Потребление антидепрессантов в Турции достигло рекордного уровня на фоне углубляющегося экономического давления

Потребление антидепрессантов в Турции в 2025 году достигло исторического максимума.

Оппозиционные политики и исследователи связывают этот рост с ухудшением экономической ситуации, увеличением долговой нагрузки и нарастающим пессимизмом, указывая на формирование более широкого кризиса психического здоровья.

Согласно данным, обнародованным заместителем председателя основной оппозиционной Республиканской народной партии (РНП) Бурханеттином Булутом, количество проданных по стране упаковок антидепрессантов выросло с 45,1 млн в 2016 году до 71,5 млн в 2025 году — почти на 60% за десятилетие.

По словам Булута, столь резкий рост отражает не улучшение доступа к психиатрической помощи, а психологические последствия экономических трудностей. «Этот рост — результат плохого управления, бедности и безысходности, — заявил он. — Безработица, борьба за выживание, долговая ловушка и тревога за будущее разрушили психологическое благополучие людей. С точки зрения общественного здравоохранения уровень потребления антидепрессантов стал тревожным».

Булут отметил, что всего за один год потребление увеличилось почти на 6 млн упаковок, а государственные расходы на эти препараты резко выросли. По приведенным им данным, бюджетные затраты на антидепрессанты увеличились с 5,03 млрд лир (116 млн долларов) в 2024 году до 6,48 млрд лир (149 млн долларов) в 2025 году. «Вместо того чтобы решать проблемы, власть пытается удержать общество на плаву с помощью антидепрессантов», — сказал он.

Экономические трудности подрывают общественное благополучие

Эти заявления перекликаются с результатами недавнего опроса Стамбульского агентства планирования (İPA), согласно которому экономика является главной проблемой страны. Исследование показало, что почти треть респондентов способна ежемесячно оплачивать по кредитным картам лишь минимальный платеж, а около 9% не могут погашать задолженность вовсе.

Оценивая свое эмоциональное состояние по шкале от 1 до 10, участники опроса дали низкие оценки удовлетворенности жизнью (4,5) и уровню счастья (4,9), тогда как показатель надежды на будущее снизился до 4,2. 15% опрошенных охарактеризовали свое психологическое состояние как плохое, а почти 9% сообщили, что получают регулярную психологическую помощь.

Рост потребления антидепрессантов происходит на фоне широко распространенного пессимизма в отношении экономического курса страны. Общенациональный опрос, проведенный в конце декабря, показал, что более 80% респондентов считают, что экономика движется в неправильном направлении. В качестве наиболее тяжелых факторов давления на домохозяйства были названы рост цен на продукты питания, жилье и коммунальные услуги.

Чаще всего свое эмоциональное состояние при размышлениях о прошедшем годе участники описывали как «тревожное» (38%) или «несчастливое» (24%). Аналитики расценивают это как признак углубляющегося чувства неопределенности на фоне устойчивой инфляции и затяжного кризиса стоимости жизни.

Наиболее сильно экономический спад ударил по беднейшим домохозяйствам. Согласно официальным данным, годовая инфляция достигла многолетнего максимума в 85% в октябре 2022 года. Хотя впоследствии темпы инфляции снизились, проблема по-прежнему остается острой. По данным Турецкого института статистики (TurkStat), в декабре годовая инфляция составила 30,9%, продемонстрировав четвертое подряд месячное снижение. Средний показатель за 12 месяцев в 2025 году составил 34,9% против 58,5% в 2024 году.

Возлагая ответственность за кризис на правительство Партии справедливости и развития (ПСР), Булут заявил: «Те, кто обрек народ этой страны на безнадежность, тревогу и отчаяние, несут и политическую ответственность за психологический коллапс, который мы наблюдаем».

«Граждане не восстановятся за счет увеличения количества лекарств, а благодаря справедливости, безопасности и достойным условиям жизни, при которых труд будет оплачиваться по его реальной ценности», — добавил он, подчеркнув, что всплеск потребления антидепрессантов отражает глубокие структурные проблемы, а не индивидуальные медицинские случаи.