Сколько ещё Путин и Эрдоган будут делать вид, что они не воюют друг с другом?

| ИноСМИ 365

Фронт в Идлибе едва движется, однако сегодняшний день — исключение: сирийские власти и оппозиционные источники подтвердили, что правительственные силы взяли под свой контроль два населенных пункта на севере провинции Хама, которые оказались в руках боевиков в начале прошлого месяца.

Речь идет о деревнях Талль Аль-Малах и Аль-Джабин. Командир боевиков подтвердил, что его силы отступили после массированных бомбардировок.

Сирийское государственное информагентство «САНА» подтвердило, что войска взяли под свой полный контроль эти деревни и продолжают вести «операции против террористических организаций на территории Северной Хамы и Южного Идлиба».

Эти операции не прекращаются с весны этого года, когда наконец-то стороны отказались от идеи о создании так называемой демилитаризованной зоны в Идлибе. К настоящему моменту достичь удалось немногого, несмотря на активные боевые действия. Это подтверждает две вещи: сирийские войска яростно добиваются освобождения Идлиба, так как это последняя провинция, подконтрольная боевикам, а боевики так же яростно (если не более) стараются сохранить за собой эти территории, поскольку это последнее, что у них осталось.

Интересен тот факт, что по позициям боевиков постоянно наносятся воздушные удары, в ходе которых почти всегда за сирийскими военно-воздушными силами следуют российские. Конечно, если учитывать, что Россия вот уже много лет активно поддерживает сирийские войска на их пути к освобождению страны, это не удивляет. Однако если задуматься над отношениями России и Турции, то тут все же есть чему удивиться.

Дело в том, что упомянутая идея о «демилитаризованной зоне» родилась именно у Путина и Эрдогана. Согласно их замыслу, «умеренная оппозиция» должна была отвести свое тяжелое вооружение от линии фронта, а «экстремистские группировки» должны были полностью покинуть Идлиб. Разумеется, ни одна из этих договоренностей так и не реализовалась, да и не могла, поскольку договор предполагал, что турецкие войска будут контролировать (!) этот процесс. А ведь это те же самые турецкие войска, которые поддерживают исламистских боевиков в борьбе с сирийской армией.

Если абстрагироваться от событий в Сирии, создается впечатление, что Турция — самый лучший друг России из всех стран НАТО. Тогда встает вопрос, который опять-таки связан с Сирией: как возможно, чтобы подобная ситуация, в которой российские и турецкие силы чуть ли не воюют друг с другом (а точнее российские силы наносят авиаудары почти по туркам), каким-то чудом не угрожает отношениям между Москвой и Анкарой? Или они не угрожают этим отношениям сейчас, но в любой момент может произойти раскол?

Еще не так давно Россия почти каждый день публиковала данные о своих воздушных ударах на территории Сирии: уничтожено столько-то террористических складов, сколько-то баз, столько-то командных центров, столько-то самих террористов… Однако теперь россияне этого не делают. Конечно, Россия по-прежнему занимается тем же самым, но, судя по всему, не стремится афишировать свои действия. А когда ясно, что российские силы наносят удары по боевикам в Идлибе, Министерство обороны РФ обычно только коротко сообщает, что боевики нарушают «перемирие» и что было нанесено столько-то ударов по таким-то городам…

Если они нарушают перемирие, то о каком перемирии вообще может идти речь? О так называемой «зоне деэскалации» (или «демилитаризованной»)? Разве она все еще существует? Или эта формулировка уже превратилась в некий военный сленг?

Похоже, ведется операция, о которой всем все известно и никто ничего не знает, по крайней мере что касается общественности. Ни Россия, ни Турция на самом деле не знают, что обо всем этом говорить. Анкара не спешит сообщать, что россияне ведут бомбардировки, а россияне не торопятся рассказывать о том, что Турция продолжает активно поддерживать боевиков (которых Россия забрасывает бомбами!).

Таким образом, нам остается только читать между строк. Тогда давайте рассмотрим последние данные в этом контексте. Сегодня российский генерал Сергей Рудской провел пресс-конференцию, чтобы ознакомить общественность с деталями происходящего в Сирии. Он рассказал, что российская разведка докладывает: боевики в Идлибе (в зоне деэскалации!) готовятся «к наступлению».

«В настоящее время средствами разведки фиксируются скрытная переброска и сосредоточение боевиков в юго-западной части зоны деэскалации. Не менее 500 террористов „Хайат Тахрир-аш-Шам" (запрещена в РФ — прим. ред.) передислоцированы из северных районов провинции Идлиб. Проводится подготовка к наступательным действиям», — сказал Рудской. «Хайат Тахрир-аш-Шам» — это на самом деле «Фронт ан-Нусра» (то есть «Аль-Каида» (запрещенная в России — прим. ред.)). Все та же террористическая организация, только в названии ее три слова, а не два.

Итак, о чем же нам говорит это сообщение? Оно может свидетельствовать о двух вещах (в зависимости от того, на чем мы сосредоточимся: на самих строках или на том, что между ними). Или «Аль-Каида» действительно готовится к наступлению, или Россия на самом деле готовится усилить бомбардировки, а чтобы их начать, ей нужно какое-то обоснование.

