Почему ЕСПЧ отказал жертве политических репрессий в Турции?

| The Globe Post 106

Европейский суд по правам человека в Страсбурге (ЕСПЧ) отклонил заявление турецкого учителя, уволенного указом правительства республики, на том основании, что он не исчерпал все внутренние средства правовой защиты своей страны.

Суд единогласно объявил заявление истца «необоснованным». В заявлении, опубликованном в понедельник, также говорится, что решение ЕСПЧ является окончательным.

Гохан Коксал, преподаватель начальной школы в восточной провинции Эрзурум, был уволен 1 сентября 2016 года. Он подал заявление в суд 4 ноября.

Иск был отклонён на том основании, что Коксал не исчерпал все внутренние средства правовой защиты, при этом ЕСПЧ ссылался на законодательный указ №685. В указе предусматривается создание комиссии, на которую возложена задача рассмотрения заявлений госслужащих о пересмотре их увольнений и восстановлении их прав.

Наконец, после дискуссий длившихся несколько месяцев, в мае правительство определилось с членами комиссии. Но комиссия ещё не начала свою работу. Когда она начнёт заниматься исками уволенных чиновников пока не известно.

Используя режим чрезвычайного положения, правительство Турции уволило более 150 тыс. государственных должностных лиц после неудачного государственного переворота 15 июля 2016 года.

Уволенные турки почувствовали себя преданными

Для жертв турецких репрессий решение ЕСПЧ о том, что Коксал сначала должен обратиться в комиссию, было шокирующим и разочаровывающим.

«"Коксал против Турции" будут вспоминать как одно из худших решений ЕСПЧ», - прокомментировал ситуацию эксперт по правам человека Керем Алтыпармак, ещё на прошлой неделе предсказавший, что суд отклонит заявление учителя.

«Вера ЕСПЧ в комиссию Турции не поддается ни опыту, ни логике. Это оскорбление 100 тыс. уволенных произвольным образом работников. Необходима скорейшая переоценка [этого решения]», - сказал Эндрю Гарднер, исследователь Amnesty International по Турции.

Турецкие граждане выразили свои волнения в связи с решением ЕСПЧ в социальных сетях. «Разве вы не видите, что внутренние средства правовой защиты исчерпаны, как жертвы чисток измучены», - выразил своё негодование по поводу решения суда учёный Джандан Бадем, уволенный в результате политических репрессий.

«Почему вы не считаете, что комиссия не относится к внутреннему праву? Это всего лишь исполнительный орган», - написал в своём микроблоге в Twitter сотрудник Гамбургского университета Ильхан Догуш.

Догуш также поставил под сомнение предложение суда о не до конца использованных внутренних средствах правовой защиты. «Во-вторых, Конституционный суд Турции заявил, что эти увольнения вне его полномочий», - написал он.

«Какая справедливость? У меня нет работы, нет еды. Из-за ситуации в которой я оказался никто не даёт мне работу. 150 тыс. человек всё ещё ждут. Это не правосудие», - сказал инженер, работавший в государственной нефтяной компании Турции. В прошлом году он был уволен.

ЕСПЧ перегружены нерассмотренными делами

Одной из неприятных проблем, с которой сегодня сталкивается Европейский суд, является большое количество незавершённых дел.

По словам юриста по международному праву в области прав человека Мичиганского университета Нуалы Моль, ЕСПЧ тонет в делах, находящихся на рассмотрении. Об этом Моль рассказывала ещё в прошлом году на одной из лекций в университете.

«ЕСПЧ последние десять лет проводит реформы, чтобы уменьшить нагрузку для установления приоритета среди дел. Благополучие детей и лиц, лишённых свободы, явилось неотложным приоритетом, который необходимо решать», - утверждает она.

Тем временем, Алтыпармак объяснил усилия по реформированию ЕСПЧ. Он спрогнозировал отклонение заявки турецкого учителя за два дня до решения суда, основываясь на систематических усилиях ЕСПЧ по сокращению числа нерассмотренных дел, и на том, что Турция является одним из препятствий перед этими усилиями.

ЕСПЧ действительно удалось сократить число исков из Турции. До попытки переворота наблюдалось устойчивое снижение обращений. Турция, наряду с Россией, являются основными источниками заявок в Европе.

