Пенсионное (60+) | Письма президенту

97

Г-н президент, поздравляю! Теперь у вас будет бесплатный проезд, в магазинах иногда сделают скидку, в аптеках тоже (хотя что-то подсказывает: нашими аптеками вы не пользуетесь; то есть не настолько вы любите Голикову и Христенко, чтоб жертвовать своим здоровьем).

А ещё вы получите пенсионное удостоверение. И с этим — не поздравляю. Там будет написано «по старости». Как вам это понравится? Вам, быть может, захочется убить того, кто это придумал, но не горячитесь. Виноваты только вы и Медведев (то есть опять-таки вы).

В Конституции, на которой вы уже столько раз клялись, есть статья 39: «Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту».

А в Федеральном законе «О трудовых пенсиях» (глава 2 статья 7) написано:«Право на трудовую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие 60 лет, и женщины, достигшие 55 лет».

Понимаете? В Конституции — «по возрасту», а в законе — «по старости». И каждый гражданин, каждая гражданка вынуждены собственноручно писать заявление: «Прошу оформить мне пенсию по старости». Мужики ругаются (на это мне в Пенсионном фонде жаловались), а женщины иногда просто беснуются, впадают в истерику: не хочу! не хочу! Но — бесплатный проезд, скидки в аптеке... Пять минут унижений, зато потом... А потом всю оставшуюся жизнь они носят с собой удостоверение, где в правом верхнем углу написано «старуха».

Этот (противоречащий Конституции) закон принят 17 декабря 2001 года. Вы уже два года были президентом; значит, подписали; значит, ваш грех. Но когда вы его подписывали, вам было 49, и чувства 60-летних мужиков вас не колебали. А теперь?

Сужу по себе. В 2001-м меня этот закон тоже не колебал, я о нём и думать не думал. А вот когда пошёл пенсию оформлять, когда меня в Пенсионном фонде насиловали: «Пишите так, как вам говорят: по старости!» — только тогда полез в Конституцию. Думаю: не может же быть, чтоб такая подлянка...

Г-н президент, пожалуйста, не говорите «я не знал». 15 февраля 2008 года мы в «МК» опубликовали «письмо президенту» под заголовком «Должок за вами». Вот две первые фразы:

«Владимир Владимирович, времени на добрые дела осталось так мало(до выборов было 17 дней), что сразу перехожу к сути. Надо срочно изменить один закон — несправедливый, обидный и жлобский».

Чтобы вас (молодого) как-то убедить, там говорилось:

«Возможно, и среди ваших, Владимир Владимирович, подруг и близких есть дамы, которым скоро пятьдесят пять. Вот у них будет радость, когда им выдадут удостоверение старухи. Да и мужик в шестьдесят отнюдь не всегда старик. Возраст — арифметика. Старость — состояние. И даже скорее духа, чем тела. Есть такие молодцы — в восемьдесят детей рожают...»

Не помогло. Тогда — не помогло. Но теперь, возможно, вы окажетесь более чутки. Теперь это ваше семейное дело: через три месяца Людмиле Александровне Путиной — 55. Вот ждёт её подарочек. Не скажет она вам спасибо за этот закон.

...Мы изо всех сил старались помочь народу. Обратились в суд, чтобы защитить права всех, кого антиконституционно записывают в старики и старухи. (Этот закон, г-н гарант, нарушает ещё и статью 55 Конституции. Она запрещает принимать законы, ухудшающие жизнь граждан. А запись в старухи не просто ухудшает, она отравляет женщинам жизнь.)

Всё это мы в суде сказали, наш противник (Пенсионный фонд) зачитывал какие-то официальные бумажки, судья удалилась (чтобы решить эту важную и сложную проблему), через три минуты вернулась и огласила: «В иске отказать».

Письмо про это дело заканчивалось так:

«Владимир Владимирович, правда на нашей стороне, мы своего добьёмся. Будет не „по старости“, а как в Конституции написано — „по возрасту“.

Но у нас уйдут годы, а вам — секунда: нахмурите брови, скажете „ну-ка, быстренько“ — и как по волшебству...

