Посол Турции: Анкара выступает за продолжение диалога с Россией

161

Посол Турции в РФ Умит Ярдым рассказал в интервью РИА Новости, что Анкара выступает за продолжение политического диалога с Россией, и, несмотря на текущие противоречия, Москва останется для Анкары надежным поставщиком газа.

— Господин посол, сегодня многие эксперты говорят о необходимости налаживания политического диалога Москвы и Анкары. Может ли такой шаг быть сделан в ходе предстоящей Мюнхенской конференции по безопасности? Возможна ли, например, встреча главы МИД Турции с российским коллегой Лавровым?

— Турция всегда была на стороне продолжения взаимных контактов и политического диалога с Россией. Собственно говоря, последний раз 3 декабря 2015 года на полях проводившегося в Белграде заседания Совета министров ОБСЕ состоялась двусторонняя встреча между министрами иностранных дел двух государств, в ходе которой обе стороны, придерживаясь рамок взаимной вежливости, открыто высказали свою позицию. В сущности, всегда существует вероятность контакта глав министерств иностранных дел наших стран на международных площадках, однако на сегодняшний день вопрос о проведении на полях Мюнхенской конференции по безопасности двусторонней встречи господина министра с его российским коллегой не стоит.

— Ранее замглавы МИД РФ Богданов заявил РИА Новости, что вопрос участия курдов в межсирийских переговорах станет одной из центральных тем заседания Международной группы поддержки Сирии 11 февраля. Будет ли Турция участвовать в таком обсуждении или данный вопрос не требует обсуждения?

— Как известно, в запланированных переговорах между сирийским режимом и оппозицией на стороне оппозиции среди прочих занимают место представители курдских групп Сирии. Турция, поддерживающая стремления, направленные на политическое решение, считает, что на указанных переговорах таким орудующим в Сирии террористическим группировкам, как ДАЕШ, Джабхат (Фронт) Ан-Нусра и ПДС/ОНС (курдская Партия демократического союза и аффилированные с ней Отряды народной самообороны) места нет.

— Расскажите, пожалуйста, о работе Турции по диверсификации источников поставок газа. Как-то так совпало, что сразу после инцидента с российским Су-24 из Анкары начали поступать сообщения о наращивании поставок из Ирана и других стран. Это взаимосвязано? Россия может быть спокойна за спрос на свой газ в Турции в дальнейшем?

— Как известно, Россия в настоящее время является крупнейшим поставщиком природного газа в Турцию. В свою очередь Турция – второй крупнейший в Европе потребитель "Газпрома". Таким образом, каждая из стран извлекает пользу от сотрудничества в области поставок природного газа. Россия до сегодняшнего дня остается для нас надежным поставщиком. Рассчитываем, что это сотрудничество на основе обоюдной заинтересованности и взаимных обязательств будет продолжено и в будущем в соответствии с рыночными условиями.

В свою очередь политика Турции по диверсификации поставок энергоресурсов не нова. Турция, как и каждая страна, предпринимает меры по укреплению своей энергетической безопасности. Географическое положение нашей страны предоставляет нам здесь значительные преимущества.

— Ранее российская сторона заявила, что переговоры по "Турецкому потоку" могут быть возобновлены в случае, если турецкая сторона известит об этом РФ и направит свои предложения. То есть формально (за скобками политических разногласий) мяч на стороне Анкары. Вы считаете возможным для Турции сделать первый шаг?

— Что касается вашего вопроса касательно "Турецкого потока", то в первую очередь хотел бы вам напомнить, что "Турецкий поток" это проект, предложенный российской стороной. В прошлом году какой-либо конкретной работы либо переговоров, за исключением предварительных контактов, проведено не было. Во время упомянутых контактов между делегациями технических специалистов не удалось достигнуть единого мнения относительно основных принципов, в связи с этим прогресса в реализации проекта не было. О том, что количество ниток снижено с четырех до двух и о развитии событий, связанных с другим проектом – газопроводом "Северный поток-2", по которому газ будет поставляться в Европу, наша страна узнала не в ходе официальных контактов, а из прессы.

— Господин посол, это интервью записывается накануне отмечаемого в России 10 февраля Дня дипломатического работника. Существует ли в Турции такой праздник?

— В Турции День дипломатического работника официально не празднуется. Однако по различным поводам время от времени наши руководители принимают у себя как только поступивших на службу дипломатов, так и послов, направляют приглашения на обед/ужин. Участие в подобных встречах — большая честь для нас. На данных встречах мы можем давать оценки касательно нашей профессиональной деятельности на самом высшем уровне, свободно обмениваться мнениями, а также получаем необходимые указания. С другой стороны, каждый год, 18 марта, в День памяти мы с почтением вспоминаем наших дипломатов и их семьи, погибших, исполняя свою службу, в результате атак, осуществленных армянскими террористическими организациями. Хотя все это и не является официальным Днем дипломата, но эти мероприятия из тех, которые собирают нас вместе.

