Олимпийский чемпион и его загадка. К сердцу прижмем, к черту пошлем

51

Олимпийский чемпион Евгений Плющенко подъехал к судейскому столику и сказал судье: выступать не буду.

Или: видимо, не смогу. Или еще более жестко: снимаюсь. Мы не слышали, ловили выражение лица. Его и судьи. Если когда-нибудь в каких-нибудь мемуарах кто-нибудь из действующих лиц признается, что это была игра, то Плющенко – великий актер.

Мы хотели эмоционально въехать в фигурный рай на его плечах, а он не смог? Да въехали же – в команде. Кто нам дало право подозревать его во вранье? А кто отнимет это право? Мог ли Евгений обманывать себя сам? Почему не снялся после командного турнира?.. И так далее. Мы сейчас все будем «путаться в показаниях» и рассуждениях, выворачивая ситуацию наизнанку, вспоминая лишь старые оплошности и «грехи» Плющенко. Мы все втянуты уже не в Олимпиаду, а в народную забаву: да и нет - не говори. Именно таким уход Плющенко с олимпийского льда мы не представляли.

Лично я уверена только в одном – на Олимпийские игры должен был ехать Евгений Плющенко.

Вы считаете, что золото в команде у нас и так было бы? Давайте вспоминать: в рейтинге ИСУ мы находились на третьем месте. Женя задал тон выступлениям, об этом сказали все участники, и это видели все зрители. Психологию в спорте никто не отменял. И если бы первое выступление было неудачным – не факт, что все бы откатались до такой степени наотмашь. Не факт, что канадцы и американцы показали бы такой же результат – Патрик Чан проиграл Евгению, а Джереми Эббот вообще провалился. Отрыв в десять баллов – итог выступления команды, в которую входил Евгений Плющенко, а не команды, в которой можно чисто теоретически заменить П на К.

Нам сейчас уже не нужна та интрига, которая выносила мозг всем зрителям, не только нашим: каким выйдет Евгений на лед? Одна из главных интриг Олимпиады? Не нужно испытанное чувство гордости за команду, победившую именно так, блистательно?

Да, никто не знал, что ожидать от Плющенко. В какой-то степени, и он не знал, на что способен. Был ли готов? В командном турнире показал, что готов. Подпортил вторую часть произвольной программы – но не критично, вообще показалось, что просто расслабился. Знать, дураки те комментаторы из бывших прославленных, заметьте – зарубежных, фигуристов, что делали Жене комплименты?

Готов ли он был вмешаться в спор за личную медаль? А кто ж его знает? Делать чисто теоретические выводы типа – о чем тут было говорить, вся ясно, куда старикан полез, никто и не надеялся, и т.д. - безответственно и не очень честно. Сравнение совсем не корректное (треклятое «если бы»), но результаты уже короткой программы у мужчин в личном турнире показывали: испанец Фернандес, занимающий третье место оказался бы по полученным баллам под Плющенко (86,98 против 91,39).

  • Женя настолько хорошо тренировался и выступал, что соперники не выдержали в командном турнире, - говорит двукратный олимпийский чемпион Артур Дмитриев. - Смогли бы так сделать Сергей Воронов или Максим Ковтун? Я не знаю. Если что-то болит, или спортсмен получил травму в день соревнований, он подходит к главному судье и говорит «не могу». Я же не врач, и насколько болела сегодня спина у Жени, сказать не могу. Женька – боец, если снялся, значит, действительно была серьезная причина.

В среду Евгений провел тренировку на тренировочном катке олимпийской арены. Да, дважды упал - при исполнении тройного акселя и четверного тулупа. Но после падений успешно их исполнил. Может ли спортсмен ради показухи исполнить каскад четверной тулуп-тройной тулуп-тройной риттбергер? Это вряд ли. Каскад на тренировке – конечно, далеко не целая программа, но серьезный показатель возможностей.

Плющенко не лишил команду России какой-либо квоты или места. Общую задачу выполнил. Что дало бы ему участие в личных соревнованиях - неизвестно. Мы не знаем, какое бы место в таком состоянии занял Женя в личных соревнованиях, - говорит Тамара Москвина. - Но Олимпийские игры не влияют на количество мест на будущий год, получается, он наказал сам себя. А что касается Максима Ковтуна - если бы мне доверили сделать математический расчет, то и я бы поставила на Плющенко.

…Мне не обидно за Максима Ковтуна, скорее, тревожно. Что было бы лучше для него: выступи он на Играх и провались (а нет сомнения, что, займи он даже место в десятке, это бы многих не устроило), получив при этом очередную порцию критики и ощущение себя неудачником уже на уровне мышечной памяти? Или – не выступить вот так, под разноголосицу мнений и истерик, представлять себе, сидя дома, идеальный прокат (два), который мог бы случиться, и жалеть об упущенных не местах даже, а мечтах?

«Такая замена была бы фокусом, мы не хотели фокусничать», - не выдержал в какой-то момент Алексей Мишин, по пятому разу повторив – изучайте регламент, на момент подачи заявки все у Жени было хорошо, и посмотрите на толщину его медицинской карты. Потом добавил: «Думаю, что карьера Жени Плющенко в любительском фигурном катании завершена. Мы сможем вернуться на любительский лед только в одном случае: чтобы участвовать в Паралимпийских играх».

Черный юмор хорош до тех пор, пока не приближается вплотную к реальности. В коридорах внутренних помещений после ухода Евгения со льда покатили инвалидную коляску.

