Гоша Куценко: «Почему в караоке все поют чужие песни, а кино переснимать нельзя?»

86

Слово «ремейк» в России часто провоцирует зрителей на неконтролируемый выброс злобы. А тем временем ремейки — такой же атрибут эволюции кинематографа, как приход цвета или создание сверхлегких цифровых камер.

Их появление далеко не всегда обусловлено желанием недобросовестных киношников нажиться на добром имени первоисточника. Прослеживая сюжеты, которые чаще всего повторяются на экране, можно наглядно увидеть то, как с годами менялись приемы рассказа классических историй. Не говоря уже о том, что, заново осмысляя чужой опыт, кинематографисты порой совершают настоящие открытия. В том числе и в своем собственном творчестве.

 Антон Богданов, Гоша Куценко и Дато Бахтадзе сыграют трех жуликов в новой версии знаменитой комедии Гайдая.
Антон Богданов, Гоша Куценко и Дато Бахтадзе сыграют трех жуликов в новой версии знаменитой комедии Гайдая.
фото: Геннадий Авраменко

Экранизация

Хорошая книга не меньшая редкость, чем хороший фильм. Так что нет ничего удивительного в том, что самые популярные из них порой экранизируют с той же частотой и охотой, что в театре ставят пьесы Шекспира (впрочем, справедливости ради, Шекспира и в кино ставят с конца девятнадцатого века, то есть с момента изобретения кинематографа). Строго говоря, такие фильмы и ремейками не назовешь. Скорее — разным прочтением классики. Так, фантастическая сказка Сэма Рэйми (режиссера трилогии «Человек-паук») «Оз. Великий и ужасный» — очередная киноверсия знаменитой детской книги Лаймена Фрэнка Баума, первая экранизация которой появилась еще в двадцатые годы прошлого века. Фильм Сэма Рэйми от его предшественников будет отличать по-настоящему заоблачный бюджет и использование самых современных компьютерных технологий. Именно эту причину — серьезное техническое развитие, которое пережил кинематограф за сто с лишним лет своего существования, — в четырех случаях из пяти называют авторы ремейков. Вторая по популярности — зрителей, помнящих оригинал, сейчас почти не осталось.

— При всем уважении, но большинство из нас любят не столько «Холмса» Масленникова, сколько свои детские впечатления от него. Но сегодня дети, к сожалению, тот фильм уже не воспринимают, — говорил режиссер Андрей Кавун во время работы над новой версией «Шерлока Холмса». — Масленников не скрывал в свое время, что делает комедию, играет в «англичанство», как он это называл. Мы же делаем чистый детектив.

Другой вопрос, что за внимание зрителя сегодня нужно бороться уже не столько с канонической российской экранизацией Конана Дойла, сколько с визуальным пиршеством от Гая Ричи, снявшего в своем «Холмсе» двух мировых секс-символов — Роберта Дауни-мл. и Джуда Лоу.

Та же судьба скорого ремейка часто ждет не только классику мировой литературы, но и современные бестселлеры. Один из последних примеров — детективная трилогия Стига Ларссона «Миллениум». Сначала ее перенесли на экран на родине писателя, в Швеции, а уже после за дело взялись Голливуд и Дэвид Финчер, поставивший фильм по первой части — «Девушка с татуировкой дракона».

К экранизациям можно отнести и целый самостоятельный жанр, получивший широкое распространение благодаря все тому же Голливуду, — фильмы на основе комиксов. Только что закончившаяся очередная трилогия про Бэтмена, перезапущенный накануне «Человек-паук». Ожидающий своей очереди новый «Супермен» (на этот раз в образе «Человека из стали») — эта глава американской культуры, которая еще долго будет находить новые ходы в затертых до дыр историях, вызывая восторг одних и недовольный гул остальных.

 

Найдите десять отличий: «Забавные игры», 1997 г.


…и «Забавные игры», 2007 г.

