Приговор межнациональному миру?

55

Во вторник Замоскворецкий районный суд Москвы должен вынести приговор по делу Расула Мирзаева — самому резонансному процессу года

И, каким бы ни было решение Фемиды, оно, скорее всего, расколет наше общество. Ведь масла в огонь подливает тот факт, что обвиняемый Мирзаев — дагестанец. И, как ни крути, именно межнациональная подоплека спровоцировала такой ажиотаж вокруг этого дела.

Впрочем, вслед за Мирзаевым огромное внимание привлекли к себе и другие, совсем свежие «кавказские» темы с пропиской в Москве: свадьбы со стрельбой, поножовщина в трамвае, перестрелка в ресторане и так далее. Межнациональный конфликт достиг апогея — говорят одни. Иные качают головой: взаимная нелюбовь русских и столичных гостей с Кавказа была всегда. Ясно одно: раз проблему обсуждают, значит, она есть. Но как нам жить дальше, как ужиться всем жителям многонациональной и многоконфессиональной страны?

Чтобы найти ответ на этот вопрос, «МК» поговорил с теми кавказцами, к чьeму мнениям прислушиваются и на Северном Кавказе, и в Москве.

Президент Ассоциации работников правоохранительных органов и спецслужб РФ Асламбек АСЛАХАНОВ, генерал-майор милиции.

— Асламбек Ахмедович, на ваш взгляд, есть в России серьезные проблемы в межнациональном общении или же это миф? На какие мысли вас наталкивают громкие инциденты с кавказцами в Москве?

— Определенная проблема, конечно, существует. Разнузданность и вызывающее поведение некоторых товарищей обусловлены, видимо, отсутствием воспитания, которое они должны были получить на малой родине. Но это исключение, а не правило. Я только что вернулся из Грозного, где впервые за 20 лет проводился Кубок мира по дзюдо. Было более 500 участников. Так вот, нужно было наиболее оголтелых журналистов отправить туда, чтобы они своими глазами посмотрели, какая там была идиллия. Вся многонациональная Россия там собралась, все были как братья и сестры, какое уважительное отношение друг к другу! А ведь большую роль в нагнетании межнационального конфликта играют именно СМИ. Турнир в Грозном — яркий пример того, что нам преподносят газеты и телеканалы и что мы воочию видим на местах. Гостей искренне приветствуют на улицах, потому что по нашим горским обычаям гость в доме — это честь. Но некоторые все-таки умудряются в Москве и других городах позорить свой народ и давать повод давно зомбированным на демонизацию всех кавказцев господам владельцам ряда СМИ «мочить» всех без разбора. Взять хотя бы ставшее очень громким дело Расула Мирзаева. Изначально сказали: наказать его. Никто даже не обмолвился, что Мирзаев в два раза меньше погибшего парня. По сто раз в день по всем каналам, радиостанциям, не говоря уже о газетах, повторяли одно и то же: кавказский боец убил москвича. И больше года вопреки всем экспертизам подводили только к тому, что ему нужно давать чуть ли не пожизненный срок. Хотя если бы он был не кавказец, он бы давно уже получил условный срок и был на свободе. Конечно, мы осуждаем противоправные действия наших ребят. С этой проблемой работают и землячества, и представительства северокавказских республик, проводят встречи с молодежью. Но никого эта работа не интересует.

Посмотрите оперативную сводку — вы за голову схватитесь: грабежи, изнасилования, убийства… Но стоит кавказцу что-то сделать, слышишь одно: это у них в крови. Разве можно такие вещи говорить? Ноги у этой проблемы растут от того, что нет у нас национальной политики, как и нет молодежной. Нужно, чтобы государство занималось этими вопросами, и не только силовыми методами, а с помощью тех же СМИ и религиозных организаций, например. Необходимо проводить профилактическую и разъяснительную работу, лагеря создавать, где молодежь могла бы общаться. Сегодня мы совершенно не знаем друг друга с хорошей стороны. Мы знаем только плохое.

— С пугающей частотой повторяются инциденты со стрельбой, причем не из пневматики или травматики — в ход идет огнестрел. И в большинстве случаев участвуют в стрельбе кавказцы. Может, в России просто запретить продажу оружия?

