Упущение Турции — выигрыш для России

| Фехим Таштекин 64

«Раздавая оружие, приобретаешь союзников!» Таков древний закон уродливого миропорядка; не важно, идёт ли речь о старом или о новом мире...

Утверждение, являющееся как бы братом-близнецом этого закона, гласящее, что «захватывая территории, разрушаешь сложившийся порядок», похоже, оказалось неверным в случае с Ираком. Я веду речь о контракте на сумму в 4,2 млрд долларов, который заключил с Россией премьер-министр Ирака Нури Аль-Малики. Россия поставит Ираку 30 вертолётов и 42 комплекса «Панцирь С-1». Кроме того, идут переговоры о поставках истребителей Миг-29. Заключая соглашение с Ираком, Россия компенсирует потерю военного контракта на 4 млрд, связанную с падением режима Каддафи. Россия, выступившая против американской оккупации Ирака, — единственная страна, которой посчастливилось пользоваться в послевоенном Ираке льготными условиями наряду с США. Между тем Ирак без Саддама Хусейна казался потерянным для России. Находить союзников на Ближнем Востоке, не оккупируя никаких территорий, — это то, в чём русские всегда преуспевали. А теперь взгляните на Турцию, которая, являясь пассивным соучастником оккупации, была близка к делам Ирака настолько, что проводила «совместные собрания кабинета министров». Однако ради того чтобы контролировать процессы, происходящие на Ближнем Востоке, Турция поступилась искренностью в отношениях с Ираком и стала вмешиваться во внутренние дела этой страны. В результате её расчёты относительно Багдада не оправдались. Не говоря уже о торговле, что может быть тяжелее, чем потерять соседа? В таком плачевном положении оказалась Турция.

Стоит ли беспокоиться Соединённым Штатам?

Несомненно, тот факт, что оборонная концепция Ирака основывается на использовании систем российского производства, является трагедией для Америки, которой обязаны властью новые хозяева Ирака. Американцы жалуются на то, что Ирак, на освобождение которого ими были затрачены миллиарды долларов (при этом они не учитывают тот факт, что цена, которую иракцы заплатили за эту войну, доходит до миллиона человеческих жизней), становится союзником России. Не знаю, возможно их утешают следующие слова пресс-секретаря Госдепартамента США Виктории Нуланд: «Ирак выступил с инициативой заключения с США 467 военных контрактов. Если эти инициативы получат дальнейшее развитие, общая сумма этих поставок достигнет 12,3 млрд долларов. Несомненно, мы осуществляем многоплановое и тесное сотрудничество с Ираком в военной сфере». Проблема заключается в том, что, даже несмотря на поставку Ираку вооружений на 6 млрд долларов, с момента вывода войск 31 декабря 2011 года США очень неохотно удовлетворяют запросы Багдада по увеличению обороноспособности страны. У Малики просто нет сил ждать.

Союз в Сирии

Разумеется, важнее то, что оборонительная система Ирака является, по сути, вызовом Турции. Багдад обосновывает свою потребность в оборонительной системе трансграничными операциями Турции против боевиков РПК. Настроения Багдада отражает интервью, данное в прошлом месяце газете New York Times заместителем председателя комиссии по безопасности при парламенте Ирака Искендером Витвитом: «Наша армия подготовится к отражению ударов, наносимых Турцией по РПК на территории Ирака. Если будет на то воля Божья, мы снабдим Ирак вооружением, которое позволит сбивать эти (т.е. турецкие) самолёты». Другой фронт, которому угрожает вооружающийся Малики, — это курды, заключившие союз с Турцией. Столкновение между руководством Курдистана и Малики кажется неизбежным. Предпринимаемые курдами параллельно с правительством усилия по вооружению явно не предвещают ничего хорошего. Ранее попытка Багдада взять под контроль границу с Сирией поставила на грань вооруженного столкновения иракскую армию и курдские военизированные формирования «Пешмерга». Столкновение становится всё более реальным сценарием развития событий. Если верить утверждениям, опубликованным иранским информационным агентством «Фарс» со ссылкой на голландскую газету De Telegraaf, курды тем временем запасаются израильским оружием. Согласно сообщению, курдское руководство заключило с Израилем контракты на общую сумму в 20 млрд долларов, предполагающие в том числе поставку 12 боевых самолётов и 20 вертолётов, трех транспортных вертолётов, танка «Абрамс», системы ПВО, зенитной артиллерии, БМП, амуниции и РЛС.

Чего не хочет Путин...

Похоже, что российский лидер Владимир Путин записал Малики в число своих союзников по Ближнему Востоку, где помимо военного сотрудничества с Ираком первостепенное значение имеет Сирия. Малики, как и Путин, выступает против иностранного вмешательства в дела Сирии, так же как и против смены режима путём вооруженного восстания. Оба лидера действуют на одной волне, выступая против политики, проводимой Турцией в отношении Сирии. Обращает на себя внимание и тот факт, что Путин отложил свой визит в Турцию после встречи с Малики в Москве. Этот визит был важен с точки зрения сокращения различий между подходами двух стран к разрешению сирийского кризиса. Однако со времени июльской поездки Эрдогана в Москву противоположные позиции Турции и России не изменились. Путин серьёзно озабочен политикой Турции по сирийскому вопросу, но вместе с тем он высоко ценит стратегическое партнёрство с Турцией. Поэтому он старается избегать лобового столкновения с Турцией по сирийскому вопросу. Он не хочет жертвовать ни Сирией ради отношений с Турцией, ни Турцией ради Сирии. Тот факт, что визит был отложен, свидетельствует о том, что стороны по-прежнему далеки от консенсуса в деле разрешения сирийского кризиса. Один мой коллега-журналист, близкий к российскому правительству, некоторое время назад говоря о том, что Путин, возможно, отложит свой визит в Турцию, обратил внимание на то, что принципиальные различия в подходе сторон к сирийской проблеме по-прежнему сохраняются. Понятно, что на фоне максимального накала страстей в Турции после гибели людей в Акчакале, Путин, выступающий в роли щита для Сирии, воздержался от участия во встрече в Анкаре, которая проходила бы в напряженной атмосфере и могла бы нанести вред двусторонним отношениям.