 

Авторемейк

Одна из самых изощренных (и штучных) разновидностей ремейков — так называемые авторемейки. Так, Альфред Хичкок, гений детективного жанра, еще живя в Лондоне, в 1934 году снял фильм «Человек, который слишком много знал», ставший одним из ключевых в становлении его по-настоящему головокружительной карьеры. А 22 года спустя, в 1956-м, переснял его же почти точь-в-точь и с тем же названием. Только на этот раз в цвете, с куда более серьезным бюджетом и при поддержке большой американской студии. А также сменив место действия с холодного альпийского курорта на Марокко. Говорят, таким образом Хичкок хотел защитить собственный фильм от других режиссеров, опередив их в желании сделать на него ремейк.

Один из самых последних примеров — Михаэль Ханеке, который сегодня по праву считается одним из самых титулованных европейских режиссеров. Шокировав публику Каннского кинофестиваля в 1997 году жестокими «Забавными играми», скрупулезно исследующими проблему насилия, десять лет спустя, в 2007 году, он буквально кадр в кадр повторил эту историю, но уже с американскими актерами.

 

У Клинта Иствуда не было бы роли в вестерне Серджио Леоне «За пригоршню долларов»...


...если бы не фильм Акиры Куросавы «Телохранитель».

 

Мультикультурность

Иногда ремейки выполняют по-настоящему просветительскую функцию, а также играют роль чего-то вроде посла доброй воли ООН, протягивая ниточки между разными культурами. Порой переосмысление фильмов из соседних кинодержав приводит к появлению новых, уже международных шедевров. Так, например, произошло с Билли Уайлдером, по сценарию скромной немецкой комедии Курта Хофмана «Фанфары любви» поставившего в 1959 году фильм «В джазе только девушки».

А вот история другого ремейка, по праву сегодня считающегося классикой, «За пригоршню долларов», началась со скандала. Серджио Леоне на съемки вдохновила драма Акиры Куросавы «Телохранитель», вышедшая всего за три года до этого. Правда, авторов сценария японского фильма в известность поставить он забыл. В итоге американской студии пришлось подписать с Куросавой договор, согласно которому ему и его сценаристу Рюзо Кукшиме достается 15% от мировых сборов фильма Леоне плюс эксклюзивные права на дистрибуцию его в Японии, Южной Корее и Тайване. Надо ли говорить, что спагетти-вестерн Леоне принес Куросаве значительно больше денег, чем его собственный фильм.

В этом смысле Мартину Скорсезе с его опытом ремейка азиатских фильмов повезло гораздо больше. Взяв за основу сюжет про двух двойных агентов, пытающихся вычислить друг друга, впервые реализованный в фильме «Двойная рокировка» гонконских режиссеров Вэй Кеунг Лау и Сиу Фай Мака, он поставил криминальную драму «Отступники» с Лео Ди Каприо и Джеком Николсоном в главных ролях. Как итог — первый персональный «Оскар» в карьере титулованного американца.

Чуть ли не единственным примером азиатского ремейка в России стала криминальная драма Андреса Банке «Горячие новости». Ремейк одноименного фильма Джонни То с Сергеем Гармашом, Андреем Мерзликиным и Евгением Цыгановым в главных ролях.

 

Василий Алибабаевич, Хмырь и Косой из оригинальных «Джентльменов удачи».

 

Классика жанра

Один из хрестоматийных примеров классического ремейка — «Лицо со шрамом» Брайана Де Пальмы, подарившего Аль Пачино одну из его лучший ролей, а киноманам — одну из самых запоминающихся сцен в кино. Но при ближайшем рассмотрении эта великолепная криминальная драма, породившая целую серию подражателей, сама окажется вольным ремейком одноименного фильма Ховарда Хоукса и Ричарда Россона 1932 года. Современников Аль Капоне, которые в своем главном герое вывели чуть приукрашенную биографию легендарного гангстера. Брайан Де Пальма добавил истории цвет, перенес действие из горячего Чикаго начала века в современный ему Майами, нацепив на Тони в исполнении Аль Пачино пеструю рубашку и насыпав перед ним целую гору кокаина.

