Россияне подали 904 иска на ЦБ и Правительство за обрушение рубля

39

С июля 2015 года в России должен был вступить в силу Закон о банкротстве физических лиц. Долги граждан банкам, по самым скромным подсчетам, уже исчисляются сотнями миллиардов долларов.

Количество должников за последний год выросло с 1,2 до 5 миллионов человек. Количество взятых займов на одного российского гражданина колеблется от 3–4 до 46 в разных банках. При этом просрочен уже каждый пятый кредит.

Закона о физическом банкротстве банки ждали как манны небесной. Ведь тогда у человека можно будет легко отнять буквально последнее, распилить между ростовщиками все его имущество.

Тем неожиданнее стало решение Кремля... отложить его до 1 октября 2015 года.

Почему закон о физбанкротстве был отодвинут? Как банки наживаются на честных заемщиках? И что на самом деле случается с теми, кто переводит долларовую ипотеку в рублевую, — читайте в материале «МК».

«Я рыдала, когда подписывала с банком новый кредитный договор, на этот раз уже в рублях. Слезы рекой лились на их печати и на мою подпись, и никто — представляешь, ни один клерк — не предложил мне даже копеечного бумажного платочка. Чувствовалось, что для них это обычная рутина. Да, теперь я точно знаю, что есть люди, которые грабят банки, а есть те, которых грабят в банках».

Жертва ограбления

32-летняя Марина, несмотря на этот эмоциональный выплеск, в жизни вполне адекватная девушка. Работает редактором в популярном глянцевом журнале. 9 лет назад с мужем приобрела в ипотеку за 115 тысяч долларов (3 миллиона рублей на тот момент) 37-метровую «однушку». Они не искали выгоды в долларовом кредите — как многим ипотечникам в те годы, рублевый заем им просто не дали, вынудив заключить кабальный договор.

Брак распался через год. После чего бывший супруг «по доброте душевной» оставил Марине жилплощадь — ту самую ипотеку, за которую надо было еще расплачиваться почти всю ее молодую жизнь, не рожая детей, не отдыхая...

За долгие годы, отдав банку уже 5 миллионов рублей, собственно по «телу» кредита Марина выплатила всего... 10 000 долларов. Остальное были проценты...

Мама помогла Марине погасить часть долга досрочно, продав собственную квартиру. После чего платежи уменьшились до 400 долларов в месяц. «До кризиса это была вполне приемлемая сумма, — объясняет Марина. — Да и сейчас я понимаю, что нахожусь в гораздо более комфортном положении, чем большинство должников, отдающих сотни тысяч рублей в месяц».

Тем не менее еще прошлой осенью Марина задумалась о переводе кредита в наш родной крепкий, по гарантиям Центробанка, российский рубль. Тем более что и власти советовали это как отличный выход в связи с финансовым кризисом.

«Доллар скакал — то выше, то ниже. Банк затягивал мою сделку... Это все продолжалось почти 9 месяцев — можно было ребенка выносить. Наконец доллар остановился в районе 49. И тут мой персональный менеджер по имени Зураб — надеюсь, он себя узнает — начал убеждать в том, что ключевая ставка с 1 июня уменьшится, и тогда доллар упадет еще ниже, надо только немного подождать. Я не соглашалась, подозревая «развод». Прошло 1 июня, ставка не изменилась, а доллар вдруг опять подпрыгнул. Я поняла, что меня опять... обманули».

За день до сделки Марине объявили, что дополнительно она должна будет выложить еще 15 тысяч рублей за снятие в Регистрационной палате ее квартиры из-под залога, и еще 15 тысяч за то, чтобы ее квартиру вновь поставили в той же Регистрационной палате под новый залог в том же банке. «Потом мне заявили, что я обязана выложить тысячу рублей у нотариуса за бумагу о том, что обязуюсь в случае проблем освободить квартиру за 30 дней. После всех трат от моей зарплаты осталось всего ничего. Но мы с мамой надеялись, что уж это точно последние выплаты».