— Моя мечта, чтобы для всех, независимо от титулов, положения, заслуг, закон действовал одинаково. Как это происходит, к примеру, в Соединенных Штатах Америки. Ничего хорошего у нас не будет, пока закон будет избирательным. Если все будут выполнять требования закона, ситуация будет меняться. А то, что они стреляют на улицах, в ресторанах, так поверьте, они бы у себя дома этого не позволили. Надо поднять Уголовный кодекс, посмотреть его внимательно и определить им меру наказания за такие общественно опасные дела. Чего с ними нянчиться? Стреляет, хулиганит, покушается на жизнь — надо спрашивать с него по полной программе. А насчет продажи оружия… Я являюсь одним из авторов Закона «Об оружии». Так вот, я не имею ничего против, если оружие продают тому, кто ранее с ним работал, кто имеет опыт обращения с ним, кто психически здоров, и это доказано. Одно дело, когда человек приобретает оружие, чтобы защищать свой дом, для самообороны. Совсем другое — когда сейчас разрешено носить его с собой. Вот это нужно запретить. Да к тому же и переделывают оружие с травмата на огнестрел. Нужно садиться и внимательно прорабатывать этот вопрос, кому стоит давать оружие, а кому — нет. А некоторые виды оружия надо совсем запретить, потому что палят по поводу и без.

— Да и справку о психическом здоровье можно купить за 500 рублей, никаких проблем. Как с этим быть?

— Когда-то создатель оружия господин Кольт сказал, что Господь создал людей большими, маленькими, высокими, низкими, а «кольт» уравнял их всех. То есть кто первый выстрелил, тот и лучше. Но это было очень давно, на Диком Западе. А мы сейчас, в XXI веке, превращаемся в Дикий Запад. Раньше получить оружие было довольно сложно, а когда за взятки делается абсолютно все, о чем можно говорить? Не было бы послаблений в стандартах приобретения и ношения оружия, и такой бесовщины с его применением не было бы. Нужно наводить тотальный порядок в этой сфере.

Трехкратный олимпийский чемпион по вольной борьбе Бувайсар САЙТИЕВ, в 2009—2011 годах — советник полпреда Президента России в Северо-Кавказском федеральном округе.

— Бувайсар, для вас не секрет, что в Москве наметилось довольно неприятное межнациональное противостояние. Откуда все-таки корни и у «стреляющих» свадеб, и у других инцидентов?

— А разве это только сейчас появилось? Просто сегодня, видимо, кому-то нужно раскачивать эту тему. А что же полгода назад никто на свадьбе не стрелял? К сожалению, у меня такое ощущение в последнее время, что некие посторонние силы всячески пытаются дезорганизовать нас, внести раскол в разные слои общества. То же касается и религии. Люди разделились и открыто противостоят друг другу, воюют ожесточенно на Кавказе.

Идем дальше. Возьмем социальные сети: здесь также идет очень серьезное противостояние. Что тоже, я считаю, не на руку ни России, ни нам, ее гражданам. В Ставропольском крае пришли девочки в школу в платках. Можно было закрыть на это глаза. Но нет, мы это сразу выносим на все центральные телеканалы и всерьез обсуждаем, как страшно для России то, что три девочки надели на уроки платки. А мне кажется, нужно бить во все колокола и кричать совершенно о другом: как страшно, что наши девочки в школьных туалетах курят, становятся в малолетнем возрасте наркоманками... Но мы обсуждаем эти проблемы между собой, в кулуарах, в семье, а на обозрение выносим темы, которые связаны с девочками в хиджабах.

Или те же свадьбы. Ехали по Москве и стреляли из пневматического пистолета. Нарушать закон нельзя, но зачем с этого начинать все новости по всем телеканалам? Есть правоохранительные органы, есть законодательство, Уголовный кодекс, в конце концов. Преступили закон — пусть ими занимаются правоохранительные органы.

То же — с самбистом Расулом Мирзаевым, который у ночного клуба ударил другого парня. Но зачем это раздувать? Усложнили расследование дела. А думаете, приятно все это было родителям того погибшего мальчика? Такие случаи довольно часто происходят. Но никто же об этом не кричит. А реально получается, что противопоставляют одних — другим, русских — нерусским. При том, что мы все русские, мы все советские. И если мы одна страна, нам не на пользу то, что происходит, это нас разделяет. И раскол касается не только межнациональных или религиозных вопросов. Есть деструктивные силы, перед которыми стоит задача все только хаять и хаять. Я думаю, это запрограммированные, зомбированные люди, с ними бесполезно о чем-то договариваться.

— Наверное, есть такие силы. Но разве вы не согласитесь, что определенная часть молодых людей, которые приезжают в Москву, в другие регионы и ведут себя порой вызывающе, а порой просто за гранью? Пенсионеров в трамвае режут, например, за то, что им сказали купить билет…

— Опять же — есть соответствующие органы, которые должны поймать их и наказать по закону. Или мы будем возмущаться, только когда это делают выходцы с Северного Кавказа?..

— Просто происходит одно за другим, и местное население это раздражает.

