Генеральный секретариат президента Турции заявил, что доходы государственных служащих, в том числе преподавателей государственных университетов, получаемые от YouTube, социальных сетей и других цифровых платформ, подпадают под предусмотренный законом запрет на коммерческую деятельность.
Это побудило некоторых преподавателей приостановить работу своих каналов.
Согласно сообщениям турецких СМИ, заключение, направленное в Совет по высшему образованию (YÖK), касается доходов от размещения онлайн-контента, ведения веб-сайтов и разработки мобильных приложений.
При этом новое законодательство не вводится, а публикация преподавателями бесплатного контента не запрещается. Речь идёт о применении уже существующего ограничения на коммерческую деятельность государственных служащих к доходам, получаемым через цифровые платформы.
Однако остаётся неясным, достаточно ли отключения рекламы и других функций монетизации, чтобы защитить преподавателей от дисциплинарных мер. В налоговой оценке, на которую ссылается заключение, говорится, что деятельность может считаться коммерческой даже при отсутствии явного намерения заработать деньги, если она потенциально способна приносить доход.
Заключение основано на статье Закона Турции о государственных служащих. Она запрещает госслужащим заниматься деятельностью, которая придавала бы им статус торговцев или предпринимателей, а также осуществлять некоторые другие виды коммерческой деятельности.
Процесс начался 17 июня, когда YÖK обратился к президентской администрации с просьбой разъяснить статус доходов преподавателей и других государственных служащих от онлайн-контента и разработки приложений. Министерство финансов ответило 20 августа, а Генеральный секретариат президента направил своё заключение в YÖK 2 сентября.
Администрация по доходам, действующая при Министерстве финансов, заявила, что доходы от контента в социальных сетях, онлайн-курсов, продвижения товаров, обработки данных и мобильных приложений являются коммерческими доходами в соответствии с турецким налоговым законодательством. При определённых условиях такие доходы могут пользоваться специальным налоговым режимом
При определенных условиях такие доходы могут подпадать под специальные налоговые режимы, однако наличие права на подобный режим не меняет их классификацию как коммерческих доходов.
Основываясь на этой оценке, Главное управление администрации президента пришло к выводу, что доходы от перечисленных видов деятельности подпадают под запрет на коммерческую деятельность, установленный статьей 28.
При этом непосредственно в выводе документа речь идет именно о доходах. В нем не говорится о запрете для государственных служащих вести немонетизированные каналы или сайты. Также пока отсутствуют подробные разъяснения относительно того, где проходит граница между преподавательской деятельностью в общественных интересах и коммерческим производством контента.
Тем не менее некоторые ученые, имеющие крупную аудиторию в интернете, уже удалили видео или приостановили работу своих YouTube-каналов, опасаясь, что продолжение публикаций может привести к дисциплинарному разбирательству.
Ситуация вызвала критику со стороны ученых, которые отмечают, что цифровые платформы позволяют распространять достоверные академические знания среди аудитории, значительно превышающей университетские кампусы, особенно в условиях широкого распространения недостоверной информации в интернете. Врачи, историки, инженеры и специалисты в области социальных наук все чаще используют YouTube и социальные сети для объяснения результатов исследований, проведения публичных лекций и популяризации специальных знаний. Критики предупреждают, что ограничение присутствия ученых на этих платформах может освободить больше пространства для неквалифицированных блогеров и аккаунтов, распространяющих недостоверные сведения.
Профессор истории Университета Думлупынар в Кютахье Алтай Тайфун Озджан объявил, что прекращает видеотрансляции после публикации заключения. «YouTube давал возможность выйти за рамки книг и статей и донести результаты исследований и оценки ученых до более широкой аудитории. Отныне надеюсь, что мы будем встречаться только в книгах и статьях», — заявил Озджан.
Доцент кафедры истории Средиземноморского университета Сулейман Текир предупредил, что отказ ученых от публикаций в интернете приведет к тому, что исторические программы будут создавать люди без соответствующей профессиональной подготовки. «Работа государственным служащим в XXI веке не должна означать, что человек обязан держать свои знания при себе», — сказал он.
Доцент кафедры международных отношений Технического университета Карадениз Озгюр Тюфекчи призвал установить четкие и практически применимые правила, которые способствовали бы созданию качественного контента, а не вытесняли ученых с цифровых платформ. «Онлайн-пространство без ученых пустовать не будет, однако нет никаких гарантий, что его заполнят люди, руководствующиеся академической этикой», — отметил он.
Профессор компьютерной инженерии Университета экономики и технологий TOBB Огуз Эргин заявил, что такой подход противоречит усилиям YÖK по развитию взаимодействия науки и общества. По его словам, в Турции лишь около 146 ученых ведут собственные каналы. В 2025 году YÖK создал Управление по научной коммуникации с целью укрепить взаимодействие между университетами и обществом. В совете заявляли, что инициатива призвана вывести достоверные научные знания за пределы университетских кампусов и сделать их более доступными для широкой аудитории. Эргин отметил, что ограничение деятельности относительно небольшого числа ученых, которые уже используют YouTube для распространения своих знаний, противоречит этой цели.
Юристы также поставили под сомнение возможность автоматически приравнивать весь монетизированный академический контент к обычной коммерческой деятельности. Они напомнили, что государственные служащие могут получать авторские отчисления от книг, а также выплаты за некоторые виды академической и профессиональной деятельности.
Адвокат по вопросам информационных технологий М. Гёкхан Ахи заявил, что признание научных трансляций на таких платформах, как YouTube и X, коммерческой деятельностью исключительно на том основании, что их авторы получают долю рекламных доходов, представляет собой узкое и произвольное толкование законодательства. По его словам, такой подход может привести к ограничению конституционно гарантированной свободы науки и искусства.
Политолог Эмрах Гюльсунар также высмеял предположение о том, что ученые получают значительные суммы от своей активности в социальных сетях. «Можно подумать, эти ученые заработали состояние, комментируя политику в социальных сетях. Да, X платит жалкие суммы. Приходите, я пожертвую их вам на благотворительность — возможно, тогда вы перестанете день и ночь преследовать людей», — написал Гюльсунар в X.
Теперь дискуссия сосредоточилась на вопросе о том, распространяется ли ограничение только на ученых, получающих доход от рекламы, подписок или спонсорства, либо оно может применяться и к каналам, которые не монетизируются, но потенциально способны приносить доход. Ученые призвали YÖK выпустить четкие правила, которые позволили бы разграничить коммерческую деятельность инфлюенсеров и преподавание в общественных интересах, а также научную коммуникацию.