Россия — Турция: перевернутая реальность

452

Утиный тест «если это выглядит как утка, плавает как утка и крякает как утка, то, вероятно, это утка», будучи примененным к российско-турецким отношениям в их нынешнем состоянии, приводит к единственно возможному умозаключению: кризис носит отнюдь не кратковременный характер и грозит растянуться не на месяцы — на годы.

Складывающаяся ситуация, очевидно, не поддается анализу в терминах win-win, где сравнивается выигрыш двух сторон и ведется поиск разумного баланса. Налицо новый, перевернутый с ног на голову тип реальности, loose-loose, характеризующейся не просто отсутствием выигрывающих, а наличием лишь проигравших. Взаимное бравирование турецких и российских политиков «а мне не больно!» и «им еще больнее!» оставим без внимания, настолько очевидно обратное.

Турция, получившая чувствительный «помидорный» удар, потеряла российский рынок сельскохозяйственной продукции. Оптимизм, излучаемый турками в ответ — «продадим другим», — хорош лишь на словах, обращенных к весьма забывчивым людям. Люди более памятливые знают, что индустриализация Турецкой Республики на протяжении всей ее истории во многом оплачивалась тем, что с легкой руки президента России стало собирательным понятием «помидоры». Бартерные сделки с Советским Союзом и Россией увенчались строительством в Турции системообразующих предприятий, заводов и фабрик, электростанций, мостов и дорог, а также появлением новой плеяды турецких предпринимателей, промышленников и инженеров.

Невзирая на то что миллиардные подрядные контракты, заключенные турецкими строителями, формально не подпали под действие российских санкций, понятно, что их практическая реализация под большим вопросом. Турки уже начали готовиться к регулярным встречам с российскими проверяющими инстанциями, которые будут изучать их деятельность чуть ли не с цейсовской оптикой. С учетом такой национальной черты, как волюнтаризм и легкомысленное отношение к любой бюрократии, турок ждут непростые времена. Про получение новых сделок говорить не приходится, тут хотя бы имеющиеся завершить.

Туристический сектор Турции вряд ли быстро утратит свою привлекательность для россиян, традиционно демонстрирующих завидную преданность и удивительную изобретательность, когда речь идет о полюбившихся им направлениях, особенно экономкласса. Однако за усложнившуюся логистику, которая будет вынужденно организовываться по принципу «нормальные герои всегда идут в обход!», придется расплачиваться турецким туристическим операторам через предоставление существенных скидок.

Турецкие предприниматели как класс одномоментно перешли в разряд нежелательных в российских кабинетах. Отечественные бизнесмены находятся в раздумьях, как с ними теперь сотрудничать. А чиновничество, приняв жесткую риторику президента как прямое указание к действию, может не ограничиваться буквальным прочтением ограничительных мер, которые, к слову сказать, достаточно размыты и оставляют простор для вольного толкования. В нынешней-то ситуации кто их осудит за рвение?

Хотя Турция и медлит с ответными действиями в адрес России, у нас ситуация тоже не безоблачная.

После мер в отношении США и Евросоюза Россия получила еще одну страну, которую срочно надо «импортозаместить», причем в достаточно широком спектре товаров и услуг. Ничего невозможного в этом, в принципе, нет. Проблема заключается в том, что принудительный, обусловленный политическими мотивами разрыв экономических отношений, складывавшихся десятилетиями, по определению, имеет свое стоимостное выражение. Весь набор вопросов, сопутствующих поиску новых партнеров и организации альтернативных каналов поставки, без потерь денег и времени решить невозможно. Не надо иметь диплом экономического вуза, чтобы понять, что этот банкет будет в итоге оплачен из кармана российских потребителей. Хотелось бы надеяться, что торговая война с Турцией станет очередным импульсом для развития отечественной промышленности и сельского хозяйства, получивших дополнительный карт-бланш. Однако мировая практика показывает, что к развитию ведет открытие рынков и кооперация, а не самоизоляция, пусть даже и вынужденная.