Свою роль в происходящем играет и до не недавнего времени активная, а сегодня уже весьма пассивная сторона — Запад. Западные страны на протяжении многих лет снабжали экстремистов всем необходимым, начиная с оружия и денег и заканчивая политической поддержкой. Сегодня Запад ведет преимущественно информационную войну, поэтому теперь почти с регулярными интервалами поступают новости о том, как россияне и сирийцы бомбардируют в Идлибе больницы, школы, хлебозаводы, детские сады и другие объекты гражданской инфраструктуры, которые им только попадаются.

Если судить по этим новостям, получается, что Идлиб — всего лишь полигон для уничтожения мирных жителей российскими и сирийскими военно-воздушными силами, как будто они даже не пытаются бомбардировать «Аль-Каиду» (ее, кстати, в западных сообщениях никогда не называют настоящим именем, и даже формулировка «террористическая организация» уже давно куда-то подевалась), а наносят удары исключительно по гражданским целям! «Борьба с терроризмом» как будто превратилась в негативный термин, которого избегают, или с терроризмом могут бороться только избранные? Раз уж мы коснулись этой темы, скажу, что в конце прошлого месяца после долгих подсчетов американская коалиция объявила, что в ходе ее акций в Сирии, разумеется «антитеррористических», погибли всего 1319 мирных жителей. Этих людей занесли с графу «сопутствующие жертвы». В ту же графу, разумеется, следует занести и жителей Идлиба, погибших от сирийско-российских бомбардировок, но, похоже, не все сопутствующие жертвы одинаковы. Как будто людям есть какая-то разница, от чьих бомб они гибнут — от американских или от российских!

Отмечу также, что цифра 1319 выглядит сильно заниженной, если учесть, что после коалиционных бомбардировок некоторые города, например Ракка, остались лежать почти полностью в руинах. Неправительственная организация «Аирворс», которую некоторые западные СМИ, к примеру «Франс24», считают весьма авторитетной, сообщает, что, по ее оценкам, коалиция убила более восьми тысяч мирных жителей.

Что касается убийства мирных граждан в ходе авианалетов, то об этом стоит либо молчать во всех случаях, либо осуждать, но также во всех случаях. И правильнее с моральной точки зрения было бы последнее! Но этого не происходит.

Давайте вернемся к странности, о которой речь шла в начале, то есть к тому «осторожному танцу», который исполняют Россия и Турция, пока около трех миллионов людей в Идлибе остается под преимущественным контролем «Аль-Каиды» и пока подсчитываются сопутствующие жертвы. Что на самом деле думают Путин и Эрдоган? Неужели они собираются бороться за Идлиб до конца, ни разу так и не признав, что воюют друг с другом?

Есть кое-какие «новости» и на этот счет, точнее намеки. Первого июля Путин и Эрдоган провели телефонные переговоры, после чего в Кремле заявили, что российский и турецкий президенты готовят очередную трехстороннюю встречу, на которую в очередной раз приедет иранский президент Хасан Рухани (если найдет время в графике, поскольку ситуация у него дома и в Заливе складывается для него не лучшим образом). Так или иначе, но этот разговор продолжился на прошлой неделе, однако беседовали уже не Путин и Эрдоган, а их министры иностранных дел. 22 июля Лавров и Чавушоглу обсудили широкий круг «тем, начиная с ситуации в Идлибе и заканчивая будущей сирийской конституцией». Таким образом, они беседовали преимущественно о том, о чем пойдет речь на предстоящей трехсторонней встрече, а также о деталях ее проведения.

Новая сирийская конституция? Эта тема в сложившейся ситуации явно очень интересует турецкую сторону, которая благодаря конституции хотела бы «победить» в этой войне, закрепив в новом документе, что «тот, кто убивал химическим оружием собственных граждан, больше не будет президентом», и «что турецкие войска могут входить и покидать Сирию, когда пожелают».

Ладно, шутки в сторону. И все же факт в том, что все «антиасадовские страны», а не только Турция, хотят новую конституцию, в которой видят главную, а может и единственную, возможность отстранить Асада от власти. Россияне утверждают, что тоже поддерживают идею о новой конституции, однако так ли это на самом деле, вопрос.

А вот чего россияне действительно хотят, без всяких сомнений, так это освободить Идлиб, чтобы можно было сказать: «Сирия освобождена, и это наша заслуга». Как утверждают некоторые эксперты, Эрдоган не может уступить Идлиб, потому что хочет сохранить влияние в Сирии, а также опасается очередной волны беженцев. Появятся ли беженцы, если война закончится? Скорее, может произойти обратное: сирийцы начнут возвращаться из Турции домой в Сирию (если не побоятся возвращения, точнее Асада). Кто знает, может, россияне убеждают Эрдогана, чтобы он перешел Евфрат и там «наподдал» американцам и курдам, а от Идлиба элегантно отступился бы.

Путин и Эрдоган ведут себя в ситуации с Идлибом, как актеры, которые перед всем миром отрицают то, что видят все. А все понимают, что Россия и Турция воюют друг с другом за одну провинцию и одному из них придется отступить, чтобы положить конец этой трагедии.

Пожар в Идлибе быстро не погасить, да и, судя по всему, военными средствами этого не добиться. Да, до сих пор боевики были ослаблены и балансировали на грани поражения, но все-таки они держатся, поскольку Эрдоган «подпитывает» их силы с другой стороны. Что будет теперь? Очередная встреча Эрдогана, Путина и Рухани, конечно, хотя бы покажет, есть ли у них какие-то новые идеи, в том числе такие, которые угадывались бы между строк.

Advance, перевод ИноСМИ