Какова позиция Турции относительно открытия церкви, которая бесит Россию?

| Haber Türk 543

В понедельник, 7 января я поделилась своими впечатлениями от беседы с президентом Украины Порошенко и организованного им в честь Вселенского патриарха Варфоломея закрытого ужина.

В конце прошлой недели в Стамбуле произошел один из важнейших переломных моментов в истории православного мира.

Украина, создав церковь, открыто и решительно восстала против сохранявшейся на протяжении многих лет гегемонии России. И это было одобрено Константинопольским патриархатом, который считается «первым среди равных» в православном мире.

Вновь созданная украинская независимая церковь — это 40-миллионная община. Это очень крупная цифра. Более того, у Украины есть отдельная особенность. На Украине находится больше храмов Русской православной церкви, чем на территории России. Речь идет об 11 тысячах приходов. С другой стороны, существует семь тысяч храмов, относящихся к недавно учрежденной структуре. Однако, по словам пресс-секретаря Киевского патриархата архиепископа Евстратия, 40% населения привержены новой церкви и только 15% — храмам Русской православной церкви.

Я спросила президента Украины

Хорошо, но как Анкара, в последнее время сблизившаяся с Россией, относится к этой инициативе, которая выводит из себя русских? Это событие, произошедшее на территории Турции, обеспокоило турецкие власти?

Ответ на этот вопрос я пыталась найти и на украинском фронте, и в Константинопольском патриархате. Прежде всего приведу ответ моего открытого источника: президента Украины Порошенко. Я задала ему вопрос: «Какой подход продемонстрировала Турция в этом процессе? Как она отнеслась к этому вашему визиту?» Порошенко ответил: «Мы очень благодарны Турции. Этот процесс мы направляли полностью с Патриархатом. Анкара не создавала никаких трудностей, не вмешивалась и не препятствовала…»

Эти слова Порошенко подтверждал и состав приглашенных в отель «Конрад» (Conrad) в субботу, 5 января. От имени турецкой администрации был только один гость: заместитель губернатора Стамбула Исмаил Гюльтекин (İsmail Gültekin). На ужине присутствовал и экс-министр Эгемен Багыш (Egemen Bağış), но не с официальной миссией.

Адресовав аналогичные вопросы моим источникам в Константинопольском патриархате, я узнала, что Анкара делала все возможное, чтобы облегчить процесс, но не занимала прямую позицию ни по какому вопросу и не вмешивалась. Между тем, если захочет, она может вмешаться. В прошлой статье я привела в качестве примера 2008 год. В том году патриарх Варфоломей посетил Киев, а бывший премьер-министр Греции Караманлис (Karamanlis) непосредственно вмешался, чтобы препятствовать признанию независимости церкви, и отправил своего посла в Анкаре к патриарху.

В чем разница между Караманлисом и Эрдоганом?

Караманлис был близким к России политиком. Поэтому он через патриархат в Стамбуле помешал Украине сделать шаг, который вызовет недовольство России.

Сейчас Турция тоже состоит в близких отношениях с Россией, но президент Эрдоган действует не так, как Караманлис, он никак не влияет на позицию патриархата, не вставляет Украине палки в колеса.

Это важное отличие, которое показывает силу и особенность Эрдогана как лидера. Ведь напрямую Турция ничего не предпринимает, но, говоря: «Это дела православного мира», — она дает России сигнал: «Если нужно, я поддержу направленную против тебя политику, которую посчитаю правильной». Анкара не одобряет аннексии Крыма и доминирование России над Украиной. Это чрезвычайно правильная стратегия, которая делает Турцию сильнее.

За созданием украинской независимой церкви стоят США?

Это, конечно, не только религиозный вопрос, а в большей степени и даже главным образом политический вопрос. Утверждается, что за Украиной и Константинопольским патриархатом стоят США, противостоящие России.

С просьбой прокомментировать это предположение я обратилась к епископу Украинской православной церкви в США Даниилу, который по просьбе патриарха Варфоломея приезжал из США в Киев для курирования работ по созданию новой церкви.

«Конечно, США поддерживают независимую от России, демократическую и самостоятельную Украину, — сказал он. — В этом процессе они всегда были с нами». Я спросила: «Что вы имеете в виду, говоря "с нами"? Финансовую помощь или дипломатические инициативы?» Епископ ответил: «Нет, о материальной помощи однозначно речи не идет, но морально они всегда нас поддерживали».

Что рассказал Ющенко, о котором одно время говорил мир?

В своей прошлой статье я упоминала о том, как на этом ужине мне встретился бывший президент Украины Виктор Ющенко, который пришел к власти в стране после оранжевой революции 2004 года, а потом был отравлен Россией и боролся за жизнь.

Политика, у которого на лице до сих пор видны следы отравления, я спросила: «Как вы выжили?» Ющенко рассказал, что после отравления у него парализовало половину лица, кожа изменилась до неузнаваемости, по всему телу были нестерпимые боли. Врачи связали эти симптомы с действием вещества под названием «диоксин». После этого инцидента Ющенко почти десять лет не было ни слышно, ни видно, но с началом прозападных протестов на Украине против власти Януковича в декабре 2013 года он снова вышел на сцену.

Во время нашей беседы Ющенко сказал: «К сожалению, Европа не демонстрирует целостной реакции против политики России. Каждый занят своими проблемами, но нам нужна единая Европа». А по поводу шага Украины он сказал: «Украина — независимая, демократическая страна, и создание независимой церкви в соответствии с требованием народа — ее самое естественное право».

Нагехан Алчи, перевод ИноСМИ