Новый термин в словаре турецкой внешней политики — «психологический шок»

| Керим Балджи 8

Договор об обмене иранского ядерного топлива, подписанный Западом при посредничестве Турции и Бразилии, кажется, произвёл на страны Запада тот эффект, который так ожидали Давутоглу и его команда. Уже давно было принято решение, касающееся санкций, инициатором которых стали США. Страны Запада поддержали эти санкции, имея малое представление об их содержании.

Турция и Бразилия добились заключения соглашения в пику уже принятому решению. После этого страны Запада должны были убедиться в бессмысленности разговоров о санкциях, в разумность которых они верили до недавнего момента. Давутоглу называет это «действием психологического шока».

Действие психологического шока стало тактическим ходом, часто используемым внешней политикой Турции под руководством профессора Ахмета Давутоглу. Конечно, речь не идёт о стратегии. Одновременно это ведь означает и постоянное введение в заблуждение, непредсказуемость; а иметь в союзниках страну, постоянно шокирующую своим поведением, сложно. Турция всегда приберегала действие психологического шока до последних минут, до мгновений, когда переполняется чаша терпения. Такого поведения она должна придерживаться и дальше. К примеру, такое же психологическое воздействие имела поддержка Турцией плана Аннана по Кипру. Неожиданно быстрая разработка и проведение в жизнь требуемых ЕС реформ тоже произвели подобный эффект. Понятно, что мгновенный шок не был тщательно запланированным тактическим шагом, но нужно признать, что после этого бесконтрольный шок взяли под тщательный контроль.

Само по себе соглашение об обмене топлива, подписание которого Турции и Бразилии удалось добиться от Ирана, несёт в себе ряд шоковых элементов. От посредников не требовалось, чтобы Иран заявил о принятии соглашения с «шестёркой» (тем, кто не следили за событиями, напомним, что в «шестёрку» входят пять постоянных членов Совета Безопасности ООН и Германия). Соглашение об обмене топлива преподнесло Западу и этот подарок. От посредников также не требовалось, чтобы Иран отныне взял на себя обязательство проводить обогащение урана только в мирных и гражданских целях. Но в ходе заключения соглашения было достигнуто и это. Короче говоря, ряд принципиальных вопросов, обсуждавшихся «шестёркой» и Ираном, был разрешён Турцией и Бразилией. Теперь необходимо добиться того, чтобы работы по обогащению иранского топлива и работы ядерного реактора стали как можно более прозрачными для МАГАТЭ и чтобы при мысли об Иране нас не посещало глубокое мрачное чувство.

Действие психологического шока, произведённое соглашением об обмене топлива, было усилено несколькими шагами, предпринятыми Турцией сразу после его подписания. Ахмет Давутоглу на заседании группы «Евромед» в Стамбуле, объявил о том, что в ответ на отмену наложенного на три порта Северного Кипра эмбарго, как это было обещано в период голосования по плану Аннана, Турция откроет все порты для кораблей греческой части острова, и разрушил ещё одну догму. То, что Турция в один день подписала с Грецией 22 соглашения, шокировало не только страны Запада, но даже греческую прессу. Договор с Россией об отмене виз также вызвал интерес в мире. То, что конференция ООН по Сомали проходит в Стамбуле, внешне не имеющего никакого отношения к Африке, также привело в растерянность западных журналистов.

Растерянность Госсекретаря ООН Пан Ги Муна, находящегося в Стамбуле по случаю проведения конференции по Сомали, даже сменилась восторгом. Все ждут официального членства США на третьем форуме Альянса цивилизаций, который пройдёт на предстоящей неделе в Бразилии. Если это случится, удивлюсь даже я. И причиной тому станут разговоры об израильской политике первого доклада комитета мудрецов, который уже обрёл статус документа ООН.