Относительно современный пример — получивший большую популярность (и два продолжения) авантюрный детектив Стивена Содерберга «Одиннадцать друзей Оушена» про дюжину умелых жуликов и воров под предводительством героя Джорджа Клуни. Оригинальный фильм Льюиса Майлстоуна с таким же названием вышел в американский прокат еще в 1960 году. Тогда главную роль — бывшего сержанта ВДВ, собравшего команду из сослуживцев, чтобы провернуть дерзкую аферу, — сыграл легендарный Фрэнк Синатра, который знал о нравах преступного мира не понаслышке.

Наше кино последних лет располагает более чем внушительным списком подобных ремейков. Начав со сверхуспешного (в смысле прокатных сборов) продолжения знаменитой «Иронии судьбы» и более скромных «Розыгрыша» и «Служебного романа», наши кинематографисты не сбавили, а только прибавили темп. В данный момент как раз идут съемки новых «Джентльменов удачи» и новой версии «Кавказской пленницы».

— В мире везде снимают ремейки. Не обижаются, а только гордятся этим, — говорит один из режиссеров новых «Джентльменов удачи» — Александр Баранов, объясняя, как он осмелился снимать ремейк на советскую классику. — Только у нас все за голову хватаются. А в чем разница? Если у нас не получится, так та картина только выиграет. А если получится, то она как была, так и останется шедевром. Так что тот фильм в полной безопасности. В опасности мы. Это же нас с ним будут сравнивать.

Режиссера поддерживает и Гоша Куценко, который в новой версии сыграет героя Георгия Вицина, только «очень начитанного и немного грустного».

— Я же смотрел на него на сцене в 1985 году и даже представить себе не мог, что стану артистом. И уж тем более, что буду играть такую роль! — говорит Куценко. — Мне было 18 лет, и я служил в рядах Советской армии. 27 лет назад. Ужас. Но я слышал, что с возрастом мужчины только хорошеют. А по поводу ремейка... Вот почему в караоке все поют чужие песни, а кино переснимать нельзя? Сценариев мало, сюжетных ходов мало. Все пьесы и пространства повторяются. Это глупо не использовать такие кладези, как старое советское кино. Сейчас еще и «Кавказская пленница» снимается, мне тоже там предлагали играть. Ремейки вообще — отличная идея!

Причем «Кавказская пленница», о которой упоминает Куценко, сейчас переснимается сразу двумя разными съемочными группами. Одну «пленницу» вместо Натальи Варлей, буквально буква в букву с оригиналом, играет Анастасия Задорожная. Вторую, переосмысленную на новый лад, — молодая актриса Любовь Новикова.

— Это не ремейк и не копия «Кавказской пленницы» Гайдая, — говорит Люба. — Мы снимаем самостоятельное кино, у нас даже название другое — «Лучшая девушка Кавказа». Я играю Нину — умную, гордую девушку, которая знает, чего хочет. Сначала отец пытается ее выдать замуж за молодого человека, который ей совсем не нравится, и Нина ни в какую не соглашается. А потом встречает свою настоящую любовь. А с героиней Натальи Варлей у моей Нины общее разве что только имя.

Конечно, я понимаю, что эта роль — большая ответственность, от ассоциаций со старым фильмом никуда не денешься. Зрители могут отреагировать по-разному. Кто-то останется очень доволен, кто-то подумает, что мы коверкаем всеми любимую историю. Сначала переживала по этому поводу, но потом решила: это моя работа, и я буду выкладываться на все сто. Лучше поменьше волноваться и сосредоточиться на игре.

Никита Карцев, Елизавета Зубарева, Московский Комсомолец