«У меня даже раны на голове от того, как я боролся со смертью»

11

«МК» разыскал одного из спасшихся пассажиров. Кемал Тарба — редактор московского издания Satellite Voices, профессиональный фотограф, уже 4 года живущий в столице и описывающий здешнюю жизнь.

 В одном из своих последних интервью он рассказывал и про Москву-реку, которая видна из окна его дома, и про то, что столица полна всяких неожиданностей. Как в воду глядел...

— Кемал, как у нас выражаются, вы в рубашке родились, что означает — везунчик!

— Мне то же самое спасатели сказали.

— Расскажите, как вы оказались на катере? Кто его выбрал?

— Мы праздновали день рождения. Катер выбрал именинник Невзат, он сам и договаривался с капитаном. Я лично его ни разу не видел до этого момента и как человека его не знаю. От причала мы отплыли в 9 вечера.

— Как капитан управлял судном?

— Оценивать, как он управлял судном, не могу, я ведь не профессионал в таком деле. Я просто веселился и не обращал на это внимания.

— Капитан был пьян?

— Нет, он был совершенно трезв. Это точно.

— А сколько всего было членов экипажа?

— Только капитан.

— По слухам, один из пассажиров вел себя буйно, и его даже ссадили...

— Это не так. Буйно себя никто не вел. Одному пассажиру надо было просто раньше уйти, и его высадили на одном из причалов.

— Что произошло потом?

— О причинах трагедии даже не догадываюсь. То ли катер наехал на баржу, то ли наоборот... Перевернулось наше судно моментально. Меня накрыло катером, а сверху была еще и баржа, нужно было выплыть из-под всего этого. Организм в схватке со смертью каким-то образом аккумулировал все силы. У меня даже раны на голове от того, как я рьяно пробивал дорогу вверх. Сначала на спасательном круге я доплыл до баржи. Там уже к этому времени были другие спасшиеся ребята из нашей команды. Оттуда мы все пересели на катер МЧС, который и довез нас до берега. Медпомощь, кстати, оказали очень оперативно. Вот сейчас я уже дома, пытаюсь отдохнуть... Мобильник мой утонул, так что дозвониться теперь до меня друзьям сложно.

— Именинник спасся? Кто он, кстати?

— Невзат жив. Он архитектор. Сейчас находится в подавленном состоянии и ни с кем общаться не хочет.

— А остальные пассажиры, вы их раньше знали?

— Не всех. Их ведь пригласил Невзат (они его близкие друзья), и со многими мы познакомились уже на борту. Все пассажиры разных профессий.

— После случившегося, наверное, больше не будете плавать на катере в России?

— Ну почему же... Страх какой-то, конечно, будет, но я не буду зацикливаться. И, кстати, везде написали, что я турок, но это не так. Я гражданин России и русский — мой родной.

Ева Меркачева, Московский Комсомолец