В этой связи посредством МИА "Россия сегодня" я поздравляю своих российских коллег, с которыми у меня сложились тесные взаимоотношения и наладилось сотрудничество и профессиональные и человеческие качества которых я всегда высоко ценю, а также и дипломатов из других стран, которые несут службу в России. С Днем дипломата!

— Был ли для вас выбор профессии случайным или вы стремились на дипломатическую службу?

— Сложно сказать, был ли выбор профессии случайным или спланированным с самого начала. Ведь очевидно, что, кроме фактора личного выбора, большое значение имеют и условия времени, в котором ты живешь. И такая ситуация характерна не только для дипломатии, а вообще для всех профессий. Однако со студенческих лет, когда я начал проявлять особый интерес к внешнему миру, международные отношения, представляющие основу дипломатии, всегда оставались главной сферой моих интересов. Параллельно этому я проявлял огромный интерес к истории, политологии – областям науки, являющимся неотъемлемой частью дипломатии. И, разумеется, наиболее точной профессией, где человек мог бы воплотить в жизнь свой интерес к таким дисциплинам, реализовать себя, является работа дипломата. На самом деле, не выбери эту профессию, уверен, что сферой моей работы непременно бы оказалась область международных отношений.

— До назначения в РФ вы работали в других странах, какая из командировок вам больше всего запомнилась? Остались ли места, где бы вы хотели еще побывать? Какие курьезные случаи из дипломатической практики вы можете вспомнить?

— Как турецкий дипломат, я занимал различные должности в Исламабаде, Афинах, Баку, Лиссабоне, Гюмюльджине (Комотини) и Штутгарде. Первым местом, где я нес дипломатическую службу в качестве посла, был Тегеран, а затем Москва, где я работал еще во времена СССР. С октября 2014 года и по сей день я нахожусь в Москве. Мне очень повезло, что я нес службу в странах, с которыми у Турции настолько важные и особые двусторонние отношения. И каждая из них стала для меня незабываемой.

Страны, в которых я служил, настолько важны, красочны и богаты, что я затрудняюсь назвать еще страну, которую я мог бы включить в этот список.

Ответить на вопрос о курьезных случаях за мою более чем 30-летнюю профессиональную жизнь коротко будет нелегко. Тем не менее если однажды я решу запечатлеть на бумаге свои воспоминания, то непременно передам вам экземпляр своей книги. На самом деле у меня уже есть такая работа.

Вместе с тем возможность познакомиться за мою профессиональную деятельность со многими лидерами передовых стран мира и быть свидетелем влияния Турции за пределами своих границ, а также наблюдать, как это влияние изо дня в день достигает все больших масштабов, явилось для меня важным опытом. Это оказало большое влияние на мое понимание силы Турции и того, что происходит. Значение и ценность того, что Турция, не имея никаких природных ресурсов, нефти и газа, только посредством труда своих граждан вышла на сегодняшний уровень, например смогла стать членом G-20, еще лучше понимается за рубежом.

Что касается вашей страны, то, с точки зрения моей профессиональной жизни, я рассматриваю свою службу в Москве в различные периоды, как в последние годы СССР, так и в Российской Федерации, как огромную удачу и опыт. Данное мое утверждение не менялось, на каком бы уровне ни находились наши двусторонние отношения, и таковым останется.

Могу привести пример из моих многочисленных воспоминаний. В особенности в последнее время миллионы сирийских граждан вместе с детьми ищут убежище в соседних странах и прежде всего в Турции, большая часть их тонет в Эгейском море, пытаясь перебраться в Европу. Быть свидетелем этих событий не только для дипломата, но и для любого человека, крайне трагично. Среди них также много туркоманов. Эти события оставили глубокие раны внутри всех нас. Продолжение подобных событий только усилит эту боль.

— Дипломатия 2000 года и 2016 года – в чем вы видите основные отличия?

— Указанный промежуток времени, как и 16 лет, — это продолжительный период. За это время как в двусторонних отношениях, так и в целом в системе международных отношений, произошли многочисленные стратегические изменения. Между пониманием дипломатии и инструментами дипломатии естественным образом существуют большие различия. Возникли новые проблемы и вызовы. В условиях гибкости и динамизма, которые присущи профессиональной дипломатии, эффективным и успешным образом преодолеть эти новые вызовы – задача всех дипломатов.