Люди, нефть, свобода

36

Намедни правительство Дмитрия Медведева представило так называемый антикризисный план.

Он не разочаровал, поскольку ничего особенно прорывного от этого документа и не ждали.

По сути план — это программа освоения выделенных на борьбу с кризисом 2,332 трлн руб. Самый большой кусок денег — почти 800 млрд руб. — получит финансовый сектор. Что, вероятно, правильно: банки надо спасать, а остальная экономика, благодаря ее терпению и изворотливости, уж как-нибудь спасет себя сама. 188 млрд руб. направят на индексацию пенсий. 82 млрд — на «содействие изменению структуры занятости», т.е. борьбу с безработицей, которая в будущем обещает серьезно расти. На обеспечение социальной стабильности (толком неизвестно, что значит этот термин во всей его полноте) — порядка 300 млрд руб. И так далее.

Добрые вести пришли счастливым обладателям приснопамятного материнского капитала: теперь 20 тыс. руб. из этой субсидии можно будет получить на руки, т.е. проесть и пропить, что называется, не отходя от кассы. Правда, революционной эту меру тоже назвать нельзя: ушлые россияне давно научились обналичивать маткапитал с помощью специальных финансовых схем, и потому антикризисный дар правительства может быть в должной мере и не оценен.

Есть и еще кое-что приятное: например, вновь упомянут инноград «Сколково», хотя еще недавно многие наблюдатели полагали, что проект окончательно умер. Но нет: старый добрый инноград хоть и полузабыт, но все-таки жив. Хорошо.

Однако же никаких ярких идей или существенных усилий, например, по смене модели экономики план правительства не содержит. Что в принципе вполне естественно: кабинет Дмитрия Медведева мерцает отраженным светом Владимира Путина, а президент наш по природе своего государственного ума — консерватор. Его основная миссия — оберегать, спасать и сохранять, а не учинять кардинальную ломку действительности. И от этой своей базовой логики российская власть вряд ли отойдет, невзирая ни какой кризис.

Впрочем, это не мешает нам задаться вопросом: а какой антикризисный план действительно нужен стране? И если предположить, что действующий лидер с его 85% национального доверия вдруг решится стать реформатором, то как могло бы действовать вверенное ему правительство?

В первую очередь надо назвать честно и поименно три безусловных приоритета, краеугольных камня, на которых может и должна основываться подлинная (а не притворная и не бутафорская) антикризисная программа.

Эти камни:

1) люди;

2) нефть;

3) свобода.

Начнем с п. 1, т.е. людей. Пора честно признать, что важнейшую социально-экономическую проблему РФ в стратегическом измерении составляет численность населения. Людей у нас слишком много.

Фундаментальная психоэкономическая модель России строится на тезисе, что люди есть не столько производители, сколько потребители национального богатства. Деньги у нас зарабатывает государство — в первую очередь в лице своих крупнейших сырьевых корпораций типа «Газпрома» и «Роснефти». А после этого дает большинству народа подкормиться от своих щедрот. В условиях долгосрочного и качественного падения цен на нефть кормить такую ораву дорогих россиян становится решительно невозможно.

Но дело не только в численности, но и в структуре населения. Основной паразитической прослойкой в России остаются пенсионеры, составляющие уже почти треть (!) населения страны: 42 млн человек. К тому же количество пенсионеров ежегодно растет: как ожидается, в 2015 году граждан РФ, живущих за счет государственной пенсии, станет на 600 тыс. человек больше. Расходы Пенсионного фонда РФ в наступившем году достигнут 7,6 трлн руб. — что, как видим, втрое превосходит совокупные ассигнования на борьбу с кризисом.

При таком развитии событий пенсионеры в ближайшие сожрут все, что заработает наше изобильное государство на торговле энергоносителями. Никаких ресурсов для развития, а тем более для укрепления возросшей роли России на международной арене уже не останется.

На мой, Белковского, взгляд проблему надо решать быстро и радикально. Следующими способами:

А) Одномоментное повышение пенсионного возраста до 72 лет — для мужчин и женщин (почему до 72, а не 70 или 75? Потому что некруглая цифра всегда выглядит убедительнее, как продукт высокопрофессиональных расчетов, а не что-то высосанное из пальца). Также важно отметить, что уравнивание мужчин и женщин в этом вопросе устранит латентный сексизм пенсионного законодательства, а это по-своему улучшит психологический климат в обществе.

