Неясный День России

48

Что на самом деле стоит за 12 июня?Я-то точно знаю, почему 12 июня — праздник. Это мой день рождения. Но что отмечает вся страна?

Многие ли сейчас помнят, что 12 июня 1990 года первый съезд народных депутатов РСФСР поименным голосованием принял Декларацию о государственном суверенитете Российской Федерации? «За» высказались 907 депутатов, «против» — всего 13, воздержались — 9. Принятие декларации депутаты сочли настолько важным событием, что 12 июня объявили праздничным днем.

Ныне кажется, будто в тот день решили, что Россия станет самостоятельным государством. Но в декларации — ни слова о выходе из состава СССР! Она всего лишь провозгласила верховенство российских законов над общесоюзными в том случае, если они входят в противоречие. Это был шаг в противостоянии Горбачева и Ельцина, о котором молодое поколение имеет весьма смутное представление.

Горбачев решился на опасный шаг — поднять статус автономий внутри РСФСР до статуса союзных республик и тем самым сделать их союзниками в борьбе против Ельцина. Верховный Совет СССР 26 апреля 1990 года принял даже соответствующий закон. На территории России — два десятка автономий. Если бы они получили равные права с самой РСФСР, российская власть лишилась бы возможности влиять на их жизнь. Именно поэтому, стараясь привлечь автономии на свою сторону, Ельцин сказал в Уфе, что Башкирия может взять столько власти, сколько она «проглотит», а в Казани, что Татария получит столько власти, сколько сможет «переварить».

Декларация 12 июня воспринималась тогда как защитная мера, спасающая Россию от распада. За нее голосовали и коммунисты, и демократы, и сторонники Ельцина, и его яростные противники. Хватались за соломинку. Близился экономический крах. В областях прилавки опустели, исчезли сигареты, пропала водка. Казалось, что если нельзя спастись всем вместе, то надо спасти себя. Тем летом в Москве все продукты и товары продавали при предъявлении паспорта со столичной пропиской, чтобы ничего не доставалось приезжим...

Перипетии противостояния Горбачева и Ельцина давно ушли в прошлое. Красный день в календаре остался. Каждый год сограждане недоумевают: что, собственно, празднуем? Начальники придумали нечто витиеватое: День России. Вроде и отмечать особо нечего, однако не отменять же праздник.

А ведь в те годы происходила настоящая революция. Ее и можно было бы поминать. Событие не менее значимое, чем октябрьский переворот 1917 года. Но вопрос в оценках. Одни уверены, что та революция только разрушила великое государство. Другие, напротив, считают революцию незавершенной.

Революции начинаются с праздника, а заканчиваются разочарованием обманутых в своих ожиданиях революционеров. Сбросив тирана, толпа расходится в счастливой уверенности, что пришло царствие свободы и справедливости. Но как редко революции приводят к расцвету демократии! Когда праздник заканчивается, вопрос не в том, кто одержал победу, а в том, кто воспользуется ее плодами. Выходят на площадь и ложатся под танки одни. Власть и богатство достаются другим.

После свержения очередного властителя ожидают немедленного улучшения жизни. Но когда рушится диктатура, страна погружается в хаос. Прежняя жизнь развалилась, а люди не имеют навыка самоорганизации. В растерянности и отчаянии они требуют порядка и стабильности и ждут, что кто-то за них все наладит. Хаос и беспорядок заставляют людей жаждать твердой власти, а уж власть устраивает свою жизнь с максимальным комфортом.

Важнейшие институты советской системы остались неизменными. Они благополучно пережили распад Советского Союза и крах социализма. Суд, прокуратура, госбезопасность, органы внутренних дел сохранились как инструменты репрессий и контроля над страной. Некоторое время, пока на высших постах находились люди с демократическими убеждениями, эти структуры словно находились в спящем режиме. Смена вех привела к их активации. Как и в семнадцатом году, общество проделало эволюцию от либеральной демократии к жесткому режиму. Разница состоит в том, что в семнадцатом году все это произошло за считанные месяцы — от февраля до октября. В наши дни революция и контрреволюция растянулись на полтора десятка лет. И степень жесткости режима не сравнишь. Но эти повороты свидетельствуют о закономерностях исторического развития России.

Один философ утверждал, что каждые двадцать лет новое поколение заявляет о себе на полях сражений или в демонстрациях протеста. Два десятилетия прошли. Что происходит сейчас?