Если вам понятна наша правота — вы это сделаете.

Если она вам понятна, но вы это не сделаете, то можно будет подумать, что незаслуженные обиды и мучения людей вам безразличны.

А если вам не понятна наша правота... Нет, такого представить себе невозможно».

✭✭✭

Потом вы назначили президентом России своего товарища Медведева, и следующее письмо на эту тему пришлось писать к нему. 23 мая 2008 года в «МК» опубликовали «письмо» под заголовком «Дворец типа сортир» — про то, как мы пытались добиться справедливости уже в Мособлсуде (который к тому времени переехал в огромный роскошный дворец).

Там про Конституцию даже слушать не стали. Только я рот открыл, а председательствующий судья Ракунова говорит: «Суд удаляется на совещание».

Со мной, г-н президент, были часы с хронометром. И когда судьи объявили своё удаление на совещание и за ними закрылась дверь, я нажал кнопку. И успел спросить адвоката: «Две минуты? Пять?». Но тут дверь открылась, я нажал кнопку.

18,49 (восемнадцать и 49 сотых секунды).

Судей было трое. За 18 с половиной секунд даже бутылку на троих выпить трудно. Чтобы вы осознали эту зверскую стремительность правосудия, я написал:«Собачки, г-н президент, дольше обнюхиваются, чем эти судьи совещались; Кони подтвердит».

...Ваш преемник остался глух. По молодости? Он всё повторял, что он молодой президент, а Россия — молодая демократия (ещё бы добавил «молодая жена»), но ведь молодая не обязательно глупая. Говорят же: ум бороды не ждёт. Увы, в некоторых случаях ждёт. Ждёт не дождётся. И вот — не дождался.

✭✭✭

Не желая смиряться с этим б... б... б... бесстыдством и б... б... б... безобразием (извините заику, г-н президент), мы обратились в Конституционный суд. Ведь это же ужасно, что закон противоречит Конституции, да ещё двум статьям сразу.

Все бумаги оформили как полагается, пошлину заплатил из своего кармана (хотя гарант вы, а не я), толстенные пакеты отправили в Питер (куда вы переселили Конституционный суд от греха подальше).

Ждали-ждали... А потом пришла отписка. Какая-то канцелярская крыса сочинила какую-то словесную слякоть, отказывая в рассмотрении дела. И два толстенных пакета вернулись, валяются, пылятся.

...И вот при полународном ликовании (написать «всенародное» рука не поднялась) вы опять стали президентом. И теперь это опять на 146 процентов ваше дело.

Г-н президент, нажмите кнопку (вбежит Володин), ткните пальцем в эту заметку и скажите одно слово: «Быстро!» — поверьте, даже 18 секунд не пройдёт, как вся государственная машина, включая Думу и Конституционный суд, сделает мощный рывок к справедливости.

(Зная ваше трепетное отношение к государственным финансам; сознавая всю тяжесть расходов на саммиты, Олимпиаду и футбол; надеясь убедить вас в безупречной конструктивности данного предложения и в расчёте на быстрое положительное решение, сообщаю: переименование — «по возрасту» вместо «по старости» — не будет стоить бюджету практически ничего. Это не то что милицию в полицию перекрашивать. И люди обрадуются.)

✭✭✭

Есть, конечно, вероятность, что вас лично это письмо не тронет. У вашей братии может быть сколько угодно каких угодно удостоверений. Может, вы давным-давно военный пенсионер, пенсионер-подводник, пенсионер-лётчик, а ещё, чего доброго, бывшие коллеги начисляют вам немецкую пенсию...

Но у вас есть ещё одно (уникальное) — удостоверение президента России. Оно обязывает заботиться о 140 миллионах. Это ваш долг, понимаете? Вас же никто не заставлял опять лезть на галеру, хватать главное весло.

Давайте без обид: прямо сегодня, как прочтёте — нажмите кнопку.

...На коленях, что ли, стоять? Мальчика, что ли, подослать 3-летнего, обученного: «Дедуска-плезидент, помогите моей 55-летней бабушке».