Насколько уважительно относятся военные к демократии и закону?

| Исмет Беркан 10

Публикуем статью Исмет Берканта, колумниста газеты Hürriyet, на тему отношений военных и правительства. Ранее МК-Турция публиковал статью «Насколько уважительно относится правительство к праву и демократии?»

В статье автор размышлял о том придерживалось ли правительство демократических ценностей в действиях по отношению к военным. В этом же комментарии Беркант пытается разобраться были ли действия военных в рамках предписанного им закона.

______

Некоторые вещи нельзя отрицать по определению. В начале 2000х годов председательство Генерального штаба на наши с вами налоги покупает различные домены в интернете. После этого под этими именами создает действующие сайты. На этих сайтах публикуются неверные новости, происходит манипулирование информацией, печатаются провокационные статьи.

На этих сайтах не только печатаются искаженные новости для турецкого народа, в то же время Генеральный штаб занимается черным пиаром против своего правительства.

Генеральный прокурор кассационного суда Турецкой республики принял в качестве доказательства ложные новости, опубликованные на сайтах, созданных генштабом, и начал дело о запрещении Партии Справедливости и Развития (ПСР). После этого решением Конституционного суда эти новости признаются ложными.

Позже, в 2009 году, все это всплывает наружу. Генеральный штаб не отрицает этого, говорит: «Да, мы это сделали, но это было сделано по указанию из канцелярии премьер-министра».

Этот приказ ищут, но не находят. Становится ясно,что Генеральный штаб опирается в своих заявлениях на циркуляр тех времен, когда в кресле премьер-министра находился Бюлент Эджевит. Это распоряжение они поняли слишком широко, и приняли обязанности по его выполнению на себя. Потом основали сайты, распространяющие неверную информацию, как безумные работали против своего собственного правительства.

Все это случилось в рамках цепи инстанций и случилось по приказу. Недавно по этому вопросу было возбуждено дело, составлено обвинительное заключение, если кому-то интересно — можно открыть и почитать.

Хорошо, все это ясно, но я не понимаю одного: что сделал Генеральный штаб в 2009 году, после того, как об этом стало известно общественности? Попросил ли он, например, прощения у турецкого народа? Сознался ли, сказав: «Мы вмешались в дела, которые были далеки от наших прямых обязанностей, мы нарушили закон»? Выразил ли хоть как-нибудь сожаление? Нет, совсем наоборот: в прокуратуру были написаны заявления, в которых вину за произошедшее попытались свалить на офицеров низшего ранга, полковников и майоров.

Между тем, широкоизвестные отчеты(andıç), планы и даже, возможно, тексты на сайтах, не могли бы быть опубликованы без ведома и одобрения командования.

Сейчас из-за новых офицеров, в отношении которых было выдано постановление об аресте, глава Генерального штаба и командиры вооруженных сил подают в отставку, говоря: «Дошло до того, что я не могу защитить права своего личного состава» (заялвения экс-главы Генштаба Ышик Кошанера по поводу его отставки - ред.).

Если вы не начали административного расследования в связи с тем, что народ был введен в заблуждение и велась пропаганда против правительства, если вы не выказываете даже малейших признаков раскаяния, то становится интересно: действительно ли вы так преданы закону и демократии, как утверждаете?

В нормальном демократическом государстве вопрос типа отчетов в интернете не может интересовать только прокурора и суд. Организации, верящие в то, что нужно отчитываться и перед народом, отчитываются и, если это необходимо, приносят свои извинения. У нас в стране они пытаются выйти сухими из воды. Разве это уже не слишком?

Логика «падения последней крепости»

С тех пор, как вечером в пятницу стало известно об уходе нескольких командиров в отставку, по меньшей мере, в окружении, которое я могу наблюдать, царит вполне ощутимое огорчение. Огорчение, которое даже сильнее, чем любопытство: «Почему они все вдруг ушли в отставку?». Если честно, то я не понимаю, откуда взялась эта печаль. Почему люди переживают из-за того, что свою должность оставляет человек, которого они совсем не знали, и не представляли себе, в чем состоят его ежедневные заботы? Возможно, кому-то покажется, что мое мнение продиктовано стереотипами, но я думаю, что эта грусть гораздо сильнее в тех кругах общества, которые определяют себя как светских приверженцев Ататюрка.

Мы все постоянно путаемся, когда говорим о роли армии в демократическом государстве. Среди нас достаточно людей, которые считают, что армия - «гарант демократии». Грубо говоря, современная демократия опирается на три принципа: механизмы баланса и торможения, препятствующие концентрации власти в одних руках, верховенство закона и ответственность. У нас же в полной мере не сформировалось механизмов баланса и торможения, опирающихся на принцип разделения сил и главенство закона. Это облегчает авторитаризацию управления и дает возможность не отчитываться о своих действиях.

Я понимаю, что в Турции, как ни в какой другой стране, которая считает себя демократической, многим людям армия казалась тем самым механизмом баланса и торможения. Между тем, в демократических государствах необходимым считается, чтобы механизмы баланса и торможения сопровождались демократическим и законным конституционным правлением.

Думаю, излишне пояснять, что у нас роль армии, на которую некоторые указывают, не поддерживается ни демократическим, ни легализованным конституционным правлением. Те, кто сегодня расстраивается из-за ухода нескольких офицеров в отставку, боятся демократии без баланса и тормозов. Турция обязана понять этот страх и отреагировать на это беспокойство.

Но нужно также не забывать вот о чем: эта обязанность, а именно — обязанность препятствовать авторитаризации власти, а также предотвращать уход от ответственности перед народом, не может быть обязанностью армии. Смотреть на военных как на «последнюю крепость режима», видеть это таким образом — значит поддерживать режим, который является антидемократичным.

Но для демократии также неприемлемым было бы лишиться механизмов баланса и торможения и допустить сосредоточение власти в одних руках.

Отставка командующих, даже если это получилось случайно, повлияет положительно на гражданское правление. Нам необходимо построить гражданское общество, мы не должны ждать, что кто-то придет и принесет нам его на блюдечке.

Уровень демократизации общества прямо пропорционален его способности контролировать власть и отчетность руководства перед народом. Поэтому «последняя крепость» не пала: такой крепости, в общем, и не существовало.