Рискованная стратегия Эрдогана в деле об убийстве Хашагджи

113

После убийства саудовского журналиста Джамаля Хашагджи в Стамбуле президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган рискованно балансирует в отношениях с Эр-Риядом в надежде набрать политические, и, вероятно, экономические очки.

Об этом для The Arab Weekly пишет Томас Сайберт, напоминая, что в своей речи 23 октября Эрдоган назвал смерть Хашагджи в консульстве Саудовской Аравии в Стамбуле «диким убийством». И хотя сам турецкий лидер не указал пальцем на саудовского наследного принца Мухаммеда бен Салмана бен Абдель Азиза, это сделали некоторые из близких помощников Эрдогана.

Напомним, что турецкие чиновники подозревают, что саудовские агенты безопасности убили 59-летнего Хашагджи в консульстве. Саудовская Аравия сначала сказала, что неизвестно, что случилось с Хашагджи, но после саудовский прокурор заявил, что убийство было преднамеренным.

«Правительство Эрдогана последовательно сливало информацию об исчезновении Хашагджи национальным и международным СМИ для усиления давления на Эр-Рияд», – указывает журналист.

Он подчёркивает, что Эрдоган, обращаясь к членам правящей Партии справедливости и развития (ПСР) в Анкаре 26 октября, сообщил, что Турция располагает «другой информацией» об убийстве, но не хочет «слишком поспешно» делиться ею.

«Именно это замечание заставляет наблюдателей думать, что Турция "менее заинтересована в раскрытии того, что действительно произошло с саудовским журналистом, чем в использовании убийства для политической выгоды", как выразилась редакционная коллегия The Washington Post (в издании работал Хашагджи – ред.)», – отмечает Сайберт.

Одной из непосредственных целей подхода Турции является давление на Саудовскую Аравию с целью заставить её признать, что убийство Хашагджи было политически мотивированным актом насилия в рамках конкуренции с Эр-Риядом за лидерство мусульманского мира, добавляет автор.

Кроме того, по его словам, правительство Эрдогана хотело бы увидеть другую позицию Саудовской Аравии в Сирии – регион является оплотом курдского ополчения в союзе с США (которым Эр-Рияд недавно перечислил 100 млн долларов), но рассматривается Турцией как террористическая группа.

«Оппозиция Турции заявила, что Эрдоган, возможно, также пытается заставить саудовцев помочь борющейся экономике Турции», – подчёркивает Сайберт.

Эрдоган балансирует и с выражениями поддержки саудовского короля Сальмана бен Абдель Азиза Аль Сауда, хотя после смерти Хашагджи он разговаривал как с королём, так и с наследным принцем Мухаммедом и разрешил саудовским правоохранительным органам и генеральному прокурору посетить Турцию.

Одна из причин, по которой Турция не делает всё возможное для расследования дела, может быть связана с предстоящими санкциями США против иранского нефтяного сектора, считает журналист. Поскольку Иран является основным поставщиком нефти для Турции, Анкара находится под давлением Вашингтона. Соответственно, Саудовской Аравии, входящей в пятёрку крупнейших источников нефти для Турции, можно было бы предложить восполнить этот пробел.

По мнению Сайберта, чрезмерная критика в адрес Эр-Эрияда также несёт в себе риск для Турции – её могут обвинить в лицемерии. «Западу было бы наивно полагать, что турецкие официальные лица вновь прониклись страстью к свободе слова», – цитирует автор Айкана Эрдемира, старшего научного сотрудника Фонда защиты демократии, который также напоминает, что Турция по-прежнему является «тюремщиком номер один в мире», имея больше всего задержанных журналистов.

«Обоюдоострая тактика Эрдогана может привести к долгосрочной напряжённости с Эр-Риядом при будущем короле Мухаммеде бен Салмане», – заключает журналист.