Доходы от поставок энергоносителей в Турцию Россия в краткосрочной перспективе, очевидно, сохранит. Возможно, что не особо потеряет и в среднесрочной. Однако кризис в двусторонних отношениях вернул к жизни задремавшую было турецкую фобию о чересчур высокой степени энергетической зависимости Турецкой Республики от Российской Федерации, и теперь это уже всерьез и надолго. Турки резко активизировали свои контакты с альтернативными поставщиками природного газа и нефти из Туркменистана, Азербайджана, Катара и Саудовской Аравии. Турция оказалась готова договариваться даже с «шайтаном» — с Государством Израиль, которое турецкие первые лица, включая Эрдогана, долгое время склоняли на всех углах, начиная со знаменитой перепалки в Давосе в 2010 году и инцидента с так называемой «флотилией мира», окончательно взорвавшего турецко-израильские связи в 2011 году. Можно, конечно, исходить из того, что такая диверсификация займет не один год и влетит Турецкой Республике в копеечку. Однако в данном случае речь идет не о сиюминутных выгодах, а о перспективе сохранения Россией регулярной выручки, исчисляющейся миллиардами долларов и составляющей заметную часть поскудневшего отечественного бюджета.

Продемонстрированный Россией подход, отрикошетивший по турецкому бизнесу, конечно, показывает российскую принципиальность в том, чтобы не дать спуску «ударившим в спину». Но он также служит важным сигналом международным инвесторам, принимающим решение о том, где бы разместить свои кровные. Бог знает, что завтра взбредет в голову руководству твоей страны, а ответные меры России могут задеть тебя в статусе даже не иностранной, а уже российской компании, созданной в рамках местного законодательства. Так что с зарубежными инвестициями и с длинными деньгами, в том числе из Турции, ситуация в российской экономике, похоже, не улучшится.

В сжимающихся российско-турецких тисках оказались не только предприниматели двух стран, но и простые люди, прежде всего смешанные семьи. Дело здесь не столько в визовом режиме, который с 1 января 2016 года будет вновь введен Россией для граждан Турции. Не исключено, что в условиях затяжного кризиса, двумстам тысячам смешанных семей, которые до сих пор спокойно существовали в двух реальностях, российской и турецкой, придется совершать непростой выбор в пользу лишь одной из них. Наметившийся разрыв двусторонних гуманитарных и культурных связей грозит лишить российско-турецкие отношения корневой системы, а через это и перспективы.

Так что если и искать извлекающих выгоду из конфликта между Россией и Турцией, ставшего следствием необъяснимой авантюры турецкого руководства, то отнюдь не в Анкаре и не в Москве, а в западных столицах, не питающих особых симпатий ни к одной, ни к другой стороне. Ни к «султану» и ни к «царю», выражаясь их языком. Многолетний кошмарный сон США и ЕС, идея о стратегическом альянсе между Россией и Турцией, похоже, благополучно канула в Лету.

В то же время подчеркнутое дистанцирование от российско-турецких перипетий не мешает натовскому руководству надувать щеки и заявлять себя в качестве чуть ли не спасителя Турции от российского возмездия.

Обещания ряда стран компенсировать Турции издержки от российских экономических санкций больше напоминают классическую сцену в ресторане, когда все демонстративно неторопливо, как в замедленном кадре, тянутся к своим бумажникам, предоставляя привилегию расплатиться кому-то другому. Предстоящее высвобождение рыночных ниш в России и в Турции открывает перед бизнесом третьих стран редкую возможность «отнять и поделить» немалое российско-турецкое наследство, ставшее в одночасье бесхозным.

В Турции начали раздаваться отдельные голоса о том, что, мол, российско-турецкие отношения пали жертвой того, что они никогда не были подлинно партнерскими, то есть нацеленными не только на позитив, но и на решение острых проблем, которые годами заметались под ковер. В этом смысле, продолжают они, возможно, кризис стоит рассматривать в качестве шанса для российско-турецкой перезагрузки. Однако, возразим мы, на нынешнем этапе двусторонних отношений, отброшенных на десятилетия назад и утративших былую доверительность, говорить о перспективе перезагрузки, как минимум, преждевременно. В ближайшие годы нам скорее всего предстоит иметь дело с положением дел, при котором российско-турецкие контакты будут носить ограниченный характер с сопутствующими издержками для обеих сторон.

Однако определенные надежды все же сохраняются, принимая во внимание регулярные заявления Президента Российской Федерации о том, что, невзирая на практическую невозможность достижения договоренностей с нынешним руководством Турецкой Республики, контакты с турецким народом, как дружественным и партнерским, необходимо не только сохранять, но и развивать. Вот на этом фундаменте и надо терпеливо, шаг за шагом заново отстраивать новое здание российско-турецких отношений, не питая, однако, излишних иллюзий в отношении сроков капитального ремонта.