Андрей Луговой: “Это подтверждает мою честность”

63

Депутата не удивило признание вдовы Литвиненко // Возобновившиеся слушания по делу экс-сотрудника ФСБ Александра Литвиненко уже дают ощутимые результаты.

Пожалуй, главной неожиданностью прошедшей недели стало заявление его вдовы Марины Литвиненко. По ее словам, муж оказывал помощь MI5 и MI6 (британская контрразведка и внешняя разведка соответственно), и не без выгоды для себя.

За свои услуги бывший сотрудник ФСБ получал десятки тысяч фунтов. В своем интервью Марина Литвиненко подчеркнула, что муж «работал в качестве консультанта в рамках борьбы с российской организованной преступностью в Европе».

Столь сенсационное заявление было сделано, по словам вдовы, дабы помочь расследованию и докопаться до истины. Очевидно, что этому поспособствует и тот факт, что адвокаты российского депутата Андрея Лугового — главного подозреваемого в убийстве Литвиненко — заявили о готовности своего клиента отвечать на вопросы следователей по видеосвязи.

Андрей Луговой рассказал «МК» о своей реакции на признания Марины Литвиненко.

— Для меня это не новость. Еще 4 года назад на своей пресс-конференции я заявил об этом. И все в Лондоне, включая прессу, Березовского и вдову Литвиненко, стали кричать, что это ложь. Но в итоге я оказался прав, и Марина Литвиненко теперь это подтверждает. Любопытен, конечно, вопрос о том, почему она это делает именно сейчас. Но все это говорит о том, что до этого они врали, значит, могут врать и во всем остальном...

— Так почему именно сейчас?

— Я же все время, когда рассказывал о его связях, говорил: он же деньги за свою работу у них получает. Они же не могут из воздуха браться, откуда-то ему их переводят. Страна цивилизованная, с прозрачной финансовой системой. Я и говорил: вы проверьте, ничего сложного нет. И я думаю, что проверили. А поскольку начинаются досудебные слушания, то было бы некрасиво, если бы это вылезло в их процессе. Если бы это в суде сказал кто-то другой, вдова Литвиненко и публика, за чей счет она живет, выглядели бы не в очень хорошем свете.

— Эта информация повлияет на версии следствия?

— Не знаю. Но она как минимум подтверждает честность моей позиции, правоту многих заявлений, которые я делал. Я же их спецслужбы призывал: вы проведите у себя расследование. Сами-то хоть разберитесь: чьи задания он выполнял, с кем работал, что ему вменялось в обязанности. Наверно, теперь эти вопросы будут заданы сотрудникам спецслужб. Другое дело, что британские разведка и контрразведка очень циничны. Пожалуй, циничнее, чем ФСБ и ЦРУ вместе взятые. Обывателя их колониальные правила могут шокировать.

— На подозрения в ваш адрес эта информация повлияет?

— Я думаю, заставит многих задуматься: а тот ли украл шубу? Должна повлиять.

— Могут появиться подозрения, что это британские спецслужбы его ликвидировали?

— А я никогда не говорил, что это они его ликвидировали. Я говорил, что они всегда рядом с этим стоят. Они к этому могли быть готовы. Но, может быть, я и ошибаюсь.