20 лет мы гадаем, что лучше: убивать или спасать?

26

Двадцать лет назад, 14 июня 1995 года, террористы захватили больницу Буденновска. В заложниках оказалось больше полутора тысяч человек.

Впервые российская власть встала перед выбором: освобождать заложников или уничтожать террористов? Что важнее?

Выбор был сделан в пользу заложников. Это был уникальный случай в новейшей истории, когда власть проявила столь необычный для нее гуманизм.

Теракт в Буденновске происходил во время войны. Для террористов захват больницы был продолжением боевых действий. Полгода они воевали с федеральными силами у себя в Чечне. Но когда почти вся республика уже была в руках федералов, лидер террористов Басаев собрал сто с лишним человек и отправился «воевать» в Россию.

Несмотря на то что боевики на тот момент были выдавлены в горы и окружены, вся банда благополучно выехала из славного окружения на грузовике «КамАЗ», набитым под завязку оружием, патронами, взрывчаткой и самими террористами.

Помимо «КамАЗа» у них была трофейная машина ГАИ: два террориста в милицейской форме ехали впереди как сопровождение. У каждого КПП их останавливали. Они говорили, что везут из Чечни «груз 200». Документы выправить не успели, но вот вам сто долларов, спасибо, можем ехать?

Денег хватило на 300 километров. До Буденновска. Здесь их, наконец, развернули: едем в ОВД, будем разбираться.

Когда подъехали, террористы выскочили из грузовика и открыли огонь.

Ворвались в ОВД, захватывали людей. Другие в это время останавливали рейсовые автобусы, хватали с улиц всех, кто попадался. Стреляли. Убивали.

Собрали на центральной площади толпу и повели под дулами автоматов в городскую больницу. Она уже была захвачена — вместе с больными и медперсоналом.

Два дня власти думали, как поступить. Рано утром 17 июня спецподразделения начали штурм больницы.

Террористы выставили заложников в окна, чтоб те стояли живым щитом. «Не стреляйте!» — кричали бабули и роженицы бойцам, окружившим больницу. Но они стреляли. Они же военные, у них приказ.

По больнице били танки, минометы, пулеметы, работали снайперы. Горела крыша, пылало родильное отделение. Террористы, прикрываясь заложниками, отстреливались. Заложники выли. И их родные, стоявшие снаружи за оцеплением, выли тоже.

Запредельный идиотизм происходящего был настолько наглядным и очевидным, что, казалось, власти сошли с ума.

В больнице полторы тысячи людей — больные, женщины, маленькие дети. Военные бьют прямо по ним. Хотя должны их спасать.

Мало того что мирные граждане попали в заложники по вине властей, не сумевших наладить работу милиции. Так эти же власти теперь их и добивают.

Штурм с небольшим перерывом продолжался до вечера. Только тогда до правителей в Москве начало доходить, что в Буденновске, образно выражаясь, творится какая-то «нездоровая фигня».

Наутро в больницу отправился Сергей Ковалев, уполномоченный по правам человека при президенте, — посредничать между властью и террористами.

Ельцин улетел на саммит «Большой восьмерки». За Буденновск отвечал премьер Черномырдин.

Он согласился выполнить требования террористов — остановить боевые действия в Чечне и сесть за стол переговоров. За это террористы согласились оставить больницу с заложниками и уехать, забрав с собой в качестве живого щита 160 человек.

Их никто не преследовал. Колонна автобусов проехала Ставропольский край, Дагестан и поднялась в Зандак, горное чеченское село. Там уже стояли автобусы федералов, приехавшие за 160 заложниками. Их тут же увезли в Россию. А террористы растворились в Чечне.

Потом за ними началась охота, она идет до сих пор. Их ловят, судят, сажают на длительные сроки. Главарей давно нет в живых.

А боевые действия в Чечне возобновились уже осенью. То есть цели, которые ставили перед собой террористы, в итоге достигнуты не были. И идея отделения Чечни от России реализована не была.

Но вопросы все равно остались.

Все-таки надо ли было их отпускать, чтоб сохранить заложникам жизни? Или не надо было сохранять заложникам жизни, и тогда террористы бы поняли: таким путем ничего добиться нельзя?

И нет ответа на этот вопрос до сих пор.

После Буденновска было три подобных теракта. Кизляр в 1996-м, «Норд-Ост» в 2002-м, Беслан в 2004-м.

Нигде власть не отпускала террористов. Но теракты с захватом заложников продолжали происходить.

После Беслана их нет почти одиннадцать лет. Уже долго, да. Но это не значит, что их больше не будет никогда.

Если же опять что-то подобное случится, власть, понятно, будет действовать не так, как в Буденновске. Террористов она не отпустит и выполнять их требования не станет.

Но. Если в заложниках, не дай Бог, окажется кто-то из представителей самой власти, или их дети, или внуки, тогда все будет совсем по-другому. Совсем.

В июне 1995 года за шесть суток в Буденновске погибли 147 человек. Светлая им память.