Почему ИГИЛ согласилось отпустить заложников?

| Эмрэ Услу 672

«Кризис с заложниками» между Турцией и Исламским государством Ирака и Леванта (ИГИЛ) является одним из самых загадочных и странных «кризисов», с которым может столкнуться какое-либо государство.

После захвата Генерального консульства Турции в Мосуле, в ходе которого 49 человек были взяты в заложники боевиками ИГИЛ, включая турецких дипломатов и сотрудников безопасности, многие обыватели задавались вопросом, почему же консульство не было эвакуировано.

После того как Реджеп Тайип Эрдоган, занимавший на тот момент пост премьер-министра Турции, уверенно заявил, что для Турции не составит труда освободить заложников, будто они не находились в руках самых жестоких террористов, стали звучать противоречивые заявления по этому поводу. Многие считают, что это была политическая сага, а не настоящий захват заложников, и что правительство Партии справедливости и развития (ПСР) состояло в сговоре с ИГИЛ.

Хотя турецкие дипломаты были захвачены ИГИЛ, к ним относились не как к заложникам. К примеру, турецкому консулу, во время его нахождения в плену более 100 дней, разрешили использовать сотовый телефон. Эта террористическая группировка не так наивна и наверняка знала, что электронный сигнал может обнаружить местонахождение заложников. Только имея гарантии со стороны Турции, что она не будет проводить спецоперацию по освобождению заложников, ИГИЛ могла позволить турецкому дипломату использовать сотовый телефон.

Сага о захвате заложников закончилась, как и началась, причудливым образом. ИГИЛ отпустила турецких заложников, оставив без ответа много вопросов.

Мой друг, отставной американский дипломат, поставил следующие вопросы:

«Освобождение турецких заложников было действительно хорошей новостью. Но обстоятельства, о которых сообщается в турецкой прессе, не кажутся правдоподобными. Не было выстрелов, не оказывалось военное давление и не выплачивался выкуп. Почему же тогда ИГИЛ согласилась отпустить заложников? Возможно, произошло недоразумение. Отдельные блогеры в интернете высказывают предположение о том, что Турция согласилась на некие условия ИГИЛ, наподобие гарантирования отказа от наступательных операций против «исламского государства».

Некоторые вопросы остаются открытыми. На данном этапе никто, кроме нескольких человек, участвовавших в переговорах с ИГИЛ, не может ответить на них.

Более того, я полагаю, что турецкая пресса, особенно проправительственные СМИ, не сможет дать нам точную информацию о процессе переговоров.

Для турецких СМИ становится присущей тенденция, когда при подобных обстоятельствах они придумывают героические рассказы, большинство из которых не содержат истины. Поэтому я в эти дни склонен читать турецкую прессу с настороженностью. Потребуются ещё годы, прежде чем турецкая пресса станет правдиво писать о подобных мероприятиях.

Это явление в турецких СМИ не новое. Мы знаем об этом по делу Абдуллы Оджалана. Когда Оджалан был доставлен в Турцию, мы читали много героических рассказов о его захвате. Мы читали также рассказы и о других боевиках Рабочей партии Курдистана (РКК), таких как Шемдин Сакык, которые были доставлены в Турцию.

Турецкие проправительственные СМИ являются наименее надежными источниками информации для понимания того, что на самом деле произошло между Турцией и ИГИЛ. Я предпочитаю следить за новостями через оппозиционные СМИ и интернет-сайты, поддерживающие ИГИЛ. Поддерживающий ИГИЛ сайт Tevhidhaber.net, открыто и свободно действующий в Турции (на фоне того, что турецкие власти закрывают Twitter и YouTube, а также твиттер-аккаунты, критикующие правительство, представляется весьма странным тот факт, что террористической группировке позволяется свободно вести вещание и вербовку в Турции), заявил, что Турция определённо не присоединится к международной коалиции против ИГИЛ.

Я, как эксперт по вопросам безопасности, сделаю некоторые предположения о возможных обещаниях Турции, которые она могла дать ИГИЛ, чтобы заполучить заложников.

Во-первых, как утверждает веб-сайт ИГИЛ, могли быть даны отдельные гарантии неприсоединения Турции к коалиции против террористической группировки. С другой стороны, возможно, данные обещания отложить возможные международные операции внутри Сирии, чтобы позволить группировке выиграть время и занять как можно большую территорию. Если всё это исключается, то Турция могла бы сыграть посредническую роль между Западом и ИГИЛ, чтобы положить конец насилию.

Во-вторых, Турция могла предоставить боевикам «исламского государства» стратегическую информацию с тем, чтобы одержать победу над своими противниками в Сирии и Ираке. На самом деле, когда группировка была вытеснена назад в Ирак, она предприняла наступление на Кобани — оплот РПК и Партии демократического союза (PYD) — и захватила некоторые стратегические объекты. Без стратегической разведывательной информации о местах расположения частей PYD и мощного вооружения ей было бы трудно взять верх над подготовленными боевиками РПК.

В-третьих, вместо оказания прямой поддержки ИГИЛ, Турция, возможно, предоставила экономическую помощь, а также вооружение и разведданные поддерживающим группировку племенным вождям, которые способствовали переговорам.