«Норвежского стрелка» приговорили к 21 году лишения свободы

14

С утра пятницы, 24 августа, помещение суда в Осло начало медленно заполняться родственниками жертв двойного теракта, устроенного в июле прошлого года Андерсом Берингом Брейвиком.

На оглашение приговора по делу «норвежского стрелка» пришло множество представителей прессы.

Наручники с Брейвика были сняты. Подсудимый выглядит нервным, потягивает воду.

И вот звучит вердикт, принятый единодушно: суд признал «норвежского стрелка» психически здоровым — и Бревик приговорен к максимальному сроку — 21 году тюремного заключения.

Таким образом, мечта Брейвика осуществилась — его признали психически здоровым.

В постановлении, зачитанном судьей Венке Элизабет Арнтцен говорится о приговоре к «превентивному заключению» на максимальный срок до 21 года с учетом 445 дней, проведенных Брейвиком в предварительном заключении. В этот момент по лицу подсудимого пробежала хитрая улыбка.

Однако, напомним, что буквально через несколько дней после терактов 22 июля 2011 г. на юридическом факультете университета Осло «МК» подтвердили, что теоретически ради общественной безопасности преступника могут изолировать от окружающих и после отсидки положенного срока. Действительно, по истечении 21-летнего срока (получается примерно по 100 дней за каждого из 77 убитых «борцом с марксизмом и мультикультурализмом) заключения суд может продлевать на пятилетку содержание Брейвика под стражей, учитывая его социальную опасность. Так что и теперь заключение Брейвика может оказаться пожизненным.

В апреле, выступая в суде, Андерс Брейвик не выказал никакого раскаяния и спокойно объяснил, почему считает свои действия необходимыми. «Мы не согласны с тем, что мы должны стать меньшинством в своей собственной стране. События 22 июля были превентивным ударом, поэтому я не вижу за собой уголовной вины», — заявил Брейвик на процессе. По его мнению, его жестокость лишь остановила насилие большего масштаба: «И да, я сделал бы это снова!». Это, впрочем, не помешало ему заявить о родственниках его жертв: «Я вижу семьи тех, чьи жизни я разрушил. Ужасно понимать, какие страдания я причинил».

По предварительным данным, Брейвик будет отбывать срок в тюрьме Ила, где специально для него могут отстроить специальный блок.

Администрация тюрьмы обещает заключенному гуманное обращение: «Он человек. Имеет права человека. И это касается создания человеческого режима».

Напомним, что по подсчетам журналистов норвежского издания «Aftenposten», лечение Брейвика обошлось бы налогоплательщикам в четыре раза дороже его содержания в тюрьме. Это касается не только возведения специального корпуса для психически больных, но и затрат на само лечение.

На содержание Брейвика в тюрьме в бюджете ежегодно будет закладываться 5 млн. норвежских крон (700 тыс. евро).

Помимо тюрьмы Ила для норвежского «рыцаря-крестоносца», вскинувшего во время чтения приговора кулак в «тамплиерском» приветствии зарезервировано еще несколько тюрем – "Шиен" и "Риннерике", где будет усилена внутренняя безопасность, а воздушное пространство над ними объявят бесполетным. В одно из этих заведений Брейвика могут перевести в случае, если его жизни будет что-либо угрожать в тюрьме Ила, где он сидел до суда в трехкомнатной камере с кабинетом и тренажерным залом.

– Самое важное для меня не то, отправят ли его в психушку или в тюрьму, а то, что его не будет на воле и он никогда не будет отпущен, – цитирует Reuters слова Вегарда Гросли Веннесланда, одного из выживших в результате нападения Брейвика.

После вынесения приговора судья высказалась по поводу причисления Брейвиком себя к «крестоносцам». В частности, было упомянуто , что вряд ли в действительности существует группа «Рыцарей-тамплиеров», к которой якобы принадлежал норвежский террорист. Говоря о политическим мотивах преступления, очевидно, что Брейвик был уверен в том, что этнические норвежцы находятся под угрозой со стороны правящей Рабочей партии и осуществляемой ей иммиграционной политики. В представлении Брейвика, демократия в его стране отсутствует, а СМИ перекрывают доступ к выражению мнений консервативных националистов. Таким образом, Брейвик сам себе «выдал мандат» на защиту этнических норвежцев и предпринял свои действия в качестве «превентивной меры».

Еще за сутки до вынесения вердикта здание суда было окружено полицейскими заграждениями.

В специально перестроенном для этого процесса зале суда Брейвику отвели место за стеклянной перегородкой, отделяющей его от родственников погибших.

Те близкие жертв Брейвика, которые не смогли или не захотели ехать в Осло из других частей Норвегии, получили возможность наблюдать за произнесением вердикта при помощи видеокамер, установленных в зале суда.

Продолжавшийся в течение 10 недель судебный процесс был завершен в июне — и вот наступил день и час, когда решилась судьба массового убийцы, устроившего взрыв в Осло и бойню на острове Утойя в молодежном лагере.

В то время, когда в Москве еще не наступил полдень, журналисты, присутствующие в зале суда, сообщили о том, что Брейвика уже привезли в суд — и оглашение вердикта должно вот-вот начаться.

Поскольку виновность Брейвика не ставится под вопрос, главная интрига состояла в том, признает ли суд его вменяемым или невменяемым.

Адвокаты «норвежского стрелка» заявили перед вынесением вердикта, что их подзащитный согласится с тюремным заключением, но подаст апелляцию, если его признают психически нездоровым. Брейвик не хочет, чтобы его считали психом, он настаивает на политической основе своего преступления — и поэтому обвиняет норвежское правительство в том, что оно хочет «принизить» его идеологию, основанную на борьбе против мультикультурализма и «исламизации» Европы. Вдобавок Брейвик наверняка имеет в виду и то обстоятельство, что наибольший тюремный срок в Норвегии — 21 год. Если Брейвика сочтут опасным, ему могут «накинуть» ещё пять. А вот сроки лечения в психиатрической клинике могут растянуться до конца его дней.

Примерно в полдень по московскому времени Брейвика, руки которого были скованы наручниками, ввели в зал суда. Одетый в черный пиджак и серый галстук подсудимый застенчиво, как сообщают в своих микроблогах очевидцы, улыбался.