По словам Алтыпармака, после того как Турция предоставила гражданам своей страны возможность подачи индивидуальных жалоб в Конституционный Суд в 2012 году, в количестве обращений в ЕСПЧ наблюдалось значительное снижение. В 2014 году число исков упало до 1 тыс. 584. Общее количество дел, возбужденных против турецкого государства к концу 2015 году, сократилось до 8 тыс. 450. Тогда уровень исков из Турции составлял 13% из всех дел, находящихся на рассмотрении в суде. Но ситуация изменилась после путча.

Благодаря пятилетним усилиям количество дел в ЕСПЧ сократилось до 64 тыс. 850. Но Турция снова изменила всё и разрушила долгоиграющую тенденцию. Количество файлов в суде в конце 2016 года достигло 79 тыс. 750.

«30 апреля этого года, – пишет Алтыпармак, – количество заявок составило 93 тыс. 150. Если в оставшиеся месяцы заявки будут поступать в том же темпе, тогда количество обращений к концу года составит 120 тыс. В таком случае достижение 20-летней реформы исчезнет уже через год».

Анализ эксперта оказался пророческим, проницательным и точным. Алтынпармак всё это описал в сообщении на своей странице в Facebook. В конце анализа юрист задался вопросом: «Станет ли суд спасать ЕСПЧ и откажется от прав человека?»

«Если суд решится спасти себя - тогда решение ЕСПЧ по делу Коксала войдёт в историю как символ краха механизма защиты прав человека», – заключил он.

Турецкая комиссия не средство защиты права

В то время как Европейский суд отложил вопрос уволенного учителя на рассмотрение комиссии из 7 членов в Турции, общественное доверие к функционирующему механизму рассмотрения обращений со стороны госслужащих сильно упало.

Решение ЕСПЧ было расценено правительством Турции как карт-бланш: двигаться дальше в том же духе с ещё большой безнаказанностью и без какого-либо опасения по поводу реакции международной юридического сообщества.

Турецкая комиссия не даёт уверенности, а наоборот, учитывая массовые увольнения служащих, усиливает опасения людей в том, что комиссия будет также в значительной степени перегружена.

В апреле этого года выступая на мероприятии в Стамбуле на тему преодоления гуманитарных издержек, правозащитник Омер Фарук Гергерлиоглу развеял любые иллюзии о том, что государственная комиссия будет справляться с сотнями тысяч дел должным образом за столь короткое время. Он призвал уволенных чиновников подготовиться к худшему, по крайней мере, к 15-летней борьбе за возвращение своих прав, в случае если только 7 членов будут рассматривать заявления в комиссии.

Но время является ценным товаром и оно всегда в дефиците. За повседневными ощущениями трудностей силы людей кончаются, сталкиваясь с испытанием времени при отсутствии надлежащей, доступной работы и разрушительных последствий отчуждения и конфискации имущества властями.

Отчёт Amnesty International в прошлом месяце поведал рассказ о разрушенных жизнях турок, подвергшихся репрессиям правительства. Итогом доклада стало то, что для уволенных госслужащих нет никакого будущего: им запрещено работать на альтернативных рабочих местах, они лишены своего имущества, а также основных социальных гарантий.

По мнению большинства уволенных должностных лиц, любое предположение о том, что турецкая комиссия будет функционировать надлежащим образом, представляется нереалистичным и иллюзорным. Как 7 человек, избранные тем же правительством, которое проводило радикальные чистки, примут дела более 150 тыс. уволенных? Будут ли они независимы от какого-либо политического вмешательства? Какова гарантия их независимости?

В данном случае, никаких убедительных ответов нет. Когда министр юстиции Бекир Боздаг несколько месяцев назад признал факт чисток, он сказал, что правительственные служащие были уволены лишь административными решениями. Увольнения не основывались на внутренних или судебных разбирательствах, они проводились по политическим пристрастиям и предпочтениям правительства Турции. Это были политические решения, а не судебные приговоры.

Это указывает на ещё большую головоломку и сложность для тех, кто подвергся чисткам. Их путь к легальным средствам правовой защиты, как дома, так и за рубежом, блокируется множеством препятствий. И решение ЕСПЧ только сделало их мытарства более трудными и затяжными, конца этому не видно.

Абдуллах Аясун