Насколько правдоподобным кажется версия причастности Гюлена к убийству Карлова?

151

В Анкаре во вторник начался суд над подозреваемыми в причастности к убийству посла Российской Федерации в Анкаре Андрея Карлова. Турецкие власти обвиняют в преступлении движения проповедника Фетхуллаха Гюлена. Радио Эхо Москвы попытался выяснить правдоподобность обвинений.

Главный редактор издания "МК в Турции" дал интервью радио Эхо Москвы на эту тему.

Эхо: – Сейчас подозреваемых судят, и так получилось, что не то что неожиданно, но вполне привычно для турецкой политической жизни последних лет, что обвинили в этом гюленистов, то есть организацию проповедника Фетхуллаха Гюлена. Яшар, добрый день.

Яшар Ниязбаев: – Добрый день!

– Насколько правдоподобным кажется версия с гюленистами?

– Лично мне она кажется неправдоподобной. По многим факторам. Однако, когда это только произошло кто-то сказал: «Неважно, кто виноват – виновным назовут того, кто наиболее выгоден политической конъюнктуре». Подобных примеров в истории вообще у всего человечества очень много.

– В Турции курды были главные виноватые, сейчас – гюленисты.

– Я не сказал бы, что курды были всегда виноваты. В недавнем прошлом всё было более реалистичным: были инциденты, появлялись какие-то обвиняемые, какие-то доказательства, но не по национальному признаку. В Турции не осуждают народ целиком. Однако как только в Турции установилась очень влиятельная власть. Власть, которая не хотела упускать возможности своего могущества, то многое изменилось: влияние правительства на законодательство, на правосудие – оно стало очевидным. И, конечно, в последнее время, многие негативные процессы в Турции, власти привязывают к влиянию Гюлена, сторонникам Гюлена.

– Яшар, если позволите, небольшое уточнение по ходу следствия, в частности по его версии – лидеры организации Гюлена, они приказали убить посла, а по списку людей (28 подозреваемых, которые сейчас проходят по этому делу) коллеги из Би-би-си сделали достаточно подробное досье: и выходит, что многие из них действительно были связаны с этой организацией, в частности, плотно общались, а кто-то покинул организацию ещё в 2008 году, но в целом (это опять же, если прислушаться к версии следствия), это не кажется такой уж невероятной версией.

– Вы привели хороший пример, и я понял о ком идёт речь.

– Хайреддин Айдынбаш.

– Когда я услышал, что он вообще хоть как-то мог быть связан с преступлением – это было шоком, его знают все тюркологи в России (в Москве и Санкт-Петербурге точно), и я знаю этого человека. Говорят, что он якобы устроил специально эту выставку и знал, когда будет посол на этом мероприятии. Насколько я понимаю, его обвиняют именно в этом. Но тут есть важный момент: Его жена была на открытии в этот вечер, когда убили посла. То есть получается, что человек отправил свою жену, мать своих детей туда, где должен был произойти теракт? Это мне кажется очень неправдоподобным обстоятельством. Это один из моментов, другой момент: сегодня появились первые показания из суда. Больше всего меня удивило, что люди не пытаются рассказать о том, что они делали в это время, связаны ли они как-то с убийством. Они лишь пытаются как-то откреститься от обвинений в связях с организацией Гюлена. То есть оправдываются тем, как они ненавидят Гюлена, как они не любят его взгляды. В плоть до того, что он был слишком мягок во взглядах. И все показания сводятся к этому.

Получается, что причастность Гюлена и его сторонников к убийству посла – факт, не нуждающийся в доказательствах?

Да. Так как они понимают, что это главная база всего обвинения, важно как-то связать это дело с движением Гюлена. Вся ситуация сводится не к поиску реальных преступников, а к поиску зацепок к Гюлену.

– То есть добавить в копилку обвинений Гюлена?

– Получается что так.

