Постмодернистский военный переворот 28 февраля и боссы СМИ

135

Дело о перевороте 28 февраля расследуется как Генеральной прокуратурой Анкары, так и парламентской Комиссией по исследованию переворотов и меморандумов.

В то время как прокуратура Анкары готовит обвинительное заключение по делу о перевороте, подкомиссия парламентской Комиссии по исследованию переворотов и меморандумов, назначенная для расследования постмодернистского военного переворота, заслушала показания деятелей СМИ того времени.

Постмодернистский военный переворот сформировал политическую среду того времени: изменил правительство и опустошил общество и экономику. К 15-летию переворота началось его расследование. Парламент, представляющий народ, и судебная система, представляющая государство, стремятся пролить свет на это темное время.

До переворота 28 февраля Турция пережила несколько переворотов, которые были осуществлены непосредственно военными. Поскольку после этого военные увидели, что армия потеряла доверие, они решили разработать различные стратегии, чтобы устроить переворот 28 февраля. Было ясно, что для организации успешного переворота одной армии уже недостаточно.

Девиз прежних переворотов «армия захватила контроль» был заменен на «безоружные силы должны поступать в соответствии с необходимостью». Безоружные силы состояли из судей, СМИ и высшего звена бюрократии.

У переворотов были цели: свержение правительства и изменение состава парламента и социальной структуры в целях предотвращения выборов похожего правительства и для подрыва экономической мощи «внутренних врагов».

Во время этого процесса перед СМИ была поставлена ​​задача: вывести правительство из строя, дискредитируя его.

Теперь деятели СМИ, которые успешно исполнили свои роли, демонстрируют три основных реакции: признаются, что допустили ряд ошибок; защищают себя, говоря, что они боялись потерять то, что у них было, и стремились заработать больше; отрицают, что были частью попытки государственного переворота.

Сложилось впечатление, что владелец Doğan Media Group Айдын Доган был хорошо подготовлен к даче показаний подкомиссии. Он с легкостью ответил на первые вопросы и просил членов комиссии спросить его, помогал ли он военным во время переворота. Он также выступил в защиту заголовка, вышедший в его газетах 28-го февраля: «Мы будем использовать оружие, если понадобится», сказав: «Как журналисты, мы отражаем ситуацию, а общество дает оценку».

Владелец Sabah Media Group того времени Динч Бильгин сказал: «Конечно, наши амбиции и желание зарабатывать больше сыграли свою роль в ошибках, которые мы сделали во время процесса 28-го февраля, но «предложения» и угрозы опекающего режима, которые вы сейчас расследуете, тоже были весьма эффективными».

Бывший главный редактор Sabah Зафер Мутлу сказал, что организаторы переворота четко дали понять, что будут использовать оружие, если это будет необходимо, и представители СМИ были испуганы.

Тургай Джинер, глава Ciner Media Group, которая в настоящее время владеет газетой HaberTürk, сообщил комиссии, что он, как бизнесмен, подвергался в те дни терроризму со стороны СМИ. Также Мехмет Эмин Карамехмет, тогдашний владелец ежедневной газеты Akşam, говорил о встречах с офицерами и неправомерных действиях во время переворота.

Во время заседания комиссии, когда давали показания боссы СМИ, прояснилась еще одна интересная картина. Хотя основной причиной постмодернистского военного переворота был «реакционизм» и СМИ сделали все возможное в этом процессе, ни один из этих боссов не был приверженцем антирелигиозной идеологии.

Горькая правда, которая стала понятной после того, как боссы СМИ дали свои показания, заключается в том, что обучение по программе, которая поддерживала режим хунты, проходили не только молодые офицеры, но и значительное число журналистов, ставших частью этой невооруженной силы.