— Две свадьбы было, и недавний случай с резней в трамвае. Местное население это раздражает, потому что поставлена задача: раздражать местное население. Раз такое дело, давайте опубликуем сводки ГУВД по Москве о преступлениях представителей других национальностей, тех же русских, например. Что, другая картина получится? Вон женщина из окна своих детей выбросила, одного за другим. Она что, чеченка была или дагестанка? Или к ней пришли чеченцы и заставили это сделать? Не нужно детей на этом воспитывать. Нужно их воспитывать на согласии. Понимать нужно, в какой стране мы живем, и не вести в одну сторону.

— На ваш взгляд, как преодолеть это?

— Общество должно стать обществом. Ведь на уровне просто человеческих отношений нет такой проблемы. Ходят по улицам и русские, и нерусские — все нормально. Я сам много лет хожу по московским улицам, никогда ни на меня косо не посмотрели, ни я на кого-то. Не нужно муссировать изо дня в день во всех СМИ, что у нас русские с нерусскими не могут общий язык найти. Напряжения как такового нет, и не стоит нам идти на поводу у всякой нечисти. Они на этом деньги зарабатывают.

Надо жить по-божески и заниматься своими детьми, семьями. Знать, с кем твой ребенок дружит, что делает, во сколько он домой приходит, какие книжки читает. Каждый пусть знает свой круг ответственности, свои обязанности и права.

— Сейчас на волне межнациональной темы много общественных организаций заявили о себе, даже «горячие линии» для выходцев с Кавказа открыли. Может, кавказским старейшинам стоит проводить серьезную беседу с молодежью до того, как они уезжают из дома в другие регионы?

— Общественным организациям, которые создаются и работают в рамках закона, — честь и хвала. Пусть таких будет побольше. И в самих кавказских республиках очень остро и быстро реагируют на такие вещи. Руководители практически всех республик, как только наметилось это искусственно созданное противостояние, моментально отреагировали. С проблемой работают и общественники, и государственные деятели в молодежных комитетах и в парламентах. У нас на Кавказе никогда не уходит ребенок неизвестно куда, его куда попало не отправляют. Огромная беда наша, что некоторые молодые люди уходят в лес. А ребенок, который едет в Москву, не беспризорный, он постоянно на контроле. Он если сегодня маме не позвонил, то завтра позвонит обязательно. По-другому быть не может. Если это не так, то он неправильный кавказец, неправильный ребенок. И, значит, им должны заниматься соответствующие органы. Если что-то натворил, пускай отвечает по закону. Мы все перед законом равны, независимо, какой ты национальности. А когда ты начинаешь спекулировать тем, что одним позволено, а другим не позволено, — жди проблему, жди беду.

Мэр Махачкалы Саид АМИРОВ, профессор Дагестанского государственного университета.

— Саид Джапарович, как, на ваш взгляд, снять напряжение в обществе? Как преодолеть негативные тенденции?

— Разумеется, чтобы преодолеть непонимание, нужно прилагать усилия обеим сторонам: и кавказцам, живущим и работающим в столице, и москвичам. Нужно больше такта и понимания с обеих сторон. На нашем уровне, уровне муниципальных властей, мы должны больше работать с молодежью. Именно муниципалитеты ближе всего к народу. Здесь проще наладить открытый диалог между властью и народом. В частности, для этого в Махачкале усиливается роль гражданских институтов, функционируют Совет старейшин, Совет ветеранов, Молодежный парламент, Общественный совет при мэрии и другие институты гражданского общества. Махачкала в этом смысле вообще особый город, город своеобразной «транзитной миграции». Очень часто юноши и девушки из отдаленных сел, горных районов именно на учебе в Махачкале проходят первый курс адаптации к современной цивилизации, учатся уважать другие культуры.

Одновременно нужно заняться и такой же работой со стороны московской молодежи и молодежи других городов нашей страны. Молодые россияне должны понимать, что мы, жители российского Кавказа, такие же полноправные граждане Российской Федерации. Нас гораздо большее объединяет, чем разъединяет. Шаги навстречу друг другу должны быть взаимными.

— Авторитетные представители диаспор кавказских республик в столице могут влиять на молодых людей?

— У нас есть бизнесмены, которые давно работают в Москве. Я общался с некоторыми из них: они готовы взять на себя нагрузку по адаптации нашей молодежи. В частности, необходимо проводить регулярные встречи со всем дагестанским студенческим активом.

Объяснять молодым: где бы вы ни жили, вести себя нужно в соответствии с местными порядками. Нельзя от радости стрелять там, где это не принято, где запрещено законом и обычаями. Все последние события показали, что необходимо эффективнее проводить разъяснительные беседы. Большинство наших земляков, проживающих в Москве, — законопослушные люди. Они приезжают для того, чтобы работать или учиться.

