Что говорится в книге Болтона о Турции

| Ahval 2733

Новая книга бывшего советника президента США Дональда Трампа по национальной безопасности Джона Болтона «Комната, где это произошло» показывает, что турецкий коллега Трампа Реджеп Тайип Эрдоган оказал значительное влияние на политику Вашингтона в Сирии и других странах.

Мемуары Болтона, как ожидается, будут опубликованы на следующей неделе.

Книга рисует картину, в которой частые звонки Эрдогана с Трампом были очень эффективны в том, чтобы заставить президента США сделать то, что хочет Анкара, хотя он также потерпел неудачу на нескольких фронтах – в том числе в экстрадиции исламистского священнослужителя Фетхуллаха Гюлена, которого правительство Турции обвиняет в подготовке неудавшейся попытки государственного переворота в 2016 году, и в том, что американские власти сняли обвинения с турецкого государственного Halkbank, обвиняемый в участии в сложной схеме обхода санкций против Ирана в период с 2011 по 2016 год.

На страницах своей книги Болтон рассказал, что во время встречи Эрдогана и Трампа в Аргентине 1 декабря 2018 года президент США пообещал попытаться помочь своему турецкому коллеге в деле Halkbank:

«Эрдоган предоставил записку юридической фирмы, представляющей интересы Halkbank, которую Трамп просто пролистал, прежде чем заявить, что он считает Halkbank абсолютно невиновным в нарушении санкций США против Ирана. Трамп спросил, можем ли мы связаться с исполняющим обязанности генерального прокурора в Штатах Мэттом Уитакером, от чего я уклонился. Затем Трамп сказал Эрдогану, что он позаботится обо всём, объяснив, что прокуроры Южного округа — это не его люди, а люди (бывшего президента США Барака – ред.) Обамы, и эта проблема будет решена, когда их заменят его люди».

Болтон в своей книге называет это «чепухой», потому что «прокуроры были кадровыми сотрудниками Министерства юстиции, которые действовали бы точно так же, если бы расследование в отношении Halkbank началось в восьмой год президентства Трампа, а не в восьмой год президентства Обамы».

Трамп, по словам Болтона, «пошёл дальше» и сказал: «что не хотел, чтобы что-то плохое случилось с Эрдоганом или Турцией, и что он будет очень усердно работать над этим вопросом. Эрдоган также пожаловался на курдские силы в Сирии (к которым Трамп не обращался), а затем поднял вопрос о Фетхуллахе Гюлене, ещё раз попросив его экстрадировать в Турцию».

Болтон пишет: «Трамп предположил, что Гюлен продержится только один день, если его вернут в Турцию. Турки засмеялись, но сказали, что Гюлену не о чем беспокоиться, поскольку в Турции нет смертной казни. К счастью, вскоре после этого двусторонняя встреча закончилась. Ничего хорошего из этого возобновившегося броманса с очередным авторитарным иностранным лидером не выйдет».

За несколько месяцев до этих переговоров, после встречи Трампа с президентом России Владимиром Путиным в Хельсинки в июле 2018 года, Эрдоган позвонил Трампу, чтобы поговорить об американском пасторе Эндрю Брансоне, который провёл два с половиной года в тюрьме в Турции, и его предполагаемых «отношениях» с Гюленом. Болтон продолжал: «Эрдоган также поднял ещё одну любимую тему, часто обсуждаемую с Трампом: осуждение Мехмета Атиллы, высокопоставленного чиновника государственного турецкого банка Halkbank, за финансовые махинации, вызванные массовыми нарушениями наших иранских санкций. Это продолжающееся уголовное расследование угрожало самому Эрдогану из-за обвинений в том, что он и его семья использовали Halkbank в личных целях <...> По мнению Эрдогана, Гюлен и его “движение” были ответственны за обвинения Halkbank, так что всё это было частью заговора против него, не говоря уже о растущем богатстве его семьи. Он хотел, чтобы дело Halkbank было прекращено, что маловероятно теперь, когда американские прокуроры глубоко увязли в мошеннических операциях банка. Наконец, Эрдоган беспокоился о готовящемся в Конгрессе законопроекте, который остановит продажу F-35 Турции, поскольку Анкара покупает российскую систему ПВО С-400. Если эта покупка будет завершена, она также вызовет обязательные санкции против Турции в соответствии с законом об антироссийских санкциях 2017 года. Эрдогану было о чём беспокоиться».

Болтон также много пишет о сделках Трампа с Эрдоганом по пастору Брансону: «То, что Трамп хотел, однако, было очень ограниченным: когда Брансон будет освобождён <..>? Эрдоган сказал только, что судебный процесс в Турции продолжается, и Брансон больше не находится в тюрьме, а остаётся под домашним арестом в турецком Измире. Трамп ответил, что, по его мнению, это было очень бесполезно, потому что он ожидал услышать, как Эрдоган скажет ему, что Брансон, который был всего лишь местным священником, возвращается домой. Трамп подчеркнул свою дружбу с Эрдоганом, но намекнул, что даже ему будет невозможно решить сложные проблемы, стоящие перед американо-турецкими отношениями, если Брансон не будет возвращён в США Трамп был искренне взволнован. После риффа на Тиллерсона (первого госсекретаря Трампа Рекса Тиллерсона — ред.) и озадаченных выражений о Гюлене о (котором Трамп утверждал, что впервые услышал), он сказал недоверчиво (и неточно), что Эрдоган ответил ему, что Брансон не вернётся домой. Вот почему никто не хотел иметь дело с Эрдоганом, жаловался Трамп, особенно потому, что вся христианская община Америки была расстроена из-за этого пастора; они сходили с ума».

Болтон также подробно рассказал о политике США в Сирии, влиянии Эрдогана на решение Трампа о выводе войск, войне Эрдогана с сирийскими курдами и его усилиях подорвать борьбу с ИГИЛ.

Ильхан Танир