«Твиттер-шмиттер!» — премьер перекрыл доступ к любимой сети президента

166

Запрет Твиттера в Турции в преддверии активно обсуждаемых выборов вызвал народное негодование, а также привел к осуждению со стороны международного сообщества и расколу между премьером и президентом страны. Люди называют этот запрет «цифровым государственным переворотом».

Доступ к Твиттеру был заблокирован в судебном порядке, после вызывающего обещания премьер-министра Реджепа Тайипа Эрдогана «уничтожить» сервис социальных медиа в независимости от того, что скажет на этот счет международное сообщество.

Гюль нарушил запрет

Технически подкованные турки, в числе которых, по-видимому, и президент Турции Абдуллах Гюль, быстро нашли способы обойти запрет, в результате чего появилась масса постов с хэштегом #TwitterisblockedinTurkey.

Гюль же написал, что «нельзя санкционировать полное закрытие социальных медиа платформ», выразив надежду, что запрет будет недолгим, и тем самым публично вступил в открытую конфронтацию с премьер-министром.

Эрдоган, являющийся ключевой фигурой в турецкой политике в течение последних 11 лет, посредством закрытия социальных медиа старается свести на нет разгоревшийся в Турции коррупционный скандал, в котором оказалось замешано правительство. Соцсети оказались наводнены доказательствами правонарушений со стороны государства. Впрочем, во время двух предвыборных митингов, прошедших в пятницу, премьер забыл упомянуть о запрете Твиттера.

Главная оппозиционная партия заявила, что будет оспаривать запрет и возбудит уголовное дело против Эрдогана по обвинению его в нарушении личных свобод. Ассоциация адвокатов страны уже подготовила отдельный судебный иск.

Цифровой переворот

Пользователи Твиттера назвали происходящее «цифровым переворотом», сравнивая Турцию с Ираном и Северной Кореей, где социальные медиа жестко контролируются государством.

Гюль, будучи более миролюбивым, чем Эрдоган, не решается открыто критиковать премьер-министра в преддверии выборов, несмотря на скандал и рост заявлений последнего о заговоре против его правительства.

Комиссар ЕС по вопросам расширения и политики добрососедства Штефан Фюле сказал, что запрет Твиттера породил серьезную озабоченность и «ставит под сомнение заявление Турции о приверженности европейским ценностям и стандартам».

Правительство Германии, где проживает крупнейшая турецкая диаспора в Европе, отметило, что данный шаг не соответствует взглядам Германии на свободу слова, а Министерство иностранных дел Великобритании заявило, что социальные медиа играют «жизненно важную роль в современной демократии».

Эрдоган был резок и решителен

«Твиттер-шмиттер!» — так назвал этот сервис турецкий премьер, в открытую заявив, что планирует уничтожить все социальные медиа. Эрдоган во всеуслышание с непоколебимой уверенностью добавил: «Международное сообщество может сказать это, может сказать то. Меня все это не волнует. Каждый увидит, насколько сильна Турецкая Республика».