Реакция Human Rights Watch на поправки к Конституции Турции

| Комментарий 93

В Турции 16 апреля состоялся референдум относительно поправок к Конституции, которые изменят систему управления - от парламентской до президентской.

В связи с этим, ведущая правозащитная организация Human Rights Watch изучила, как возможные изменения могут отразиться на правах человека в Турции. Представляем вашему вниманию текст с размышлениями организации:

Выступают ли правозащитники Human Rights Watch в пользу парламентской системы управления в ущерб президентской? И является ли одна из систем лучше другой в контексте прав человека?

Выбор между президентской или парламентской системами, либо гибридом двух систем - это политический выбор, который должны сделать турецкие граждане, а не вопрос о правах человека. То, что важно для соблюдения и защиты прав человека и верховенства закона, является сутью любой системы управления в государстве. То есть: имеет ли государство систему сдерживания и противовесов, чтобы предотвратить злоупотребление властью теми, кто занимает высокий политический пост.

Демократия - это больше, чем возможность периодически голосовать на выборах. Контроль и система противовесов необходимы для обеспечения того, чтобы электорат имел реальные способы удержать людей, избираемых ими на ответственные посты в рамках демократических принципов.

Главным элементом подобной системы является разделение полномочий, при котором функционирование и обязанности законодательной и исполнительной ветвей власти, а также независимые суды, были институционально отделены друг от друга. Это позволяет законодательным органам и судам действовать разными путями в качестве эффективной проверки исполнительной власти, чтобы обеспечить её работу в рамках Конституции, соблюдения прав человека и верховенства закона.

За какие изменения проголосовали граждане Турции?

Президентство «в турецком стиле», названное так действующим правительством, может стать самым значительным изменением в политических институтах Турции после введения многопартийной системы выборов в 1946 году.

Поддержка поправок к Конституции дала бы немедленный эффект по двум параметрам. Власть президента над органом, который управляет судебной системой и контролирует назначение судей и прокуроров, возрастёт, а запрет главе государства, имеющему официальную партийную принадлежность, будет отменён. Суды в Турции уже находятся под политическим влиянием, и эти изменения значительно уменьшат независимость судебных органов.

К примеру, поскольку президенту Реджепу Тайипу Эрдогану будет официально разрешено оставаться ведущей фигурой в Партии справедливости и развития (ПСР), которая имеет большинство в парламенте, изменения усилят его влияние на назначения в судейский аппарат через парламент или напрямую.

Дальнейшие изменения вступят в силу после президентских и парламентских выборов, намеченных на ноябрь 2019 года, когда роль премьер-министра будет упразднена. Президенту будет предоставлено ​​исключительное право назначать или увольнять вице-президентов, министров и высокопоставленных государственных чиновников. Глава государства мог бы издавать декреты и принимать президентский бюджет без согласия парламента. У президента будет и возможность распускать парламент, и инициировать парламентские и президентские выборы. Президент сможет баллотироваться на два пятилетних срока, а в случае, если парламент будет распущен до окончания второго срока, и на третий.

Какова будет роль парламента?

Если конституционные поправки будут приняты, после выборов в ноябре 2019 года и полного перехода к новой президентской системе, парламент потеряет полномочия контролировать исполнительную власть - президента, вице-президентов и министров. Хотя количество мест в парламенте увеличится с 550 до 600 членов, этот орган утратит свои нынешние полномочия по выражению недоверия правительству и его должностным лицам.

Вместо этого парламент может представлять письменные запросы исключительно вице-президентам и министрам, но не самому президенту. Парламент по-прежнему будет иметь полномочия законотворческой деятельности, и, теоретически, полномочия президента по изданию указов не будут противоречить этой роли. Но снятие запрета с президента, имеющего официальные связи с политической партией, увеличит влияние главы государства на парламент, поскольку президентская партия имеет парламентское большинство.

Как международные эксперты юриспруденции оценивают предлагаемые конституционные изменения в Турции?

Венецианская комиссия, консультативный орган Совета Европы по конституционному праву, обеспокоена возможными последствиями поправок к турецкой Конституции. 13 марта 2017 года комиссия выразила мнение, что поправки могут «привести к чрезмерной концентрации исполнительной власти в руках президента и ослаблению парламентского контроля» и это «создаст в Турции президентский режим, которому не хватает необходимых рычагов контроля и противовесов, чтобы не стать авторитарным». Эксперты также выразили обеспокоенность тем, что двойная роль президента, как первого лица и как доминирующей силы в парламентской партийной политике, позволит ему контролировать судебные назначения напрямую и через парламент вследствие чего независимость судебной системы окажется угрозой.

К вопросу о сроках проведения референдума по расширению полномочий президента

Избиратели в Турции на референдуме 16 апреля приняли решение, одобрять ли им конституционные поправки или нет, которые могут изменить систему управления в стране. Одни рекламные плакаты гласили: «Наше решение - да», другие - «Нет партийному государству».

В Турции после неудачной попытки госпереворота в июле прошлого года введено чрезвычайное положение, что позволило Эрдогану посредством специального декрета возглавить кабинет министров и управлять страной с ослабленным парламентским и судебным надзором. Конституционные поправки, вынесенные к голосованию на референдуме, практически закрепят те полномочия, которые президент уже взял на себя.

Независимые СМИ в Турции фактически заставили замолчать: более 160 СМИ и издательств закрылись с июля 2016 года, и свыше 120 журналистов находятся в тюрьме в ожидании суда. Более 100 тыс. госслужащих были уволены или временно отстранены без надлежащего судебного разбирательства, свыше 47 тыс. человек были заключены в тюрьму до суда. Они обвиняются в причастности к заговору и в связях либо с движением турецкого проповедника Фетхуллаха Гюлена, либо с курдскими активистами, которых ассоциируют с запрещённой Рабочей партии Курдистана (РПК). Среди заключённых также находятся два лидера оппозиционной Демократической партии народов (ДПН) и 11 других членов парламента от партии.

Ситуация серьёзно ограничила возможность открытого публичного обсуждения конституционных поправок, а также политических дебатов. В предварительном заключении в ожидании суда находятся сотни курдских партийных чиновников, которые, будучи на свободе, организовали бы кампанию на юго-востоке Турции против конституционных изменений. А политики из ультраправой оппозиционной Партии националистического движения (ПНД), выступающей против поправок к Конституции, подверглись физическим атакам.

Кампания «за», возглавляемая действующим правительством, доминировала в обществе, в печатных СМИ, на телеканалах, а это означает, что равных условий перед референдумом не было. В данном контексте Венецианская комиссия выразила озабоченность из-за «крайне неблагоприятных условия для журналистики и всё более однобоких публичных дебатов, преобладающих в Турции, ставящим под сомнение саму возможность проведения содержательной демократической кампании о поправках к Конституции».