В конце концов Марине установили курс доллара 56 рублей за у.е. Это был некий «внутренний» курс именно ее банка, так как официальная ставка в тот момент составляла 54 рубля 80 копеек. «Полтора рубля мне накрутили из воздуха. Позвонили рано утром: будете по такому курсу брать? Мне было уже все равно, лишь бы все поскорее закончилось».

Марина уже поставила свою подпись на договоре, представители банка — тоже, вдруг в офис влетает мой менеджер и на голубом глазу, глядя прямо на Марину, произносит: «Вы знаете, а наш внутренний курс прямо сейчас вырос еще на 30 копеек. Так как договор с вами уже заключен, то вы должны внести налом в кассу дополнительные 15 тысяч рублей. Иначе мы вам откажем».

...Мне сразу вспомнилась ситуация с другой знакомой, уехавшей рожать за границу — там, мол, все очень недорого. Заключила контракт на роды. А во время схваток акушерка, стоя над роженицей, вдруг заявила о том, что вот прямо сейчас сумма по ее медицинскому договору выросла на 20 тысяч их тугриков — порядка 20 тысяч рублей. Инфляция! И куда ты денешься во время схваток? Пришлось платить.

«И куда я денусь? Я понимала, что все происходящее — издевательство, мошенничество, что надо было приходить сюда со своим адвокатом... Может быть, он бы смог поставить на место этих бандитов... А так я просто разрыдалась от того, что меня облапошил банк при абсолютном попустительстве государства и что если я не внесу эти деньги сейчас, то завтра курс подскочит еще выше, и все начнется сначала».

После пережитого, как горько улыбается Марина, ее теперь стал даже радовать рост доллара. «Побольше бы он рос, чтобы я не пожалела о своем поступке», — невесело шутит она.

По новому договору первые 5–7 лет Марине опять, с чего, собственно, и начинала 9 лет назад, придется выплачивать не сам долг, а лишь проценты по нему.

Заемщик, спасай себя сам!

Физическое лицо для банка — самый сладкий и беззащитный клиент, за которого никто не вступится, такой вот парадокс. Наиболее показательны в этом случае именно валютные заемщики.

Официально считается, что новый Закон о банкротстве пока не заработал из-за того, что сами кредитные учреждения до конца не разобрались в его хитросплетениях. Но, скорее всего, власти все-таки немного побаиваются массовых выступлений граждан. Выброшенные разом на улицу десятками тысяч, как эти люди с детьми, высшим образованием и престижной работой — а иным ипотечные кредиты и не утверждали — себя поведут?

Хотя, согласно новому закону, прежде чем начать процесс банкротства, задолженность банку должна составлять не менее 500 000 руб., а срок просрочки — превышать 3 месяца — на самом деле это не так уж и много, как на первый взгляд кажется.

«Теперь я ежемесячно обязан отдавать банку по 160 тысяч рублей. До 500 тысяч по закону о банкротстве мне не хватает меньше чем полугода неплатежей. С этого июля платить больше не могу... Нечем. Семейные накопления за последний год полностью истощились. Двое детей, жена в декрете, — говорит Александр Грунин, представитель Всероссийского движения валютных заемщиков, которые борются за свои права. — Моя «двушка» в 54 метра у МКАДа, красная цена которой 6 миллионов рублей, из-за обрушения рубля стала стоить 30 миллионов и может вырасти в цене еще, если подскочит доллар».

Как известно, валютным ипотечникам, сильнее всего пострадавшим от прошлогоднего финансового кризиса, дали понять: сами, мол, виноваты, надо было заключать договор в национальной валюте.

После чего банки, до того не знавшие, куда подует ветер, воспрянули духом. «Уже на следующий день после выступления Путина нам на телефон стали пачками приходить угрожающие эсэмэски с требованиями немедленно погасить просрочку или продать проблемную квартиру и рассчитаться», — рассказывают несчастные валютчики. Они верят, что президент не виноват, — просто ему не донесли истинное положение дел.

