Российское вето: возможен ли трибунал по «Боингу» в обход Совбеза ООН

52

На прошедшем в среду, 29 июля, заседании Совета безопасности ООН, посвященном рассмотрению резолюции о создании трибуналу по делу о сбитом год назад над Украиной «Боинге», российская сторона ожидаемо заветировала документ.

МИД РФ ранее уже раскритиковал планы по учреждению международного суда , однако ряд стран, в частности, Малайзия, намерены добиваться создания трибунала — даже без посредничества Совбеза. «МК» попросил экспертов оценить дальнейшие перспективы этого дела.

Алексей МАКАРКИН, заместитель гендиректора Центра политических технологий: «Не будет трибунала, который будет носить обязывающий для России характер. Существуют разные возможности провести такой суд. Например, есть возможность вынести это в Генеральную ассамблею ООН, которая вполне может принять большинством голосов решение, но это решение не будет обязательным для РФ. Может быть вариант, когда будет судить национальный суд – прецеденты были. Но его вердикт Россия опять-таки может не признавать. То есть, обязать Россию исполнить решение суда, которой она не признает и по которому Совет безопасности ООН не принимал решения, практически невозможно. С другой стороны, если такой суд начнет работать в любом формате, это станет тяжелым имиджевым ударом по России, которую будут обвинять в том, что она заблокировала наиболее оптимальный вариант международного правосудия. Обвинений в адрес России будет очень много, причем не только со стороны европейских СМИ, к чему наша страна уже привыкла, но, возможно, и азиатских.. Конечно, есть такая процедура: если Генеральная ассамблея ООН сочтет, что эта трагедия угрожает международной стабильности, она может напрямую принять обязывающее решение. Но практически этот вариант вряд ли применят, потому что это станет опасным прецедентом: завтра в меньшинстве могут оказаться и американцы. Западным странам не хочется, чтобы потом этот прецедент мог быть использован против них самих».

Вячеслав НИКОНОВ, политолог: «Вето в Совете Безопасности ООН не обходится никак. Я думаю, США и их союзники будут разыгрывать карту малайзийского «Боинга», всяческий стараясь скрыть истину в отношении того, что с ним произошло. Потому что, конечно, подобного рода расследование должно было давно закончиться, виновные должны быть названы. Не делаются даже элементарные вещи: те данные, которые всегда в таких случаях обнародуются моментально, вспомним, как публично шло расследование с другими даже малайзийскими «Боингами». В данной ситуации оно максимально политизировано и очевидно, что те люди, которые проводят расследование, не заинтересованы в его объективном проведении. В публичном поле будут обвинять Россию в том что она виновна и мешает расследованию. Вынесение этого вопроса в Совбез было естественной попыткой дело политизировать».

Сергей МАРКОВ, директор Института политических исследований: «Полагаю, что у тех, кто хотел бы добиться создания трибунала, нет возможности использовать для этих целей ООН. Поэтому, очевидно, будет создаваться трибунал для всех желающих - кто захочет, тот и примет участие. Нет сомнений, что весь этот процесс будет использован для максимальной дискредитации России с целью возложить всю ответственность на нее. У этой кампании есть несколько целей. Первая — объявить Владимира Путина преступником, с целью его изоляции и дальнейшего госпереворота. Это цель максимум. Вторая — цель минимум — добиться того, чтобы Россия перестала поддерживать восставший Донбасс. Для достижения этих целей и будет использован формат того или иного трибунала. Понятно, что трибунал, не имеющий никакой санкции ООН, теряет свою легитимность и его можно использовать с меньшей эффективностью. Кроме того, «Боинг» был сбит более года назад, – если бы были доказательства вины России или ополченцев, давным-давно все было бы опубликовано. Пока же очевидно, что таковых свидетельств нет. Ясно, что расследование будет затягиваться и фальсифицироваться. Я считаю, что российская сторона правильно поступила, заветировав резолюцию, но все же она занимает слишком мягкую позицию. Нужно просто громко и ясно озвучить свою точку зрения — кто сбил «Боинг». Сказать, что это стало результатом заговора, в котором участвовали министр обороны Украины Валерий Галетей, глава службы безопасности Украины Валентин Наливайченко, и губернатор Днепропетровской области Коломойский. Эти люди участвовали с очень высокой вероятностью. А также участие принимали и разведки ключевых стран англосферы, включая и Голландию. И затягиванием расследования с целью фальсификации его результатов сейчас занимаются те, кто сбил «Боинг». Вот это более четкая позиция, которую надо озвучить».

Алексей МУХИН, директор Центра политической информации: «Скорее всего, трибунал не будет создан под эгидой Совбеза ООН. Возможно, речь идет о какой-то более гибкой схеме, но статус этого судилища будет гораздо ниже, к неудовольствию инициаторов его учреждения. В отношении России вряд ли удастся применить какое-то серьезное наказание, потому что сейчас степень вины определяется по косвенным признакам и существует много вопросов, на которые инициаторы создания трибунала не могут ответить. Пока этих ответов нет, ценность и статус любого судебного органа, занимающегося этим делом, минимальны. Подготовка к учреждению подобного органа, разумеется, рассматривается как самая важная составляющая этого процесса. Потому что вполне вероятно, что через некоторое время выяснится, что трибунал этот и не нужен был совсем — есть у меня подозрения на этот счет».

Александр РАР, немецкий политолог: «Я уверен, что первым делом все же необходимо выложить на стол всю документацию, которая уже больше года собирается международной комиссией. Почему-то расследование затягивается, и это вызывает вопросы. Поэтому и начинать надо было с другой стороны — определить, кто виноват, выложив все факты, и после этого призывать к созданию трибунала для наказания виновных. Другой достаточно сложный вопрос касается других ранее сбитых самолетов. Возможно, не все случаи сравнивать нельзя, но что же — в каждом случае надо создавать трибунал? Или нет? ООН на эти вопросы не отвечает, чем дает основание России подозревать, что данное дело достаточно политизировано. А в политизированном деле у Россию нет шансов доносить свою версию».