«Турция и Европа преодолеют напряжённость»

64

Турция и её европейские союзники, скорее всего, преодолеют напряжённость вокруг российских ракет и Сирии, несмотря на ущерб, нанесённый НАТО.

Об этом говорили многие аналитики на прошлой неделе.

Напомним, когда лидеры НАТО собрались во вторник в Лондоне, президент Франции Эммануэль Макрон указал на то, что он считает двумя главными преступлениями Турции против Североатлантического союза. Первый — это покупка российских систем противоракетной обороны С-400, шаг, который идёт вразрез с основополагающими идеалами НАТО и который, по словам официальных лиц США и НАТО, может подорвать безопасность альянса.

Однако это не свидетельствует о том, что Турция собирается покидать НАТО в ближайшее время, считает аналитик Димитар Бечев. «Плохая новость заключается в том, что все эти разговоры о НАТО как сообществе ценностей, демократии и либеральных принципов больше не соответствуют фактам. Конечно, с турецкой точки зрения это транзакционные отношения, основанные на частичном совпадении интересов», — уточняет он.

Второе преступление Турции, по словам Макрона, состояло в том, что она рассматривает сепаратистски настроенные Демократические силы Сирии (SDF) и их подразделение Отряды народной самообороны (YPG) как террористические группы, несмотря на то, что они играют ключевую роль в победе над ИГИЛ (запрещена в РФ), и требует, чтобы её союзники по НАТО делали то же самое.

Напомним также, что Турция начала наступление на северо-востоке Сирии, которое многие группы и видные должностные лица назвали этнической чисткой, в попытке очистить этот район от SDF и переселить около 2 млн сирийских беженцев, находящихся в настоящее время в Турции.

Чтобы оказать давление на своих западных союзников, чтобы они назвали SDF террористической организацией, Турция на прошлой неделе заблокировала новый план обороны НАТО для Польши и стран Балтии — хотя президент Реджеп Тайип Эрдоган смягчил свою риторику, указывают аналитики. На прошлой неделе советник Эрдогана предупредил, что Турция может ссылаться на статью 5 НАТО, которая призывает всех членов НАТО защищать другого члена НАТО, подвергшегося нападению, в отношении угрозы YPG.

Эксперты указывают, что НАТО признаёт, что одной из самых сложных задач, стоящих перед ней, является поддержание политической сплоченности, когда государства-члены по-разному оценивают асимметричные угрозы. Турция, например, не только рассматривает союзную США YPG как террористическую организацию, но и рассматривает турецкого проповедника Фетхуллаха Гюлена, который живёт в Соединённых Штатах в течение 20 лет, как вдохновителя неудавшегося переворота 2016 года и главу глобальной террористической организации со значительным присутствием по всей Европе.

«Теперь есть понимание того, что НАТО должна работать на нескольких фронтах. По мере развития НАТО Турция пытается формировать его по своему образу и подобию, пытается использовать его как инструмент», — добавляет Бечев, указывая на различные террористические группы, изгоев и кибервойну, в дополнение к российской угрозе.

Бечев указывает, что статья 5 была применена только один раз, после нападений 11 сентября 2001 года.

«Война против ИГИЛ, несмотря на все заявления в адрес страны, не закончена. Возрождение очень вероятно. Зачем закрывать все двери в YPG, когда завтра они могут понадобиться снова?» — задаётся вопросом аналитик.

Александр Кларксон, преподаватель немецких и европейских исследований в Королевском колледже Лондона, считает, что Эрдоган слишком далеко продвинул проблему YPG, и что это может привести к дальнейшему разрушению доверия и диалога.

Турция и её европейские союзники не соглашаются уже около 40 лет, поясняет он, в основном по вопросам управления границами, безопасности и таможенных структур. Он подчёркивает, что в прошлом европейцы были готовы пойти на компромисс.

По словам эксперта, это изменилось после того, как Эрдоган пригрозил Европе потоком беженцев, провёл кампанию по всей Европе для своего президентского референдума 2017 года и принял радикальный турецкий националистический рассказ о Сирии, YPG и запрещённой Рабочей партии Курдистана (РПК).

«Уровень терпимости с европейской стороны к турецким опасениям по поводу YPG или РПК резко упал», — указывает Кларксон, добавляя, что Соединённые Штаты при президенте Дональде Трампе стали более непредсказуемыми и не смогли выступить посредником в кризисе.

«Раньше у нас была ситуация, когда либо американцы, либо европейцы садились за стол переговоров и пытались договориться с Анкарой, теперь ни одна из сторон не хочет этого делать», — заключает он.

Ибрагим Карагюль, турецкий обозреватель, известный своими крайне проправительственными взглядами, написал на прошлой неделе, что НАТО является самой большой угрозой Турции, и он предвидел вмешательство НАТО. Однако аналитики говорят, что у Турции нет реальной альтернативы своим союзникам по НАТО. Кларксон видит Китай и Россию как нереалистичных партнёров для Турции, с различными повестками дня.

«Идея о том, что Россия пойдёт на любой риск, чтобы спасти Турцию по любому вопросу, является глубоко ошибочной точкой зрения. Я думаю, что это будет большой шок для турок», — подчёркивает Кларксон.

Бечев отмечает, что Россия имеет значительное присутствие в Сирии, Крыму и Армении, а НАТО предлагает защиту. «Если вы сидите в Анкаре, вы видите себя окружённым российским развёртыванием. НАТО — это хорошая новость для Турции, потому что она позволяет ей выровнять игровое поле, не высовывая голову», — анализирует Бечев

Анкара также знает, что не может доверять Москве. Турция работает против российских интересов не только с Трансанатолийским газопроводом (TANAP), запущенным недавно, но и в Ливии, где обе стороны противостоят друг другу, указывает эксперт.

«Это не совсем альянс, это смесь конкуренции и сотрудничества. У Турции есть свои причины работать с Москвой, но и бояться русских», — обращает он внимание.

Реальность такова, что самые прочные связи Турции — с Европой. «Что удивительно для меня, так это то, насколько устойчивы эти отношения. Вы можете представить себе сценарий, когда есть полный разрыв с США, но я не вижу, чтобы то же самое происходило с ЕС. Стороны в отношениях могут быть недовольны друг другом, но я не думаю, что есть выход. Поэтому политикам приходится пробиваться и искать способ справиться с этими напряжениями», — заключает Бевеч, указывая на экономическую зависимость, турецкую диаспору и вопросы безопасности.