Военные и правящая партия

| Мюмтазер Тюрконе 272

Недавняя смерть Keнана Эврена, военного генерала, который стоял во главе хунты, совершившей государственный переворот 12 сентября 1980 года, предоставляет идеальную возможность для обсуждения сегодняшнего состояния военно-политических отношений в Турции.

Эврен был самым могущественным военным диктатором, когда-либо правившим Турцией, и во многом его влияние по-прежнему сильно сегодня. Ведь мы всё ещё пользуемся созданной им Конституцией. Некоторые важные государственные институты, такие как Высший избирательный совет (YSK) , также были сформированы под его руководством. И, возможно, самым главным, с сегодняшней точки зрения, является то, что при нём был введён 10-процентный избирательный порог, которым мы пользуемся на наших выборах. Эврен был генералом, возглавлявшим Генеральный штаб во время военного переворота 12 сентября. Сегодня эту должность занимает Недждет Озел, хотя, по слухам, распространяемым в Анкаре, он находится на грани отставки.

Некоторые даже говорят, что его 15-дневный отпуск по болезни был результатом плохих отношений с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом. Самыми заметными в этих «плохих отношениях» являются разногласия по правилам, которые не выполняются руководством страны. Сообщается также, что есть серьёзные разногласия между главой Генштаба и президентом относительно проблем, связанных с Сирией. Турецкие военные тесно привязаны к упорядоченным государственным рефлексам. С тех пор как начался кризис в Сирии, Эрдоган пребывает в состоянии оперативного управления. Однако это представляет для турецких военных значительный риск стать стороной гражданской войны в Сирии. В связи с возросшей актуальностью вопросов безопасности, мало кто сомневается в том, что турецкие военные предпочли бы остаться в стороне от сектантского конфликта, который, по всей видимости, займет Ближний Восток на долгие годы. Вместе с тем Эрдоган выглядит вполне готовым взять на себя любой имеющийся риск. Пока ядерный Иран представляет собой серьезную угрозу для Турции, Анкаре выстроить отношения с кем-либо, кроме своих западных союзников, на этом фронте представляется делом весьма трудным. Кроме того, нет абсолютно никаких преимуществ, которые могла бы получить Анкара, приняв чью-либо сторону в сирийском конфликте. Однако атмосфера тяжелых боёв может стать благоприятным фактором для Эрдогана, поскольку она сопутствует личным исканиям нынешнего президента по укреплению своего лидерства.

Между тем о серьезных расхождениях точек зрения в Анкаре сейчас говорят открыто, создавая атмосферу разногласий. Инцидент с Национальной разведывательной организацией (МİТ) и с грузовиками, перевозившими оружие, – просто один конкретный признак эскалации конфликта между Эрдоганом и военными. Несомненно, отправка груженных оружием грузовиков оппозиционным силам через границу с Сирией осуществлялась в соответствии с общей политической линией Эрдогана. Однако в нормальных условиях передача оружия проводилась бы под контролем самих военных. Учитывая, что МİТ курировала эту передачу оружия, военные, естественно, не должны были брать на себя такую ответственность. Более того, представляется, что задержание прокурорами грузовиков с оружием было операцией, осуществлённой по заказу турецкой армии.

Конечно, конфликт вокруг политики Анкары по Сирии не ограничивается этим инцидентом. Программа «обучить и вооружить», направленная на усиление сирийских оппозиционных сил, никогда полностью не была реализована. Даже заголовки, сообщающие порой о том, что «турецкая армия вошла в Сирию», являются отражением истинных желаний Эрдогана, но не военных.

Для того чтобы держаться подальше от этого нарастающего конфликта на Ближнем Востоке, военные хотят как можно скорее выйти из режима оперативного управления государством и перейти к упорядоченному управлению. Короче говоря, военные поддерживают мир, в то время как Эрдоган хочет войны. Вот почему военные больше не прислушиваются к указаниям правящей партии.

Ещё одним аспектом спора между правящей партией и турецкими вооруженными силами являются положения «красной книги», которые Эрдоган выносит на обсуждение после каждого заседания Совета национальной безопасности (СНБ). В своём страстном стремлении получить больше народной поддержки Эрдоган занялся охотой на ведьм, нацеленной на движение Гюлена. А для того, чтобы утвердить движение «Хизмет» в качестве козла отпущения, Эрдоган, конечно, хочет поддержки военных. СНБ является советом, состоящим как из военных, так и гражданских лидеров, а «красная книга» содержит основную доктрину и руководящие принципы для планирования военной безопасности. Включение движения Гюлена в «красную книгу» в качестве «параллельной структуры» означало бы союз между военными и Эрдоганом, а военные допустили бы использование этой доктрины в качестве пропаганды.

Турецкий военнослужащий хочет быть в стороне от политики и просто выполнять свою работу. Все продолжающиеся нарушения закона и оперативные действия государства наращивают беспокойство в рядах вооруженных сил. К тому же похоже, что спустя 35 лет роли неожиданно поменялись. Теперь мы видим, что военные стоят на стороне закона и большей демократии во имя повышения безопасности.