Но как на свете без компа прожить?

66

Ученые провели эксперимент, на неделю разлучив гаджетоманов с их любимцами. Психологи давно бьют тревогу по поводу интернет-зависимости молодого поколения.

Сотрудники Тамбовского государственного университета им. Державина провели уникальный эксперимент, уговорив своих студентов на целую неделю отказаться от компьютеров, телефонов и телевизоров. «МК» выяснил, что из этого получилось.

Старт эксперимента был назначен на 16 мая, так называемый «Shutdown Day» — Всемирный день отказа от компьютеров и мобильных устройств, который в этом году в России отмечался впервые.

— Желающих испытать себя разлукой с гаджетом было много. Ребята воспринимали ее как своеобразную прививку против интернет-зависимости, — рассказывает завкафедрой общей психологии университета Марина ХВАТОВА. — Но у нас определенные критерии отбора: студенты должны были по-настоящему интересоваться проблемой, быть честными и при этом до начала эксперимента практически постоянно «жить» в компьютерных и сотовых сетях. В итоге осталось только 25 добровольцев, подходящих по всем параметрам.

Согласно условиям эксперимента, у ребят сразу отобрали все гаджеты и спрятали в университетский сейф. «Я без телефона как без рук!» — в первый же день написала одна девушка. «Настроение неважное. Я словно лишился свободы общения», — писал другой участник психологического эксперимента.

Что касается отказа от использования громоздких домашних ПК и телевизоров, тут преподаватели положились на честность и сознательность ребят (все-таки неспроста их отбирали по этому качеству профессиональные психологи). «Сегодня, проснувшись утром, я на автомате сел перед компом, запустил его и принялся просматривать новости в социальных сетях, — честно признался в дневнике один участник. — Но потом, вспомнив про эксперимент, быстро свернул программу и, чтобы неповадно было, повесил на монитор большой лист бумаги с шутливой надписью: «Не подходи! Убьет!»

Преподаватели простили парня за честность и позволили продолжить испытание. Ведь, как ни крути, а условие было жестким: единственным средством связи для бывших гаджетоманов оставили лишь домашний телефон, пользоваться которым разрешалось только в самых экстренных ситуациях, к примеру, чтобы позвонить в полицию, МЧС или «скорую».

Уже ко второму дню эксперимента почти у всех стали сдавать нервишки. По словам студентов, их пугало ощущение полной оторванности от мира: чтобы «законнектиться» с кем-то, нужно было высматривать объект в университете или на улице, а то и передавать просьбу об очной встрече (какой моветон!) через третьи руки. Раздражали и неудобства чисто бытового характера: многим пришлось бежать в магазин за обычными будильниками и в библиотеку — за бумажными книгами, ведь на носу было начало летней сессии, зачетная пора. А тут еще записи в дневниках приходилось вести по два раза в день и ежедневно ходить на беседы с психологами. Была в группе и работающая участница, которой на службе приходилось просить коллег: «Откройте мне файл, пожалуйста. Прочитайте, что там написано?» Конечно, с работодателем университет договорился заранее, но студентка чувствовала себя беспокойно и стыдилась, что доставляет сослуживцам лишние хлопоты.

— На третий день 75% участников испытывали негативные эмоции, — рассказывает руководитель эксперимента Марина Хватова. — Это беспокойство, раздражение, тревога, одиночество, беспомощность. Двое участников с уязвимой психорегуляцией сошли с дистанции — написали заявления об отказе продолжать эксперимент.

Рассказывает студентка 4-го курса психфака ТГУ Ирина, которая вышла из эксперимента из-за проблемы с родным человеком:

— Несмотря на то что мы с мужем, моим однокурсником, все обговорили до эксперимента и вместе приняли решение, что я буду в нем участвовать, нам не удалось довести дело до конца. Уже со второго дня я почувствовала неудобства по чисто бытовым вопросам: невозможно было быстро передать мужу простую просьбу, к примеру, зайти в магазин и купить хлеба. Позже к этому присоединилось его раздражение по поводу моего «умершего» телефона. Он иностранец, приехал учиться в Россию из Ирака всего два года назад и, не до конца адаптировавшись к нашим условиям жизни и языку, периодически просил меня о помощи. Через два дня начал даже ревновать, чего прежде, когда я всегда была на проводе, никогда не случалось. Что касается отсутствия компьютера, без него я несильно страдала. Мне как человеку, чье детство прошло не за компьютером, еще не так тяжело, но я знаю много людей, кто отказывается даже от совместных поездок с друзьями на природу, только бы не расставаться с любимым ПК.

Ну а из тех, кто все-таки остался в эксперименте, к шестому дню немного адаптировались: негатив выражала только половина оставшихся студентов.

— А были такие, кто не испытал стресса? — спрашиваю я Хватову.

