Россия—Украина: Прощай, оружие

43

Войны с Украиной не будет. Это стало всем сразу же ясно после пресс-конференции Владимира Путина в Новоогареве.

Кто бы как ни относился к президенту, нельзя не признать — речь главы государства была яркой, эмоциональной, убедительной. Он даже выразил солидарность с Майданом и теми людьми, которые вышли на площадь, так как не в силах уже были терпеть коррупцию и вороватых олигархов во власти.

И как-то сразу захотелось спросить: а эти слова касаются только Украины или относятся к нашей собственной власти тоже? Кто-нибудь из ее представителей сейчас, после всех этих событий, чувствует вину за то, что два братских народа были поставлены на грань войны?

Не буду говорить за всех знакомых мне журналистов, кого давно волновала тема Украины. Скажу за себя: я устала писать о том, что ситуация в российско-украинских отношениях требует особого внимания власти. Доказывала это много лет на примере того, что больше знаю, что ближе, — оборонно-промышленного комплекса (ОПК). И, честно говоря, уже нет сил без конца повторять очевидное: если государство хочет, чтобы соседняя страна была надежным союзником, шла в русле единой с ним политики, в первую очередь оно должно привязать эту страну экономически.

С Украиной — при желании — это легко было сделать. Ведь ОПК Украины и России после распада Союза до сих пор еще продолжают оставаться единым организмом. Чтобы не допустить его развала, требовалась лишь политическая воля. В первую очередь — России. Потому что киевской власти, в какие бы цвета она ни рядилась, всегда приходилось признавать: украинской промышленности без России не выжить. Россия — это и заказ, и финансирование, и кооперация, и рынок сбыта.

Чтобы в таких условиях двигать свою политику, особой изощренности не требуется: шаг за шагом поддерживай, поощряй, возрождай десятилетиями налаженные производственные связи, как это принято делать во всех странах, что реально хотят быть вместе, — и со временем получишь надежного союзника.

Но у нас подобными «пустяками» заниматься не стали. Были встречи в верхах, беседы про газ и флот, тосты о нерушимой дружбе да рассуждения типа: куда в конце концов эта Украина денется? Взглянет ласково на Европу — придушим таможней. Шаг влево, шаг вправо — перекроем газ. Вот и вся политика! Даже послом в Киев, будто в насмешку, отправили не кого-то из достойных дипломатов, а проштрафившегося экс-министра здравоохранения Зурабова. И теперь вот нам говорят: никто не думал, что все так далеко зайдет.

А почему, собственно, не думал? У власти нет служб, экспертов, политиков и аналитиков, способных видеть и понимать, что реально происходит в соседней стране, связанной с нами общей историей и экономикой?

Хотя какая теперь экономика… Те экономические связи, что еще теплятся между нами, сохранились не благодаря нашей власти, а скорее вопреки ей. И держатся за них в основном те, кто рожден в СССР. Но выросло уже целое поколение украинцев, для которых Россия — чужая далекая страна. У них мало что с ней связано.

Всмотритесь в лица тех, кто на митингах по всей Украине с надеждой взывал к России. В основном это люди в возрасте. А по другую сторону баррикад — сплошная молодежь.

И виновата в этом российская власть. Потому что «у нас никто не думал, что все так далеко зайдет».

Майдан безнадежности

Получается, предвидели неприятности одни журналисты. И давно. И писали, чтобы наших политиков, таких умных и дальновидных, предупредить, предостеречь, достучаться.

Не достучались…

Тошно у нас быть пророком — никаких светлых пророчеств в своем Отечестве...

Вот беру старую публикацию, датированную еще февралем 2005-го — «Майдан безнадежности» (знаю, нескромно заниматься самоцитированием, но примите эти цитаты как доказательства). В статье говорится, чем «оранжевая революция» грозит нашей промышленности: ракетостроению, авиапрому, даже ПВО, ведь электроника для комплексов С-300 и С-400 долгие годы делалась во Львове.

Мне тогда казалось, что люди, которые в российской власти отвечают за кооперацию с Украиной, обязательно должны испугаться. Ну как минимум очнуться и начать срочно что-то делать, чтобы не потерять производственные связи, думая хотя бы о том, как катастрофично все это может аукнуться нашей экономике. Но нет…

А ведь сами предприятия, заводы, КБ — что украинские, что российские — всегда держались за свою кооперацию, отлично понимая, что выживут только вместе, и потому прекрасно обо всем договаривались. Однако когда закрепить договоренности требовалось уже на уровне госчиновников — глав ведомств и корпораций, — все стопорилось. Ведь за договоренностями шли межправительственные соглашения, а значит, более жесткие рамки обязательств, строгая двусторонняя финансовая отчетность... Ну кому из чиновников все это было нужно? Особенно двусторонняя отчетность?