«Когда Женя перед Сочи, и уже здесь, перед выступлением говорил, что спина его совсем не беспокоит, это было не совсем так?» - вопрос менеджеру Евгения я сознательно сформулировала именно подобным образом. Лукавил ли Женя изначально, хотел ли желаемое выдать за действительное? Ари Закарян не сомневается:

  • Это было именно так. Он был здоров и готов соревноваться. Но командные соревнования проводятся на Играх впервые, и Женя - единственный из сборной - откатал две программы, и практически сразу вышел на личный. Все остальные ребята имели перерыв или не такую нагрузку.

  • Но расписание было известно, спортсмен такого уровня должен трезво оценивать силы, ответственность была велика.

  • Он понимал ответственность. Я знаю это точно, мы сегодня общались, вчера. Но у него не было опыта такого выступления – откатать короткую и произвольную программы, а на третий день соревноваться опять. Этого опыта не было ни у кого.

  • И все же - решение, выступать или нет, принимал только Плющенко, он сам об этом сказал.

  • Но здесь же другая вещь сработала. Он закончил турнир – ура, эйфория, а дальше – уже в восемь утра ты должен официально сказать: идешь ты дальше или не идешь? Человек еще ничего не понял, его тело еще горячее, мозги – в соревновании. Публика, «Россия, вперед!», министерство, президент, ты еще не чувствуешь тело и говоришь: конечно, я буду готовиться. Если хотя бы на день подольше был отдых... Он – спортсмен, по жизни – спортсмен, он не привык отступать. И – пошли дальше, потому что надо бороться. До последней секунды я думал, что он будет выступать. Я же тоже не человек с улицы, разбираюсь в спорте, вижу все, у меня не было сомнений.

«Ему не было смысла лукавить. Если бы он откатал так же, как и в командном турнире, ему поставили бы такие же высокие оценки», - не сомневается Татьяна Тарасова.

«Чем больше я сейчас говорю, тем мне будет хуже». Это не Плющенко сказал, его тренер Мишин. То же будет и с олимпийским чемпионом – что бы он сейчас ни говорил, все прозвучит плохо. То же относится и к нам. С нами-то как раз все понятно – зрителю не хватило борьбы. Чтобы так: вышел, пусть даже занял энное место. «Страна, я сделал все, что мог. Смог уже не все. Но я боролся!»

Получившийся уход со льда принять сложно. Во многих вопросах мы тычемся, как слепые котята. Спина, диски, шурупы – все это вообще за гранью нашего осязания. Да, есть ВАДА и масса запрещений, но медицина вокруг Жени тоже ведь не на деревенском уровне? Специалисты, костоправы, массажисты… Если речь шла об олимпийском турнире, значит, нагрузки понятны. Понятно и что такую проблему не затейпируешь или не обколешь, как Юстина Ковальчик стопу. (Олимпийская чемпионка Сочи провела перед гонкой рентгеновское обследование, чтобы подтвердить многоуровневый перелом кости.) Но ведь и проблема не вчера возникла? А Олимпийские игры ни в паспорт, ни тем более в медицинскую карту в момент старта не смотрят. Участник – иди выступать.

Женю ждали долго. Хорошо, что до коляски дело не дошло.

  • Я хочу сказать, как это вообще все произошло? Вчера я упал с четверного тулупа, три с половиной аксель. Сегодня утром проснулся и почувствовал скованность правой мышцы спины. Я вышел на тренировку, кататься не мог. Катался всего семь минут. Думал, что это ерунда, просто утро, сейчас восстановлюсь, напьюсь таблеток, и все будет хорошо. Напился таблеток, пришел сюда, полностью размялся, думал, что какое-то чудо произойдет. Но когда ты не чувствуешь правой ноги, то организм просто протестует, голова не работает. Я сделал на разминке тройной лутц, тройной ритбергер. Первый тройный аксель – перешагнул, перепрыгнул – от жесткого приземления ушел глубоко вниз. Почувствовал сильную боль справа в спине и очень тяжелую тянущуюся ногу… Конечно, я очень расстроен. Потому что весь год готовился после сложнейшей операции и шел на оба соревнования. И на командные и на индивидуальные. И мне хотелось закончить карьеру на высоте, на хорошем уровне. Но, видимо, Господь сказал: Женя, надо закончить, достаточно этих потрясений и испытаний. Видимо, меня можно остановить только так… У меня много планов, но со спортом, скорее всего, я закончил. Я не говорю ни да, ни нет, пока думаю, но, скорее всего, закончил.

  • Рассматривали ли все же возможность снятия?

  • Нет, не рассматривал. И тем людям, которые считают, что это сработал наш план – сниматься после командного турнира, говорю: у нас этого плана не было.

  • Что-нибудь скажете при встрече Максиму Ковтуну?

  • А что мне надо сказать Максиму Ковтуну? Ну, я поздороваюсь. Это какие-то подковырки в вопросе?

  • Ну, он мог бы выступить в личном турнире.

  • Мог бы и он. Воронов мог бы, лучше бы даже. Так получилось. У них еще будут Олимпийские игры. Они еще все покажут.

Уходит большой спортсмен. Еще не ушел, но уходит - завоевав на четырех Олимпийских играх четыре медали. Фигурист от бога. Хотел в Сочи как лучше. Не ждите знакомого продолжения этой фразы - частично получилось. Его не за что жалеть, как не за что и казнить. Жаждал, рвался, дважды поднял зал, вновь принес в Россию ликование. Дальше – не смог. Увы, последней фразы, которая запоминается, не получилось. Но, как показывает жизнь, трагедийный жанр нас всех интересует значительно больше, чем победы.