Будет плохо России — будет плохо всем нам

62

Что говорят представители национальных диаспор о проблеме мигрантов?

После событий в Западном Бирюлеве много слов было сказано о том, как москвичи устали от засилья мигрантов и коррупции во властных структурах. В этом потоке почти утонули слова самих мигрантов. Кто виноват в сложившейся ситуации и что делать дальше? «МК» выслушал мнения представителей трех диаспор — азербайджанской, таджикской и узбекской.

Рустам АРИФДЖАНОВ, журналист, историк, член президиума Всероссийского азербайджанского конгресса:

«Мы дошли до той точки, точки кипения, когда количество людей других национальностей в российских городах зашкаливает. Меняется этнический облик наших городов, и это вызывает неприязнь у коренных жителей. Что делать? Сокращать количество мигрантов? Безусловно. Проблема из экономической становится политической, расшатывает нашу страну. Но с другой стороны, мы прекрасно понимаем, что количество русских людей в России никак не может увеличиться. Вот у меня трое детей. Они русские, хоть и азербайджанцы по национальности. Они родились в Москве и ментально русские, православные. Но я не много знаю русских женщин, которые бы родили троих, четверых детей. Население сокращается. Значит, будет кем-то замещаться. Если не нашими ближними соседями, то Китаем, например.

Мигранты идут туда, где им платят, но должны быть созданы условия для их содержания — и в Сочи, и на Северном Кавказе, и в других городах России. Азербайджан — богатая страна, и мы фиксируем сокращение трудовых мигрантов; кто захотел, стал гражданином России, остальные могут вернуться на родину.

Я, как и подавляющее большинство москвичей, покупаю овощи на рынке. Двадцать лет назад в Москве были заложены новые овещехранилища, создана система поставки овощей. Во время приватизации овощебазы нашли своих хозяев. Как правило, это выходцы с юга, в том числе и мои земляки. Иногда так складываются обстоятельства, что у нас не только преступность бывает этническая, но и профессии. Какие-то национальности больше преуспевают в банковской сфере, а какие-то — в торговле овощами. Плохо это или хорошо, не знаю. Вообще, с овощными базами надо что-то делать и менять структуру поставки овощей в Россию.

Конечно, я против нелегальной миграции. Но, положа руку на сердце, давайте признаем: простой человек, собирающийся на народный сход, митинг или демонстрацию, вряд ли различит, легальный мигрант или нет. И поэтому проблема глубока, остра и труднорешаема.

Через день в том же Бирюлеве был найден труп человека с 15 ножевыми ранениями, не принадлежавшего ни к одной из коренных национальностей России. Нам стало известно, что в этом же районе было найдено тело еще одного мужчины, моего соотечественника. О том, как ведется следствие по этому поводу, кто убийцы этих людей, мы не знаем. Это показывает, что не все нашему МВД, полицейским удается сделать быстро и показательно.

Я никогда бы не мог поверить, что так открыто покажут избиение закованного в наручники человека, что из задержания обычного бытового преступника устроят показательное шоу. Не очень понятно, зачем было потрачено столько средств на поимку обычного бытового преступника.

Мы ведь остро реагируем, когда задерживают наших граждан, вне зависимости от того, виноваты они или нет. Российская Федерация требует этого от других государств, при этом мы сами не выполняем этих требований. После получения первой ноты ни дипломат, ни переводчик, ни адвокат не были допущены к задержанному. Получили вторую ноту от Азербайджана. И как итог — демонстрация у российского посольства в АР.

Во время национальных конфликтов в Алма-Ате, Ташкенте, Тбилиси, Баку я разговаривал с русскими людьми, и я понимаю, как им было тяжело, когда им говорили: «Чемодан, вокзал, Россия. Вы нам надоели, уезжайте к себе». Вот сейчас, наверное, то же самое испытывают люди других национальностей, живущие в российских городах.

Нет необходимости во введении трудовых виз, другое дело, что получение трудового разрешения криминализовано — вот с этим и надо бороться. Если введут трудовые визы, будут криминально продавать и трудовые визы. Логичнее навести порядок в собственном доме, и ФСБ достаточно точно знает, кто занимается нелегальной миграцией, кто увеличивает количество нелегалов, нужно дать им возможность эту проблему решить и запретить «крышевать» этот бизнес. Этот вопрос нужно решить, а не вводить визы.