Куда проще без лишних глаз самим «пилить» родной бюджет. Российско-украинская кооперация им была только во вред, а любые политические потрясения, способные ее разрушить, — на пользу. Потому их реакция на «оранжевую революцию» была предсказуемой. Эти «великодержавные патриоты» сразу стали кричать: дайте нам денег — и все, что раньше делалось в кооперации с Украиной — ракеты, самолеты, авиадвигатели, — мы сделаем сами.

Денег, конечно, дали — как не дать под свое, родное, отечественное. Потом дали еще и еще…

Но у бюджетных миллиардов есть одна неприятная особенность: они слишком быстро кончаются. Еще до того как обещанные чисто российские самолеты и корабли начинают бороздить просторы Мирового океана.

Тогда миллиарды приходится просить снова. И вот тут-то наши чиновники сразу вспоминают про Украину. Она им оказывается очень кстати со своими вечными шараханьями, непредсказуемой политикой, продажными лидерами. Но лучше всего, если для обоснования новых денежных вливаний найдется какой-нибудь весомый повод. Как, например, сближение Украины с НАТО.

Так нам и НАТО

И вот я беру другую свою статью, от апреля 2008-го, с заголовком «Так нам и НАТО!». Тогда со всех трибун кричали: НАТО — враг, который затягивает к себе Украину, чтобы приблизится прямо к границам России. Но писала я не об этом. Куда интересней было другое: когда наши чиновники дружно клеймили предательство Украины, Владимир Путин выступал на саммите альянса в Бухаресте. Он предложил: «пустить российских производителей военной техники на рынки стран альянса», так как это, по его мнению, должно привести к «улучшению оперативной совместимости Вооруженных сил России и НАТО».

Примерно в то же время наши Космические войска успешно вывели на орбиту целую группировку натовских разведспутников (SAR-Lupe). Мы модернизировали под стандарты НАТО МиГ-29, которые стояли на вооружении восточноевропейских стран. С Францией, Италией и США вместе давно строили самолеты, а наши чиновники уже присматривались к покупке итальянских бронемашин и французских вертолетоносцев «Мистраль» для ВМФ России…

И только по поводу Украины наши «госпатриоты» театрально вздыхали: нет, нельзя нам вместе работать на оборонку — Украина идет в НАТО. Тяжело, но надо переносить все производство в Россию.

Один высокий госчиновник (он и сейчас при власти, а тогда курировал «оборонку») не уставал требовать скорейшего «импортозамещения» — замены всех украинских комплектующих в российской технике. А в любом совместном изделии — самолете или двигателе — их от 40 до 80%. Журналисты даже шутили: в его большой нелюбви ко всему украинскому чувствуется что-то личное. Может, в молодости какой-то «гарный хлопец» отбил у него девушку — и он не смог этого простить?

Как такое «импортозамещение» скажется на экономике Украины, чиновников, понятно, не волновало. Что будет с российским бюджетом, который просто не выдержит финансовой нагрузки по созданию огромного числа новых производств, — тоже. Разве это для них было важно? Главное — за сладостными терминами «перенос производства» и «импортозамещение» слышался шелест миллиардов.

Выглядело все примерно так (цитата из статьи «Так нам и НАТО»):

«Россияне, которым поручено создать свое производство вертолетных двигателей, приезжают к украинским коллегам и говорят:

— Продайте нам права на свой движок, мы будем его делать у себя.

— Зачем? Вам дешевле купить у нас. А если появились лишние деньги, так вложите их в свой собственный двигатель 5-го поколения.

— Нет. На новый двигатель денег все равно не хватит. И делать его некому — оставшимся специалистам уже под восемьдесят. Лучше продайте свой.

— Но пока вы несколько лет будете осваивать его выпуск, мы уже сделаем несколько новых. Они будут современней и дешевле вашего.

— Пусть. Зато эти несколько лет мы спокойно будем «кушать» бюджетные деньги.

— А потом?

— Потом скажем: не уложились, дайте еще.

…И ведь дадут. Как не дать под независимость от НАТО».

Так я писала пять лет назад. Сейчас выпуск этих движков уже освоили. Чиновники очень довольны. Даже возили туда президента — показать, как выглядит производство «чисто российских двигателей».

Только вряд ли ему рассказывали, что основу двигателя делают в Запорожье. Затем движок отправляют в Россию, где на него ставят навесное оборудование. Там же проверяют и выпускают уже под российским паспортом.

Вроде бы ничего страшного, всем хорошо: выгодно Украине, выгодно России. Это даже можно было бы считать обычной производственной кооперацией, если б ее участники так не «шифровались».

