранного правительством, даже тех, кто считает реформы недостаточными.

Как не попасть в ловушку

Однако возможность воплощения этого плана в жизнь зависит от того, не превратятся ли столкновения с Рабочей партией Курдистана (РПК), которые происходят время от времени, в настоящий военный конфликт. Правительство заинтересовано в том, чтобы ничего не менялось. Но если ситуация изменится, правительство постарается возложить всю политическую ответственность на РПК.

Возможно, здесь играет роль влияние Барзани и Первера (Масуд Барзани — глава Курдского регионального правительства (КРП) в северном Ираке и Шиван Первер — знаменитый курдский певец). Они посетили Турцию в середине ноября, и в местных СМИ это событие окрестили «примирением братьев — турок и курдов». Всю ответственность на группировку можно будет возложить в том случае, если правительство останется открытым для всех курдов, но, несмотря на это, РПК продолжит курс на противостояние. Это и будет свидетельствовать о том, что у РПК есть какие-то другие корыстные планы, а не интересы курдов.

Проще говоря, правительство хочет присвоить курсу бесконфликтности статус-кво, чтобы каждый возможный конфликт отныне подавался как политический каприз РПК. С другой стороны, общество расценивает это новое положение как основу для налаживания отношений, а потенциальная угроза создания конфликтной ситуации со стороны РПК подрывает её авторитет в курдском мире. Это означает, что позиции РПК как равноправного партнёра в переговорах пошатнулись. Конфликт по мере своего продолжения будет превращаться в ловушку для группировки, поскольку с каждым шагом инициатива переходит в руки правительства.

Один из основателей РПК Джемиль Байык заявляет, что война неизбежна из-за действий правящей Партии справедливости и развития (ПСР). И под действиями подразумевается совсем не недостаток реформ. Основной аргумент РПК не содержание реформ, а формат их проведения. По мнению Байыка, единственным условием для невозобновления войны является согласие ПСР на переговоры. Что же при этом имеется в виду: ведение переговоров на официальном уровне при участии третьей стороны - наблюдателя и официальное признание переговорщиком лидера РПК Абдуллаха Оджалана, который сейчас находится в турецкой тюрьме. То есть представители РПК не заявляют, что сразу начнут войну, если права курдов не будут восстановлены. Они говорят, что начнут военные действия, если решение будет приниматься без их участия.

Нужно признать, что это достаточно рискованная позиция. Если РПК будет продолжать вести себя в интересах своей группировки, правительство может предложить перспективу определения времени проведения удовлетворяющих курдское общество реформ, и предстоящие выборы послужат хорошими условиями для этого. Таким образом, группировку можно будет подтолкнуть к распаду, и, возможно, это и есть стратегия правительства...

Выбор стратегии

Чтобы изменить течение истории, у РПК есть два пути. Первый — проявить смелость и смотреть в будущее без оружия, заново создавая себе положительный имидж в обществе. Отказаться от политики конфликта и, приняв новый курс возрождения, защищать права курдского общества в повседневной жизни. Однако, судя по всему, РПК не готова поддержать эти реформы, не испробовав второй путь — заручившись поддержкой международного сообщества, добиться исключения РПК из списка террористических организаций и стать официальным политическим собеседником. А это возможно лишь в том случае, если РПК объявит себя единственным выразителем воли курдов, соответственно, утверждая, что ПСР вовсе не намерена защищать эти права.

К тому же на 10-й конференции «Евросоюз, Турция и курды», проводимой в начале декабря на базе Европейского парламента в Брюсселе, мы видим и предложение РПК по этой стратегии. Даже если предположить, что ПСР ничего не делает, действия в Рожаве (регион на севере Сирии, в котором в середине ноября было объявлено самоуправление курдов) означают отрицание курдов, поэтому восстановление их прав — это лишь показные действия накануне грядущих выборов. Если мы сопоставим это высказывание с выступлением Салиха Мюслима, лидера курдской партии «Демократический союз» (PYD), действующей на территории Сирии, картина станет яснее: «Наша партия представляется как политическое движение, которое не прибегает к оружию даже в сложных ситуациях, делает всё, чтобы борьба не привела к насилию, объединяет всех лидеров в регионе и следует идеалам западной демократии».

Добавим, что PYD действительно двигалась в этом направлении в последнее время и наладила отношения со многими в регионе, исключая курдов. Однако возможность мягкого и демократического разрешения внутренних проблем курдского общества невелика. Жизнь намного сложнее, чем представляет себе РПК. Заканчивается время, когда сильный игрок является самым значительным. Отныне у него будет только относительная сила. На новом этапе РПК может стать значительной силой… Конечно, если она сделает для этого всё необходимое.