Самые эффективные способы борьбы с нелегальной миграцией — это борьба с коррупцией, повышение рождаемости и повышение сознательности среди граждан России. Люди должны понимать, что эти люди приехали работать и часто выполнять то, что мы не делаем. Необходимо понять, что мигранты будут всегда, их может быть меньше, но они все равно будут».

Ибрагим ХУДАЙБЕРДИЕВ, президент Всероссийского конгресса узбеков:

«Куда мы катимся? В Воронежской области за последние пять лет мы отправили 152 узбека на родину. Я имею в виду мертвых — «груз 200». Половина из них погибли от произвола полиции и от рук националистов. Хочу сделать заявление: во многих регионах происходит полицейский беспредел с участием неонационалистов. Они отбирают у узбеков паспорта, рвут их и выкидывают. Если мигрант возмущается — тут же оказывается в СИЗО.

После Бирюлева мы провели сбор узбеков. Были разные предложения. Но мы решили ни в коем случае не поднимать людей в Ташкенте против русских. Вспомните 1941 год. Богобоязненный и трудолюбивый город Ташкент, где тогда проживало всего 500 тысяч человек, принял полтора миллиона русских, украинцев и белорусов. Есть такая народная мудрость: кто не помнит прошлого, у того нет будущего. Но мы понимаем: будет плохо России, будет плохо всем нам.

Мы обращались к Федеральной миграционной службе, были на встречах с руководством города Москвы, но по-прежнему ни в каких общественных советах мы не видим представителей наших диаспор. Мы не раз предлагали заключить официальное соглашение между ФМС и нашим конгрессом. Мы бы всю информационную базу им передавали. Но никаких соглашений между нами по-прежнему нет.

Касательно коррупционного момента. Ведь все власти знали, где находится овощебаза, знали, что там редко можно увидеть русского человека. И почему же на уровне управы и префектуры не решали эти вопросы?

Самые многочисленные трудовые мигранты — узбеки. Они едут в Россию, а не в Туркменистан, потому что там границы закрыты. Самая лояльная миграционная политика для нашего брата — в России. Какие бы высокопарные слова ни говорили ваши политики, Россия нуждается в трудовой миграции. Введение виз создаст «тупиковую ситуацию» между нашими народами, но трудовая виза — это необходимость. Знаете, как происходит это в Сеуле? Уже в аэропорту узбеки получают все необходимые документы. А по завершении трудового соглашения спокойно возвращаются обратно».

Каромат ШАРИПОВ, председатель Общероссийского общественного движения «Таджикские трудовые мигранты»:

«Нам так жалко, так обидно и так больно вспоминать то, что произошло в 1991 году. Русские, славяне тогда решили, что смогут прожить без соседей. Но сегодня что? Россию невозможно представить без труда мигрантов. Да, есть криминал. А вы задавайте вопрос, откуда он? Да, трудовых мигрантов много. Слишком много. А куда им деваться? Куда еще идти? Куда обращаться мигранту, если у него требуют взятку? В посольство — бесполезно. В суд — бесполезно. Они обращаются в диаспору. Мы идем к работодателям, а они нам отвечают: «Я сын того-то, племянник этого, я знаю хорошо в администрации третьего». А бывает, что работодатель приходит к нам с 10–12 вооруженными боевиками.

Таджикские мигранты находятся в рабских условиях. А их хозяева — азербайджанцы, армяне, Северный Кавказ, турки. Не надо нам создавать общественные палаты, надо создавать национальные палаты. А вы что думаете, завтра не будет погрома ТЦ «Москва» или рынка «Садовод»? Будет! Потому что, к примеру, на одном только «Садоводе» 8,5 тысячи граждан Таджикистана без документов.

Сегодня на территории России находится более 600 тысяч молодых таджиков, покинувших родину по причине уклонения от службы в армии. Не надо таким выдавать визы. А для граждан Таджикистана, приезжающих в Россию с целью работать, ввести трудовую визу с указанием конкретного объекта приложения его рабочей силы или же с указанием физического лица, использующего труд иностранного рабочего».