– Яшар, как вам кажется: может ли в принципе этот процесс повлиять на экстрадицию Гюлена. Если турецкая правоохранительная система и следователи докажут, что он имеет какое-то отношение: вопрос с Гюленом решится?

– Я не думаю, что это повлияет, потому что нужно учитывать два момента. Первое: слова министра юстиции Турции, который сказал, что «ни одна страна не прислушивается к нашим требованиям выдать сторонников Гюлена, ни одна страна не прислушивается к нашим доводам». Кроме этого, до сих пор американцы говорили и немецкая сторона (там проживает много сторонников Гюлена), Турция не даёт убедительных доводов того, что сторонники связаны с попыткой переворота (а попытка переворота – это главное обвинение в Турции, гюленисты там предатели родины). Хотя Турция в свою очередь говорит, что передала какое-то огромное количество папок с доказательствами причастности, а американская сторона не отреагировала никак.

– Ещё про одного человека у вас хотелось спросить: Тимур Озкан – устроивший эту выставку. Что это за человек, вы с ним были знакомы? Он много занимался Россией в Турции.

– Нет, с ним я не был знаком, но из дела знаю, что его обвиняют вместе с Хайреддином Айдынбашем. Одно из обвинений заключается в том, что Озкан и Айдынбаш якобы всё спланировали так, чтобы заманить посла на свое мероприятие. Хотя, исходя из своего интервью с послом Карловым, я помню, насколько сильно он хотел, чтобы турецкая сторона знала больше о России – он был патриотом России. И хотел чтобы не только российские туристы посещали Турцию, но и турецкие увидели российские красоты. И выставка была как раз об этом. Не знаю, какая там реальная вина этих людей, связаны ли они как-либо с убийцей. Но для меня всё в их общении выглядит логично.

– В этом интервью, когда Карлов стал послом в 2011 году, он говорил о личной безопасности? Опасается ли он за свою жизнь или так вопрос не стоял?

– Многое изменилось с тех пор, и насколько мы знаем, узнали позже из слов близких к нему людей, он не опасался вообще за свою жизнь и в турецкой столице передвигался без охраны. Все считали Анкару (те районы, где были посольства) недоступной для террористов, безопасной зоной. Даже когда отношения России с Турцией сильно испортились из-за сбитого самолёта – дипломаты не опасались за свою безопасность. Если же говорить о периоде, когда был убит посол, отношения Москвы и Анкары уже наладились.

– В обвиняемых есть ещё бывший сотрудник национальной разведывательной организации и сообщается, что он во время допросов говорил, что работал по просьбе представителя организации Гюлена, собирал информацию о том, как охраняют посла Карлова во время публичных мероприятий. Это под пытками выбитые показания?

– Я не могу утверждать, что они были даны под пытками. Я этого не знаю. Но информация любопытная. Были ещё показания, что кто-то видел убийцу в квартирах Гюлена, где они живут или проводят уроки. Т.е. тут опять видны попытки найти связь убийцы и убийства с Гюленом. И при этом игнорируются другие данные, согласно которым, Алтынташ имел радикальные взгляды, читал книги радикальных авторов, которые перед преступлением он вынес из своей квартиры и оставил магазине неподалеку.

– Я не могу понять какая связь между возгласами убийцы «За Алеппо» и Гюленом. Где Алеппо а где гюленистская организация?

– Да, это интересный момент в этом деле. Якобы многоходовочка убийцы. Ведь несмотря на то, что выкрики Алтынташа позже, знающие люди, идентифицировали как лозунги Джебхат ан-нусры (террористической организации, которая тогда была очень яро настроенной простив России из-за бомбёжек Алеппо, после которой - за несколько дней до убийства посла - по всей Турции прошли многотысячные митинги), турецкая сторона утверждает, что убийца сделал эти заявления, чтобы отвести взор, отвлечь от того чтобы его могли назвать "гюленистом". Т.е. его целью было запутать следы. Так следователи пытаются обосновать его непричастность к радикальным организациям, а к движению Гюлена.