По-другому — никак. Наши чиновники ведь уже отчитались об «импортозамещении» и «переносе производства» и теперь ждут очередного повода, который позволит им снова услышать шелест миллиардов.

Украина умывает крылья

И на эти поводы Украина щедра. Выбирай любой, вплоть до революции.

Хотя такого подарка российские «госпатриоты» от Украины и ожидать не смели. Им и сближения с Евросоюзом с лихвой бы хватило, а тут — целое народное восстание! Да при таком раскладе под лозунгом «защитим отечественного производителя!» они влегкую добьют конкурента, которого всегда видели в украинском производителе.

Очередной пример. И очередная статья от 29.07.2013. Она называлась «Украина умывает крылья». Это, прямо скажем, совсем не дипломатичное интервью с президентом и генконструктором украинского госпредприятия «Антонов» Дмитрием Кивой.

Цитата: «Сейчас идет обман российского руководства, — непривычно жестко начал диалог всегда интеллигентный и выдержанный Дмитрий Семенович. — Сегодня, как я вижу, нас, украинских авиастроителей, пытаются отстранить от сотрудничества с Россией. Те, кто думает, что делают это исключительно во вред нам, ошибаются. Это в первую очередь приносит вред России».

Не буду цитировать дальше, кто захочет, сами почитайте умного человека — не пожалеете. Расскажу только, что на днях люди из авиапрома, которым не все равно, что с ним происходит, передали мне интересные цифры. Они наглядно показывают, почему чиновникам из Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) столь невыносимо сотрудничество с Украиной.

Это данные на 1 декабря 2013 года. С одной стороны — суммы, которые государство выделяет ОАК на строительство самолетов. С другой — цены, по которым ОАК заключает субподрядные договоры уже непосредственно с производителем, в частности Воронежским акционерным самолетостроительным обществом (ВАСО).

При сравнении этих цифр видно, что после заключения контракта с ВАСО в ОАК остается некоторая, скажем так, «разница» — процент от тех средств, что госбюджет выделил на строительство самолетов. Например:

— Ил-96 №020 и №021. Госконтракт на 10,39 млрд рублей. Разница — 2836 млрд руб. (27%);

— Ил-96 №022. Госконтракт на 5,2 млрд рублей. Разница 1,55 млрд руб. (30%);

— Ил-96 №023. Госконтракт на 3,75 млрд руб. Разница 567 млн руб. (15%).

А вот данные по самолетам «Антонова», которые в ОАК считают «украинскими», хотя их делают в Воронеже и основная часть комплектующих — российская:

— Ан-148 (для МЧС РФ). Госконтракт на 2,476 млрд руб. Разница — 149 млн руб. (6%).

— Ан-148 (для ФСБ РФ). Госконтракт на 1,432 млрд руб. Разница — 62 млн руб. (4%).

Как говорится, почувствуйте «разницу»! От своих «разница» в 27–30%. От «чужих» — с которыми, как уже говорилось, имеются всякие межправсоглашения, двусторонние отчеты, — только 4–6%. Так с кем нашему чиновнику лучше работать?

Конечно, если его поприжать, он наплетет, что «разница» обусловлена необходимостью заказа каких-нибудь работ или покупки товаров без участия серийного завода. Но это же не 30% от стоимости госконтракта?

Кстати, в том же источнике приведены данные госконтракта (№3/4/2/9-13-ДОГОЗ от 07.05.2013) на строительство 15 самолетов Ан-148-100Е для Минобороны. Он был заключен непосредственно с ВАСО, минуя ОАК, на сумму 18 437 990 руб. Здесь средняя цена самолета — 1,229 млрд рублей, что существенно ниже, чем обошлись аналогичные машины МЧС (2,476 млрд руб.) и ФСБ (1,432 млрд руб.) по контракту с ОАК.

Это к вопросу, о том, кто «в первую очередь приносит вред России».

Воровство и коррупция — то, что уничтожает любое сотрудничество, кооперацию, экономику. Но когда коррупция приобретает такие масштабы, как на Украине, это грозит уже существованию государства. Мы от своего соседа не далеко ушли.

Я совсем не склонна заявлять, что царь наш добрый и хороший, а бояре плохие и вороватые. Нет. Царь сам приблизил этих бояр. И слишком многое им позволил. Но я взываю хотя бы к инстинкту самосохранения этих людей. Ведь на Украине все началось потому, что достали воры. И там тоже «никто не думал, что все так далеко зайдет».

Чтобы «не зашло», власть хотя бы изредка должна слышать, что ей говорят снизу. И не только заученное по бумажке. А если не слышит, то обязана помнить, что когда-нибудь кто-нибудь, так же, как на Украине, обязательно захочет прочистить ей уши. До крови.

Ольга Божьева, Московский Комсомолец