«Перевороты и левые силы преграждают развитие Турции»

109

Исхак Алатон, являющийся одним из самых ярких лиц делового мира, дал ряд комментариев относительно текущих событий.

Он назвал два обстоятельства, которые не позволяют Турции богатеть: это перевороты и левые, которые не меняют своих взглядов в соответствии с современными условиями.

Исхак Алатон, несмотря на преклонный возраст, еще продолжает борьбу за демократию и развитие свобод, которой посвятил свою жизнь. В прошлом году вышла книга Мехмета Гюндема «Полезный человек: Исхак Алатон». Ее продолжение под названием «Ненужный человек: Исхак Алатон» вышло в ноябре этого года, и после выхода в продажу книга была переиздана пять раз в течение одного месяца. Предприниматель является основателем Турецкого фонда экономических и политических исследований (TESEV) и Института открытого общества, посредством которых он доносит до общественности значительные результаты анализа политической и общественной жизни. Исхаку Алатону есть что рассказать о текущих событиях. Часть книги занимает рассказ о работе Фетхуллаха Гюлена и его действующем по всему миру Движении добровольцев «Хихмет», которое занимается образованием в духе проповедей и советов Гюлена, а также созданием условий для межкультурного диалога. В беседе с нами Алатон положительно отзывался о деятельности движения.

Что вы считаете самой большой своей неудачей?

Одним из самых сильных моих разочарований является то, что, несмотря на все свои усилия, я не могу донести понятие современной либеральной социальной демократии до турецкой общественности. Я открыл лавочку, сказал, приходите, покупайте политическую демократию, но покупателей не было. Левые силы Турции не могут предложить идей того, как Турция должна развиваться. У партий нет программ экономического развития. Если вы их спросите, то в ответ услышите пару пустых общих фраз. Они предлагают программы вчерашнего дня. Они не смогли разработать программы, которые необходимы для развития общества. Они ленятся мыслить, они настолько ленивы, что не принимают во внимание даже тот факт, что нужно менять образ мыслей в соответствии с сегодняшними реалиями. В стране есть люди, которые их до сих пор пытаются удерживать на плаву социализм. Турция может быстро разбогатеть, так почему же мы не богатеем? Я вижу две причины: первая — военные перевороты. Все пришлось начинать сначала, экономику поставили с ног на голову. Вторая причина — то, что социальные демократы, левое крыло не способны породить новых идей. То есть то, что левое крыло даже не попыталось этого сделать, продолжая двигаться руководствуясь вчерашними догмами и вчерашними доктринами.

Прекратилась ли деятельность бюрократической олигархии в Турции?

Нет, по-моему, она продолжается. Несмотря на все эти судебные дела. Больше всего это заметно в системе правосудия. У судебной власти очень суровая позиция. Это можно прекратить, но, возможно, сегодняшнее правительство хочет, чтобы все так и продолжалось.

«Перевороты поддерживает определенное лобби, предприниматели и СМИ», — говорите вы в своей книге...

Генеральный совет Ассоциации турецких промышленников и бизнесменов (TÜSİAD) был созван через несколько месяцев после переворота 1997 года. До переворота Управляющий совет TÜSİAD принял решение, в соответствии с которым мы попросили профессора Бюлента Танора подготовить отчет под названием «Перспективы демократизации». Проектом руководили мы с Джаном Пакером и Бюлентом Танором. Было подготовлено 500 экземпляров отчета. Передт тем как как их хотели раздать, на сцене неизвестно откуда появились люди, которые начали негативно высказываться о нем. Они запретили этот отчет, даже не прочитав его. Это была позорная ситуация. Существовал деловой мир, который не одобрял развитие демократии.

Изменится ли TÜSİAD?