Голодовка валютчиков накануне 9 мая с целью привлечь к себе внимание не помогла. До сжигания себя на Красной площади они еще не дошли.

Фантастическое же решение суда подмосковного Пушкино в пользу одной из валютных заемщиц о пересчете суммы ее долга по курсу на день покупки квартиры — 24 рубля за доллар — в вышестоящей инстанции не устояло. Первый суд встал на сторону женщины, но в Московском областном суде гражданку все же обязали платить по нынешнему курсу. Собственно, этого все и ждали — надеяться на чудо, на милость банкиров, вдруг решивших заняться благотворительностью, нечего.

Сук под собой

Между тем с начала года резко уменьшилось число тех, кто вообще обращается в финансовые учреждения за деньгами, — россияне больше не хотят брать в долг, понимая, что в случае проблем никто им не поможет.

При этом и долг самих банков перед ЦБ и Минфином достиг, по разным оценкам, 9 миллиардов рублей.

Оказывается, для банков это тоже может стать катастрофой — отсутствие новых заемщиков. Не будет притока свежих денег — не станет прибыли. Такой вот замкнутый круг.

Но, как видно из рассказа моей коллеги, реструктуризация долга, как и перевод его из одной валюты в другую, — процесс длительный и нервный.

Заявления граждан на реструктуризацию обычно рассматриваются от 15 до 30 дней в индивидуальном порядке на кредитных комитетах. Для физлица — огромный срок. Банки, по сути, делают все, чтобы такие кредиты стали безнадежными, загоняя клиентов в окончательный неплатеж.

...Есть такое понятие: NPV. То есть чистая приведенная стоимость. Она показывает величину средств, которую инвестор ожидает получить от проекта, после того как денежные притоки окупят его первоначальные затраты и периодические денежные оттоки, связанные с его осуществлением. Когда банк рассчитывает какой-то продукт, в том числе и кредит, он рассчитывает и NPV.

Представим себе горизонталь в виде качелей, NPV банка — положительная, всегда наверху, клиента — отрицательная, так как клиент, занявший деньги у банка, при любом раскладе остается в минусе. Когда же человек просит о реструктуризации своего долга, то некоторые банки после его обращения «задирают» NPV еще выше: вместо 10 единиц, скажем, хотят получить с должника все 12. То есть «ухудшают» условия договора еще больше, увеличив, к примеру, срок выплаты по кредиту или предоставив временные кредитные каникулы якобы как небольшую передышку. А затем опять начинают давить по полной.

При таком подходе огромная часть даже реструктурированных кредитов в скором времени из-за жадности банков вываливается обратно в просрочку.

Как считают эксперты, долги банков могут повторить судьбу долгов по ЖКХ. Можно годами требовать возврата средств, но от этого деньги не вернутся.

Те же, кто платит, несмотря ни на что, как известно, расплачиваются не только за себя, но и за своего неплатящего товарища. При этом банки выдавливают последнее как раз из порядочных клиентов, очевидно, не осознавая, что их ресурсы тоже небезграничны — а в проигрыше в итоге окажутся все.

За последнюю неделю в разных концах страны в суды были поданы 904 типовых иска. «Мы не стали подавать один коллективный иск в Москве, потому что надеемся на то, что в регионах наши независимые суды все-таки более независимы и только там мы можем добиться победы, создать прецедент. В любом случае обманутые собственным государством граждане готовы пройти все инстанции и уже оттуда — подавать в Страсбург».

В Санкт-Петербурге, Ижевске, Новосибирске, Самаре, Екатеринбурге истцы требуют призвать к ответу не только коммерческие банки, поставившие их на «бабки», но и привлечь в качестве соответчиков также Центральный банк в лице его председателя Эльвиры Набиуллиной и Правительство Российской Федерации, сознательно и за счет простых людей допустивших падение курса рубля и девальвацию национальной валюты.