Но и русские порой ведут себя вызывающе. Разве это не публичное оскорбление, когда московские фанаты в столице приходят на матчи «Анжи» с европейскими клубами, чтобы болеть за иностранцев? Дагестанцы, например, никогда не будут болеть против другой российской команды. Кто им объясняет, что так нельзя делать, что это неправильно? Это ведь тоже серьезный инцидент и не менее громкий вызов, чем стрельба на свадьбе. Представьте себе: в столице на матч приходят тысячи людей, которые демонстративно готовы поддерживать иностранцев против сограждан. Разве это не повод для беспокойства властей и общества?..

ОСОБОЕ МНЕНИЕ

Герман САДУЛАЕВ, петербургский писатель

«Самая большая ошибка — пренебречь русскими. Посчитать русских слабыми. Обидеть русских. Никогда не обижайте русских. Русские никогда не бывают так слабы, как вам кажется», — предостерегает земляков чеченец, известный петербургский писатель Герман САДУЛАЕВ.

— Конфликт между русскими и кавказцами обостряется. Все чаще происходят стычки на улицах…

— Пропасть не так уж велика. Не сбрасывайте со счетов социальный фактор. У русских не складываются отношения именно с теми кавказцами, которые только сейчас приезжают в Москву или Питер. Это дети богатых родителей.

— То есть сейчас в Москву или Петербург приезжают только богатые отпрыски?

— Да, дети богачей. На Кавказе, если ты богат — значит, связан с властью. То есть в Россию приезжают дети элиты. Они воплощают в себе все худшие черты российской «золотой молодежи» — вседозволенность, безнаказанность, распущенность. Это мажоры, сами они еще ничего в этой жизни не сделали. Но уже сейчас ведут себя так, словно весь мир принадлежит им. Проблема не в чеченцах и не в дагестанцах, а в мажорах. Просто кавказские мажоры — самые наглые. Этакое быдло на «Кайенах». Было три волны миграции с Северного Кавказа в Россию. Первая — советская, тогда приезжали нормальные люди, которые хотели учиться, работать. Таким был я, таким был, например, ученый Саламбек Хаджиев, член Российской академии наук… В СССР не было проблем с чеченцами, потому что тогда в Москву и Ленинград ехали наиболее образованные, интеллигентные представители нации, те, кто хотел учиться и получить профессию. С советскими чеченцами и их детьми нет и не было никаких проблем, уверяю. Они не стреляют в воздух, не режут баранов на площадях и лезгинку танцуют так, что это никому не мешает. Это нормальные горожане. Вторая волна миграции была в девяностые годы — в Россию хлынули этнические банды. Но к сегодняшнему дню мало кто из их членов остался в живых, их всех давно перебили. Третья волна идет сейчас — это волна мажоров, приезжают те, чьи папы имеют много денег.

— Если они так богаты у себя на родине, то что ищут в Москве?

— Развлечений. Конечно, формально они едут в Россию учиться — это сейчас такие понты. Но мало кто по-настоящему вгрызается в образование, как это делали мы в советское время. Зачем? «Папа даст денег — я открою бизнес». А вот погулять!.. Ведь в Чечне погулять трудновато.

— Чем обеспеченному молодому человеку можно развлечься в Чечне?

— В мечеть можно пойти.

— А еще?

— Еще раз в мечеть пойти. В Чечне для чувственных наслаждений почти нет места. Нет дискотек. Кадыров сделал так, что сейчас и выпить негде. С девушками сложно знакомиться. Да и как напьешься — у всех на виду? Родители отругают за плохое поведение, отнимут ключи от «Порше». Россия же манит соблазнами: здесь и развлечений масса, и от родни можно спрятаться. Что касается соблюдения законов, то у себя на родине, в Чечне, мажоры ведут себя так же, как и в России, — сбивают людей на машинах или оскорбляют ни за что. Их жертвам из числа простого населения в этой ситуации остается только наматывать слезы на кулак.

— Как в России бороться с выходками кавказских мажоров?

— К хамам на крутых машинах с крутыми номерами надо применять режим нулевой толерантности. Сейчас полицейский старается не связываться с нарушителем на дорогой машине. Думает: «Вот зацеплюсь за него — окажется чей-то знакомый, мне же потом и попадет». Чтобы эти крутышки были скромнее, надо дать полицейским негласную политическую установку: давить их. Давить силой.

— То есть кавказская элита понимает только силу?

— Мажоры любой национальности не понимают другого разговора с ними, кроме как с позиции силы.