В 2010 году референдум по исправлению Конституции бросили на произвол судьбы, не захотели выступать организаторами. Потом Джем Бойнер в Генеральном штабе напомнил о том позоре с отчетом тринадцатилетней давности: «Принимаете вы этот отчет? Будете ли поддерживать его?», — сказал он. Я подошел и расцеловал его. Через три дня в прессе был опубликован бюллетень и заявление о том, что они не станут поддерживать этот отчет. Мы пережили тот же позор. Цель буржуазии — богатеть, когда она богатеет, богатеют и окружающие. Повышение уровня всех стандартов означает, что буржуазия может развиваться в свободных условиях. Либо турецкая буржуазия не знает об этом принципе, либо не понимает своей миссии. Я не могу сказать, что TÜSİAD является турецкой буржуазией, скорее это Конфедерация турецких предпринимателей и промышленников (TUSKON) или Ассоциация независимых промышленников и бизнесменов (MÜSİAD).

Отсутствие оппозиции — опасная проблема

Вы подчеркиваете необходимость существования сильной оппозиции, которая бы ограничивала силу правительства. Самая большая опасность для правительства — быть единственным и не иметь оппонентов. Мы сегодня стали свидетелями именно такой ситуации, не так ли?

Да. И правительство даже не осознает той опасной ситуации, в которой оно находится, потому что они живут как на облаках, у них нет мало-мальски серьезной оппозиции. Если у нас будет умная оппозиция, которая будет знать, куда она хочет идти, правительство наведет порядок в своих рядах, станет действовать более правильно и, возможно, добьется мира. Сейчас путь к достижению мира кажется расплывчатым. Напряженность выросла до ненормальных размеров, а правительство занимается своими делами.

Что стало ошибкой сегодняшней власти и оппозиции?

Переломным моментом стали выборы, а главной ошибкой — самоуверенность, которая порождена избранием на третий срок с количеством голосов в 49,5 процентов. До этого момента они придерживались другой линии: переговоры с ЕС, развитие демократии и во главе всего этого, наконец, попытки достичь мира. (…) Однако после третьих выборов позиция властей изменилась и они подвели Турцию к сегодняшнему практически тупиковому положению. Потому что на горизонте я не вижу никакого положительного ориентира. Мы должны и достичь мира, и вернуться к стандартам Европы, и преодолеть трудности на Ближнем Востоке… В виду всех этих проблем неверная политика Турции выглядит опасной. Правительство, несмотря на провокации, не должно было сворачивать со своего пути, нужно было сказать: «Да, несмотря на все это мы добьемся мира», — но правительство этого не сделало. Оно попалось в ловушку. «Раз общество хочет войны, мы пойдем воевать», — решили в правительстве. И снова началась война. Вся проблема заключается в том, чтобы, собрав людей, сделать шаг, который обеспечит установление мира. И именно этот шаг почему-то не делается. Я думаю, что есть какие-то более глубинные причины.

Можно ли сказать, что правительство не учитывает то, что им придется отвечать за ошибки в политическом смысле?

Это тоже невозможно объяснить. По вечерам я смотрю телепрограммы. Я вижу, что достижению мира мешает несколько узколобых людишек. Например, старые бюрократы говорят: «Если вы попытаетесь дать курдам равные права, против этого выступят три четверти турок». Откуда ты знаешь, кто выступит против? Я написал в письме: «Это твоя мысль, и это нацистская мысль». Поскольку идея о том, что «курды должны довольствоваться только некоторыми правами» напоминает систему, которую нацисты создали для евреев. Следующим шагом этого курса будут газовые камеры. Если в первую очередь говорить то, что говорить нужно в последнюю очередь, то мира не добиться.

«Один из наиболее неверно понятых людей — Гюлен»

В своей книге вы целую главу посвятили Фетхуллаху Гюлену и его Движению добровольцев «Хизмет». Чувствуется ваше положительное восприятие. Какие отклики вы получили?