— Да мы выявили их в ходе эксперимента — это три девушки и два юноши, — ровно 25% от общего количества участников. Несмотря на то что они так же активно пользовались гаджетами, начиная со средней школы, они показали конструктивные качества личности и высокую устойчивость к стрессу. К примеру, пока другие сидели и страдали от нехватки общения с друзьями, они находили для себя полезные занятия: попробовали написать родственникам и друзьям обычные письма. Стали больше общаться с друзьями, что называется, offline, и это тоже оказалось полезным, поскольку одному из приятелей очень пригодилась помощь нашего участника в починке крыши...

Рассказывает студент 3-го курса Института филологии Сергей — один из самых стойких участников:

— Было трудно лишь в самом начале: чувствовал нехватку информации, несвободу. Сложно было стыковаться с друзьями. Но еще тяжелее было моим родителям, которые живут в селе, — они беспокоились за меня. А потом я быстро адаптировался, подружился с другими членами эксперимента. Мы стали чаще гулять, высвободилось такое количество времени! Ведь до этого я тратил по три часа в день на социальную сеть. Так я пришел к другому пониманию слова «свобода»: настоящая свобода — это когда ты лишен невидимого проводка, никто тебя не тормошит, ничего от тебя не хочет. Помните песню: «Вне зоны доступа мы дышим воздухом...» Друзья (не из эксперимента) поначалу крутили пальцем у виска, а потом привыкли, стали чаще приходить ко мне в гости, информировать меня о последних событиях в живой беседе. Многим понравилось.

— А как обстояли дела с учебой?

— Сначала было непривычно переходить на бумажные книги в библиотеке, а потом понял, что порой это меньше занимает времени, чем поиски нужных материалов в Интернете. Ведь в нем очень много «мусора», трудно отыскать особенно нужные документы. В библиотеке же что закажешь, то сразу и принесут.

Справка "МК"

Совет от психолога Марины ХВАТОВОЙ: чтобы ваш ребенок не стал жертвой техномании, с самого начала не позволяйте ему увлекаться одним лишь компьютером. Пусть среди его увлечений помимо гаджета будут реальная художественная школа, коллекционирование, спортивная секция и просто живое общение с друзьями во дворе.

А вот другая история.

Рассказывает студентка 4-го курса психфака ТГУ Оксана, которая дошла до финала, но с большим трудом:

— Было непереносимо тяжело с самого начала. Не хватало времени, чтобы найти друзей и подруг, я постоянно испытывала желание кому-то позвонить, но не могла этого сделать. Был страх, что я пропущу что-то важное в моих взаимоотношениях с друзьями. Не знала, куда себя деть, однажды даже сходила в обычный театр...

— Как будущий психолог ты должна обладать приемами адаптации.

— Да, я пыталась внушить себе, что если я не могу изменить ситуацию, надо изменить к ней отношение. Я уговаривала себя, что в этой ситуации нет ничего страшного, но тревога все равно не покидала меня. Если бы не наши ежедневные встречи с опытным психологом, я бы, наверное, сорвалась. Профессионал указал мне на то, на что я совсем не обращала внимания: оказывается, моя тревожность выражалась и физически. К примеру, я постоянно должна была вертеть в руках какой-нибудь предмет — он заменял мне телефон. Причем даже обычную шариковую ручку я крутила так, как обычно я кручу в руках телефон. Вы пробовали когда-нибудь сами остаться без телефона в руках?

— ...Я не поняла, ты что, почти никогда с телефоном не расставалась?

— Почти никогда, чтобы быть всегда на связи с друзьями.

— Ну и чем же все закончилось?

— Я дошла до финала и поняла, что от мобильного телефона отказываться нет смысла. Вот социальным сетям можно уделять поменьше времени. Я поняла, что гораздо приятнее общаться с глазу на глаз. Ведь, когда ты общаешься с друзьями посредством компьютера, ты не видишь их жестов, мимики, чего-то недополучаешь от жизни. Да, интересное замечание: когда эксперимент уже закончился, я стала замечать за собой, что могу в гостях забыть телефон и уйти домой без него...

Напомню, в эксперименте принимали участие в основном студенты, заканчивающие психологический факультет, то есть те люди, которым сам бог велел находиться в гармонии с душой и телом. Представляете, какими могли быть результаты у учащихся помоложе, да не у гуманитариев, а у технарей? В Тамбовском университете надеются, что специальное научно-методическое пособие, которое они теперь собираются написать по результататам эксперимента, позволит избежать случаев «гаджетомании» и интернет-зависимости у будущих представителей, пока еще относящихся к виду гомо сапиенс.

СПРАВКА "МК"

По мнению экспертов из Московского агентства передовых информационных технологий, февральская волна самоубийств среди столичных школьников может стать лишь первым признаком проявления техномании в современном обществе. «Техноманией уже сейчас болен каждый человек, который регулярно пользуется компьютером или мобильными устройствами, который „всегда на связи“, — утверждает руководитель агентства Владимир Коровин. — Просто эта болезнь протекает постепенно, она, как слабый наркотик, рождает зависимость не сразу. За последние 20 лет в России уже родилось и выросло целое мобильно-компьютерное поколение, которое уже не может представлять себе жизнь без разнообразных гаджетов. Лишение средства связи будет означать у таких людей наркоманскую ломку вплоть до летального исхода».