Гулянья рассерженных горожан больше всего напоминают молодежные революции, которые прокатились через Западную Европу, Северную Америку и Японию в конце шестидесятых. Методы, которыми рассерженные горожане выражают свой протест, раздражают, особенно людей в возрасте. Молодых бунтовщиков в Европе тоже упрекали в склонности к балагану.

Когда отмечался юбилей крупного немецкого политика, в зал вдруг внесли гроб, из него выскочил молодой активист и стал разбрасывать листовки. Впоследствии он стал депутатом. И на первом же официальном мероприятии разбил сырое яйцо о голову правящего бургомистра Западного Берлина со словами:

— Счастливой пасхи, ты, Санта-Клаус.

Важно отметить, что эпатажностью протест молодежи не исчерпывался. Он был направлен против всего косного, формального, старообразного, против самой власти бюрократии. Парижские студенты в мае 1968 года поставили точку в карьере Шарля де Голля. При всех прежних заслугах президента выяснилось, что он безнадежно устарел и должен уйти, а вся система управления страной — измениться.

Молодежь тогда добилась своей цели. Свобода в поведении и одежде, любые формы экстравагантности встречаются обществом с большей терпимостью. Кто четверть века назад мог предположить, что юноши станут носить кольца в ушах и в носу — и это не вызовет удивления или протеста? Но дело, конечно, не только в том, что молодые люди завоевали право слушать любую музыку, носить невообразимые прически и одеваться как заблагорассудится. Они заставили общество задуматься над такими проблемами, как противоречие между духом и властью. Широко распространились культура больших городов, либерализм и терпимость. Обновление жизни помогло всей Европе двинуться вперед.

Немецкая студентка Беата Кларсфельд в 1968 году публично дала пощечину канцлеру ФРГ Курту Георгу Кизингеру за то, что он когда-то служил нацистскому режиму. Служба охраны и полицейские ее не били, не волокли по земле к автозаку, чтобы бросить за решетку. Суд рассмотрел это дело. Вердикт: за пощечину главе правительства четыре месяца условно. Разумно устроенное общество отличает хулиганство от политического протеста, служащего развитию страны.

Для Беаты Кларсфельд тот жест был позицией. Вместе с мужем, парижским адвокатом Сержем Кларсфельдом, они всю жизнь занимались поиском нацистских преступников. Практически в одиночку отыскали скрывавшегося в Латинской Америке бывшего начальника лионского гестапо Клауса Барби, которого посадили на скамью подсудимых. Недавно в ФРГ выбирали главу государства. Четыре десятилетия спустя после той громкой пощечины Беата Кларсфельд, несомненный моральный авторитет, оказалась в почетном списке кандидатов в президенты.

И у нас в стране протест рассерженных горожан заметно шире политического недовольства властью. Это возмущение окостеневшим, бюрократическим и лицемерным устройством жизни. Новое поколение растет в свободомыслии, молодежь жаждет справедливости. Молодые люди хотят большего, чем только зарабатывать и делать карьеру.

Раскрепостившаяся молодежь меняет химический состав атмосферы, в которой живет общество. Это, если можно так выразиться, революция духа. Ломая стену молчания, лжи, ханжества, сокрушая косные формы существования, взбунтовавшаяся интеллигенция и молодежь помогают осознавать ценность и достоинство человеческой жизни.

И нам надо учесть европейский опыт: неоправданные репрессии, попытки задавить революцию духа лишь радикализируют молодежь. Жестокий разгон демонстраций, а европейской полиции тогда не хватало профессионализма, привел к тому, что тухлые яйца и булыжники вошли в арсенал студентов. Молодые бунтовщики взялись за оружие. Первоначально они не собирались убивать. Считали криминальные акты провокацией, резким звонком будильника, выводящего общество из состояния летаргии. Но быстро перешли грань, за которой превратились в преступников. Тогда зародился ультралевый терроризм, борьба с которым затянулась на десятилетия. Но успех в этой борьбе обеспечили не полицейские следователи, а постоянная демократизация жизни, делающая ненужными и насильственный протест, и революции.

Редакция «МК» от всей души поздравляет талантливого писателя, яркого тележурналиста и нашего постоянного автора Леонида Млечина с грядущим55-летием!Так держать, Леонид Михайлович!


Леонид Млечин, Московский комсомолец
Tеги: Россия