Я рассказал о том, что знаю. Можно сказать, что восприятие положительное, это правда. Больше 90 процентов откликов на книгу — поздравления. Почему? Потому что человек, от которого я меньше всего этого ожидал, сказал то, что я никогда не думал услышать. Теперь и я «чужой». Я поехал во дворец Чанкая в Анкаре. Делал презентацию своей первой книги перед залом в 600 человек. Среди тех, кто ко мне подошел после конференции и раздачи автографов, была и первая леди страны Хайрюнниса Гюль. «Мне аплодируют, хотя я и чужой», — сказал я госпоже Гюль. «Вы ошибаетесь, на самом деле это я чужая. После того как мы переехали в этот дворец, я не могла появляться на людях 2 года, поскольку ношу платок», — сказала она. Все мы «чужие». Те, кто не является чужим, пусть подумает дважды, почему наше общество так разрознено? Потому что ты меня оттолкнул, оттолкнул эту женщину и ее мужа, когда они поднялись наверх. Ты всех нас сделал «чужими». Не думают ли люди: «Мы ведем себя постыдно»? Мы на вершине этого моста, мы еще не перешли на ту сторону. Наверное, чтобы изменить это положение, потребуется много времени. Возможно, сменится одно поколение. Потому что мы все еще в самой гуще этой свары. Отчуждение, в первую очередь по отношению к курдам... Они — самая большая масса «чужих» в Турции, не евреи и не христиане. Курды в том их положении, которое мы имеем на сегодняшний день.

В книге вы говорите о том, что Движение добровольцев порождает новый тип человека. Станет ли этот «новый человек» противоядием для механизмов отчуждения?

Не «станет ли», а должен стать. То, что мне очень нравится в движении «Хизмет», — это школы за границей. Только в Америке работает около 200 школ. Я видел их школы в Южной Африке. В школах в четырех концах света сегодня учатся сотни тысяч учеников. Дети дипломатов... Эти школы — лучшие школы стран, в которых они находятся. С точки зрения коротких временных промежутков положительным эффектом от создания таких школ является то, что мы демонстрирует положительный образ Турции. Кроме того, в них преподают профессионалы. (...) В XVII и XVIII веке в России и Польше евреев притесняли, были погромы. Они снялись с места и уехали в Америку. Кем они были? Фермеры, сапожники — то есть простые рабочие люди. Но что они сделали по приезду в Америку? Отдали детей в хорошие школы. Их дети отправили своих детей в еще более престижные школы. Через 4-5 поколений представители элиты, самой продуктивной прослойки, находящиеся на первом плане люди — евреи. Их вес в обществе значителен. Сегодня еврейское лобби в Америке принимает в расчет и не хочет с ним ссориться даже Турция. Все о нем знают. Я тоже знаю об их могуществе и стараюсь горячо их принимать. Вы приводили цифры. Всего в мире 14 миллионов еврейского населения. Население земного шара при этом 7 миллиардов человек. Несмотря на соотношение два человека к тысяче, они гораздо более влиятельны, чем другие. Именно американское еврейское лобби поддерживает Израиль на плаву. 32 процента из лауреатов Нобелевской премии — евреи. Если сопоставить эти факты, то становится понятно, почему Движение придает такое значение образованию.

Хорошо, а как сами евреи смотрят на деятельность Движения, связанную с образованием?

В Wall Street Journal вышла глупая статья, направленная против Движения Гюлена. Я встретился с одним из наиболее влиятельных людей в американском еврейском лобби, Алоном Бен-Меиром. Он часто бывает в Турции, я его попросил. Он убедил написавшего эту статью в том, что его статья не соответствует действительности. Автор написал еще одну статью неделю спустя. «Я сделал ошибку», — написал он. То есть в Америке эту проблему решило еврейское лобби. Почему? Потому что у них те же цели. Их цель — учить. Самая страшная опасность для мира — это невежество. Целью общества является обучение людей и предоставление им качественного образования. Мы находимся на этом пути. И платформой, демонстрирующей эту структуру, предоставляющую образовательные услуги по всему миру, являются Олимпиады турецкого языка.

Вы говорите, что о Гюлене сложилось неверное представление...

Среди «чужих», возможно, возглавляя их, находится и Гюлен. Да, от Гюлена пытались оттолкнуть, сделать его «чужим». Почему? Причина известна. Потому что кемализм не хочет иметь противника, хочет оставаться вне конкуренции. Вообще, кемализм во всем видит одну опасность…