Б) Введение для пенсионеров (получателей государственных пенсий) повышенной ставки налога на доходы физических лиц (НДФЛ) — например, 40%.

В) Проведение тотальной пропагандистской кампании, призванной убедить россиян, что в старости их должно кормить не государство, а потомки (дети, внуки). Это, в свою очередь, будет стимулировать деторождение, в том числе и родителями преклонного возраста (федеральный национальный проект «Авраам»): наши сограждане поймут, что без детей и внуков им банально не выжить. В результате будет достаточно быстро оптимизирована демографическая структура РФ, что является одной из важнейших задач пенсионной реформации.

Теперь перейдем ко второму краеугольному камню — нефти. Наивно полагать, что в ближайшие 2 года она вдруг возьмет и сама собой резко подорожает. В таком развитии событий не заинтересованы многие ключевые игроки — от США до Саудовской Аравии. Если мы будем пассивно ждать большого роста нефтяных цен, то просто проедим накопленные резервы и через пару лет окажемся уже у совершенно разбитого корыта.

Как решить задачу существенного увеличения нефтяной цены — ключевого параметра российской экономики — хотя бы до $100–110 за баррель? Оптимальный вариант в данном случае — война. Например, между двумя странами — крупными производителями нефти: Ираном и Саудовской Аравией.

То, что отношения этих государств давно и устойчиво напряженные, — не секрет. Но ключевой фактор потенциальной нестабильности таков. Большинство населения главного нефтеносного региона Саудовской Аравии — Восточной провинции, где добывается свыше 90% аравийского «черного золота», — составляют мусульмане-шииты, ориентированные на Тегеран. Правящие мусульмане-сунниты их не любят, нередко обижают и притесняют. Шииты переживают, но большой революции пока не устроили.

Однако нельзя исключать того, что среди шиитов Восточной провинции может сформироваться ядро сторонников федерализации королевства. Которые, будучи доведены до отчаяния проамериканской политикой Эр-Рияда, перейдут к активным действиям по защите своих жизненно важных прав. Саудовские правители развернут против сторонников федерализацию карательную «антитеррористическую» операцию. Тогда шиитские ополченцы вынуждены будут обратиться за спасительной поддержкой к Ирану — и последний едва ли сможет им отказать.

Вы спросите, а при чем здесь мы, т.е. РФ? Конечно же, ни при чем. Мы в этой Вселенной хотим мира и только мира. Но в то же время у нас есть уникальный опыт федерализации других государств. Возьмем, к примеру, такую фигуру, как Игорь Стрелков (Гиркин), лидер движения «Новороссия», экс-министр обороны Донецкой народной республики. Разве его профессионализм оказался бы лишним повстанцам Восточной провинции в определенный (не нами, но судьбой) исторический момент? Для чего, возможно, г-ну Стрелкову-Гиркину придется превентивно принять ислам, но патриотические соображения в данном случае могут оказаться важнее религиозных.

Теперь камень №3 — свобода.

Российская Федерация на протяжении минувших 15 лет привлекала своих и многих несвоих граждан тем, что на фоне снижения уровня политических свобод в стране пышным цветом цвели бытовые свободы. В 2012­–2014 гг. эта ситуация начала меняться в не совсем правильную сторону. Было введено множество надуманных, излишних ограничений и запретов, лишивших РФ весомой части ее привлекательности.

Как мне уже доводилось пояснять в работе «Философия запрета» («МК», №26569 от 11 июля 2014 г.), запрет зачастую оправдан уже тем, что в некое критическое время его можно отменить. И это время, по-моему, пришло.

Нецензурная брань в кино и литературе уже возвращается — насколько можно судить, президент согласен с таким решением. Пора уже разрешить вновь и пропаганду гомосексуализма, и курение в заведениях общественного питания. А НКО со статусом «иностранного агента» надо не штрафовать, а напротив, стимулировать, ведь явный агент куда лучше тайного. Инвентаризация абсурдных запретов с их полной отменой позволит России вновь стать территорией свободы. И с помощью благовозвращенной свободы преодолеть кризис.

Вышеприведенные тезисы антикризисной программы предлагаются для широкого общественного обсуждения.