Экономический кризис Турции начался с небоскрёбов

| Комментарий 1805

Издалека Эсенюрт, недавно построенный район на окраинах Стамбула, немного похож на Гонконг или Дубай, с шумным центром города с блестящими небоскрёбами.

При ближайшем рассмотрении, однако, вы заметите, что башня за башней стоит недостроенной, не хватает окон или мебели; другие только наполовину заняты, их окна темны после наступления ночи.

«В жилых районах строительство на 100% прекратилось. Знаете ли вы, почему? Материал. Всё в долларах, Вы платите в долларах», – говорит Мохамед Карман, местный агент по недвижимости.

Крах турецкой лиры на прошлой неделе после двух лет устойчивого падения напугал мировые рынки – но любой, кто смотрит на горизонт Стамбула, был бы далеко не удивлен. Куда бы вы ни посмотрели в городе, свидетельство строительного бума, подпитываемого долгами, изобилует: новые небоскрёбы обрамляют горизонт, огромные торговые центры усеивают улицы, и среди нескольких мегапроектов новый аэропорт, который станет крупнейшим в мире.

Финансирование этого строительного безумия было в центре экономики Турции, на долю которого приходится до 20% роста ВВП страны в последние годы, и где работает около двух млн человек. Параллельно с финансовым крахом 2008 года бум финансировался за счет низкопроцентных займов и растущего долга. Застройщики финансировали свои здания дешёвыми кредитами в иностранной валюте – и будут особенно сильно поражены крахом лиры, так как эти кредиты с каждым днём всё труднее погашать. По данным государственной статистики, на конец 2016 года почти 90% кредитов в турецких риэлторских компаниях приходились на кредиты в иностранной валюте.

Валютный крах был вызван размолвкой с правительством США по поводу продолжающегося тюремного заключения в Турции американского пастора Эндрю Брансона, обвиняемого в причастности к попытке переворота в 2016 году. Но турецкая экономика некоторое время находилась в замедленном спаде, с 2016 года лира неуклонно снижалась.

«Турция-это страна, которая пытается достичь высоких темпов роста, но не имеет достаточного иностранного капитала, чтобы достичь этого. Если вы не экспортируете время от времени, вы сталкиваетесь с кризисом. Это происходит каждые 10 лет», – говорит Нихат Булент Гультекин, бывший управляющий Центрального банка Турции и профессор финансов Уортонской школы Пенсильванского университета.

Строительная отрасль является ярким примером такой зависимости. Значительная часть его капитала поступает из займов, деноминированных в иностранной валюте. Istanbul Sapphire – одно из самых высоких зданий в Европе на момент завершения его строительства в 2011 году – финансировалось за счёт кредитов на сумму 164 млн лир в 2013 году, 154 млн из которых были в долларах США. Этот кредит теперь будет стоить около 539 млн лир.

Турция также сильно зависит от импорта строительных материалов: она является девятым по величине импортёром стали в мире, оплатив 8 млрд долларов в 2016 году, показатель, который вырос до 9 млрд долларов в 2017 году, после того как лира начала падать.

Это делает зависимость турецкой экономики от строительного сектора особенно опасной. В третьем квартале 2017 года строительство составило 18,7% экономики. Эта чрезмерная зависимость от отрасли, столь чувствительной к глобальным спадам, уже давно подвергается критике со стороны турецких экономистов.

«Страна ничем не отличается от личных финансов. Если вы занимаете деньги, чтобы раскошелиться, наступает момент, когда кредиторы придут за вами. Когда всё это делается с иностранным капиталом, кто-то должен в итоге заплатить», – говорит Гультекин.

Строительный бум достиг своего пика в 2013 и 2014 годах, так как турецкие банки выдавали низкопроцентные кредиты, торговые центры расцветали, а новые здания группировались: только в Стамбуле с 2008 года было построено 69 небоскрёбов высотой более 100 м. Кроме того, мегапроекты: подвесные мосты, метро под Босфором и новый аэропорт, как ожидается, будут стоить более 10 млрд евро. Кредит на строительство аэропорта в 2015 году составил 5,7 млрд евро, тогда это составляло 18 млрд лир, сейчас – 40 млрд лир.

Большая часть этих заимствований была сделана на основе прибыли, которая так и не материализовалась. Топ-менеджеры крупнейших строительных фирм Турции заработали большие зарплаты, многие из них пользуются связями с правящей Партией справедливости и развития (ПСР), когда дело доходит до регулирования отрасли. До того, как он был назначен министром энергетики Турции, а теперь министром финансов, зять Эрдогана Берат Албайрак был генеральным директором Çalik Holding, одной из крупнейших строительных компаний в Турции. Албайрака обвинили в изменении налогового законодательства, чтобы спасти миллионы долларов своей компании.

«Мы не действуем на долгосрочной основе. Самый длинный план, который я видел в турецкой компании, был в два месяца... это главная проблема», – сказал Каджин Булут, который работал на руководящих должностях в области прогнозирования и продаж для ряда турецких строительных фирм. По его словам, до половины покупателей элитной недвижимости, построенной такими компаниями, как Kiler Holding, как ожидается, будут состоятельными инвесторами из стран Персидского залива, особенно после 2012 года, когда были сняты юридические барьеры для иностранной собственности. Но спрос со стороны залива не поднялся до уровня, на который надеялись турецкие застройщики. Теперь отсутствие спроса, наряду с ростом затрат на железо и сталь, привело к остановке многих проектов.

Проблема также затрагивает многих обычных турок, заплативших за новые квартиры авансом – квартиры, которые теперь находятся на постоянном удержании, потому что компании говорят, что они не могут позволить себе их построить.

«Мы видели эту проблему в течение многих лет: когда люди продавали квартиры клиентам, но они никогда не смогут их построить», – сказал Орхан Боран, адвокат в Стамбуле, представляющий сотни клиентов, которые утверждают, что были обмануты строительными фирмами. Социальные сети усеяны теми, кого Боран называет «жертвами строительства»: группы покупателей жилья среднего класса, которые организуют онлайн и проводят протесты по всей стране, чтобы привлечь внимание к их бедственному положению.

Цепочка сторон, участвующих в строительном секторе, длинная, от строительных фирм до домостроителей до покупателей жилья - все платят в лирах.

«Строительный сектор похож на локомотив. Если он поедет, то поедет вся страна», – сказал Булут.

The Guardian